Ночь с братом мужа (СИ)

— Алекс больше здесь не появится, я обещаю! — с жаром заявил Никита, но в голосе его уверенности не было ни на грамм.
— Нет, Ник. Исключено. Я перееду к дедушке. Раз уж ты до сих пор не соизволил просто съехать отсюда куда подальше.
— Мира… я же говорил…
— Я знаю, о чем ты говорил! Но теперь говорить буду я!
Все же дозвонившись до такси, я получила заверения, что машина будет в течение двадцати минут. Отлично, значит надолго я здесь не задержусь.
— Ближайшие несколько дней я хочу пожить у деда. Ему совру, что ты уехал в командировку, а я сама так соскучилась, что решила погостить в родном доме. Мне нужно спокойствие. Больше — ничего. Надеюсь, в этом ты проявишь хоть каплю уважения к собственной жене!
Высказав все это, я подхватила сумку и направилась к выходу из комнаты. Никита нагнал меня на лестнице. Забрал вещи, зашагал передо мной. Едва мы спустились в холл, как из гостиной показались сначала родители близнецов, а следом за ними — Саша.
Его взгляд метнулся с меня на сумку в руках Ника, после чего вновь вернулся ко мне.
— Мирочка! Что случилось? Ты уезжаешь? — с отчаянием в голосе спросила Ольга Станиславовна.
— Мира… — это уже вступил Виктор Сергеевич. — Ник! Вы можете объяснить нам, что происходит?
— Я хочу несколько дней провести с дедушкой, — проговорила тихо, ни капли при этом не солгав.
Чем дольше находилась рядом с тем, кто сейчас буквально прожигал меня взглядом, тем сильнее становилось ощущение внутри, что я хлопнусь в обморок снова.
— Но… Никита! Что происходит? — всхлипнула свекровь.
— Мам… все потом. Сейчас Мире нужен покой.
Мы с мужем почти добрались до выхода из дома, когда рядом со мной возник Саша.
— Мы должны поговорить, — сказал он тихо, когда я повернулась к нему, хотя, один господь ведал, сколько сил мне пришлось приложить для того, чтобы не сорваться с места и не убежать куда глаза глядят.
— Отойди от нее и не лезь больше! Ты понял?! — процедил Никита, оттесняя брата.
— Прямо интересно стало, что же ты ей наплел, — хмыкнул Алекс, и я не выдержала.
Буквально выбежала из дома и устремилась к такси, которое уже ожидало за воротами. Села в машину, захлопнула дверцу, чувствуя себя в обманчиво-иллюзорной безопасности.
— Мира, я позвоню тебе… прости, что так вышло, — шепнул Ник, распахивая дверь и ставя рядом со мной сумку с вещами.
Прости, что так вышло? Прости? Господи! Да разве он не понимал, что происходило прямо сейчас? В эту самую секунду? Не видел, что наш короткий брак трещит по всем швам?
О том, что беременна, я старалась не думать, потому что эти мысли неизменно тянули за собой жуткий страх, толком не оформившийся. Лишь только на периферии сознания билась тревога о том, что я знать не знаю, кто отец этого ребенка. Но с этим я разберусь после, когда все уляжется.
— Созвонимся, — отрезала в ответ, и как только Ник закрыл дверь, хрипло шепнула водителю: — Поехали…
  
Часть 15. Александр
 
— Пойдем-ка, побеседуем, — промурлыкал я братцу, когда он вернулся в дом после того как такси Миры отъехало от особняка.
Дожидаться согласия не стал — просто взял его за шкирку и втащил в первое попавшееся помещение, которым оказалась кухня.
— Чего надо? — буквально выплюнул он наружу слова, но глаза его источали тот знакомый блеск, понятный мне одному, что означало — он чертовски доволен собой.
— Зачем так грубо? — ухмыльнулся я. — Я просто тоже хочу послушать твои сказочки, малыш Никки. Соскучился по ним прямо-таки!
— Сказочки? — осклабился он в ответ. — Я сказал жене правду!
— Да что ты? — взметнул я брови. — И какая же она, твоя правда?
— А такая, что ты пробрался к ней в постель, как насильник!
— Ооочень интересно, — протянул в ответ. — А где же в этот момент был ее любящий муж?
Ухмылка Ника стала еще омерзительнее, еще злее.
— Любящий муж, естественно, ни о чем не подозревал и будет корить себя до конца жизни, что не сумел этого предотвратить. Прямо как ты, когда…
Слушать дальше я не стал. Просто занес кулак и сделал то, что давно хотелось — вмазал им по ухмыляющейся роже брата. Обычно в наших драках он предпочитал сразу отползти, как побитый пес и пойти скулить перед родителями, но не в этот раз. Ник набросился на меня в ответ и между нами завязалась борьба. Он был слабее меня физически, но его упорство какое-то время помогло ему продержаться. До тех пор, пока я не ударил его о стену, по которой он сполз вниз, а сверху на него эпически, прямо на голову, приземлилась сковорода.
 
Отряхнув руки, я перевел дыхание. Следовало уйти, не мараясь об эту гадину, но это было выше моих сил. Все намерения ни за что не показывать, что меня задевает все, что касается Миры, были погашены этой вспышкой ярости от понимания, что Ник снова нассал ей в уши, а она, как минимум, его выслушала. В отличие от меня.
Стало тошно. Казалось, я давно с этим смирился — все видели во мне какого-то отброса, позор семьи, а в Нике — ангела земного. И ведь мне уже давно стало на это плевать, я сам стал нести этот образ на себе, бросая тем самым окружающим вызов. Но Мира… как же передергивало от мысли, что и она такая же, как все. Что готова купиться на то, что ей заливал Ник.
Поморщившись, я направился было прочь из кухни, желая только одного — запить мерзкий привкус во рту чем-нибудь покрепче. Однако резкий рык позади меня заставил обернуться и вовремя — брат уже готовился снова броситься в атаку, как взбесившийся бык, но я успел отскочить. В итоге Ник влетел головой в дверь и выкатился в гостиную, прямо к ногам родителей.
Папаша тут же окатил меня ледяным взглядом — других, собственно, у него для меня никогда не водилось. И отчеканил:
— Я никогда не вмешивался в ваши ссоры…
— А может, стоило? — насмешливо прервал я. — Хотя нет, к чему же? Ведь все заранее вами обоими, — я метнул взгляд на мать, — было предопределено. Малыш Никки старшенький, а значит, все предназначено ему. Значит, он прав по определению, так ведь, папаня?
— Замолчи! — гаркнул отец. — Мне это все надоело! Мы больше не желаем видеть тебя в этом доме! Мы от тебя отрекаемся!
— Жаль, что вы не сделали этого еще в роддоме, — криво усмехнулся я. — Хотя тогда у вас ведь не было бы запасного колеса!
— Вон! — снова заорал папаша, а мамаша стояла рядом и только руки к груди прижимала.
— С радостью сваливаю, — презрительно хмыкнул я. — Мне тут больше нечего делать.
Я кинул взгляд на брата, который приподнялся на локте, чтобы проводить меня победной усмешкой. Снова посмотрев на папашу, я процедил с отвращением на прощание:
— Ты идиот, Виктор Сергеевич. И заслуживаешь всего того, что делает этот мерзавец. Счастливо оставаться!
В переполненном баре было именно то, в чем я сейчас нуждался — отменный выбор напитков и гомон нескольких десятков голосов, заглушавших надоедливые мысли. Хоть и не до конца.
Впрочем, самое главное решение я уже принял — мне стоило оставить Миру в покое. Если она так верила в эту сволочь — тоже заслуживала того, что он с ней творил и еще сотворит. И мне, черт бы все побрал, стоило наконец отделаться от желания показать ей, как все обстоит на самом деле. Потому что мне не должно быть важно ее чертово мнение о моей персоне! Но было.
— Привееет, — пропел рядом чей-то голосок и я, задумчиво поболтав жидкость в бокале, вскинул глаза на его обладательницу. И даже не удивился, увидев перед собой Натали.
— Какая встреча, — натянул на лицо привычную ухмылку.
Она выглядела, надо сказать… весьма вызывающе. Вызывающе весьма определенные желания. Броское красное платье с вырезом, который приоткрыл бедро, когда она устроилась на соседнем стуле. Боевой раскрас, под которым не распознать истинного лица. И взгляд голодной мартовской кошки, готовой на все.
 
— И как это тебя еще не украли, — насмешливо заметил я, возвращаясь глазами к ее лицу.