Кавказский Хищник. Плохая девочка будет наказана

На мочке уха, на переносице.
Как нервный ток.
Как разряд за разрядом..
– Рада…
Сон вдруг рассеивается- и я понимаю, что просто бредила.
Концентрирую взгляд и понимаю, что передо мной сейчас сидит Анзор.
На нем свитер-поло, классические джинсы. Но его образ сейчас словно бы смазанный. Глаза непроизвольно впиваются в его, стоит мне сконцентрировать зрение. Меня подбрасывает-потому что его зрачки сейчас черные, расширенные, заполняющие почти весь глаз. Губы приоткрыты. Руки сжаты в кулаки…
  
Я знаю это его состояние…
Как же хорошо я его знаю…
Анзор возбужден… Дико, по-животному возбужден…
– Прости, что разбудил, но надо поговорить,– говорит он сипло и быстро встает с кровати, отходя в дальний конец комнаты.
Тело все еще знобит от пережитого возбуждения во сне, которое так и осталось спелым фруктом- несорванное, пульсирующее в моей крови…
Анзор совсем вне поля моей ауры. Отошел так далеко, что почему-то в этот момент стало холодно.
Развлекался ночью с Кристиной? Выглядит лощеным.
Она сама ему одежду гладит и одевает, как примерная женушка?
Останавливаю саму себя в потоке язвительных вопросов, которыми делаю больно только лишь себе…
Про мое состояние он не интересуется.
Просто удостоверившись, что я проснулась и адекватно воспринимаю его слова, разворачивается и идет к двери.
–Одевайся, пожалуйста, побыстрее. Я попрошу принести нам кофе. Времени не так много. Открывает дверь.
Уже в проеме снова на меня оглядывается, имея ответ на мой закономерно застывший на губах вопрос.
– На кресле пакеты с одеждой. Не тяни, пожалуйста. Это в твоих же интересах…
Я делаю то, что он говорит, на автомате.
Не цепляюсь за ощущения и чувства. Не пытаюсь ловить полутона в его взгляде и голосе. Это все пустое. Просто отключаю рассудок. Я так умею, я так уже делала. Не думать, не жать на рану… Просто… Вдох-выдох. Существование. Это очень просто…
Выхожу к нему, напялив молочный свободный костюм кэжуал. Удобно и безлико. То, что нужно.
Волосы собрала в тугой хвост. На лице ни грамма косметики- мне нечем даже потрескавшиеся, искусанные вчера губы намазать.
В унисон со мной в просторную гостиную люкса девушка из рум сервиса заносит поднос с кофе.
Аромат почему-то не бодрит и не будоражит нос, а уже заранее вызывает во рту ощущение горькой оскомины.
Он смотрит какие-то бумаги.
Брови напряженно сведены. Взгляд живой и цепкий.
Хищник…
Не зря его так называли.
Таким и остался.
Только, судя по всему, стал еще более опасным…
– Рада…– видит меня, но в небрежно скользнувшем по мне взгляде, садись.
Переводит глаза на горничную, терпеливо ожидая, пока она удалится, не говорит.
Когда пытаюсь занять место в кресле напротив, морщусь, потому что ягодицы саднит.
Он запинается глазами о меня. Откладывает бумаги. Хмурится. Но молчит…
Безжалостно молчит…
Не извинился.
Ни разу…
Даже поверхностного участия нет, для виду…
– С чего начать, Рада, с плохой новости или с очень плохой?– выдыхает шумно и со свистом.
– Говори уже,– не церемонюсь относительно того, как звучит мой голос. Плевать. Что еще могло произойти?
– Твой бутик сгорел,– говорит он так, словно бы речь не о деле моей жизни, а об утерянной сумке. Даже не брендовой.
Безжалостный. Равнодушный тон…
– Как…
– Так… Со всей бухгалтерией, накладными, оборудованием… Очевидно, это не случайность, хоть под документам все выведено именно так…
Сердце замирает.
Во рту пересыхает, а голова кружится..
Я еще не все кредиты успела погасить… Там все мои сбережения. Более того, там был сейф со всеми моими накоплениями и документами…
– Рада…– окликает он меня громко. Он все-то время говорил, но я даже не слушала. В голове гул. Что делать? Надо Катьке звонить. И Владику… С этим местом он ведь мне тоже помог…
– Мне нужен телефон,– начинаю я решительно, пытаясь хоть как-то склеить свое состояние.
– Рада, послушай меня, пожалуйста!– раздраженно настаивает он,– тебе сейчас надо думать не о том, как что-то там спасти- там ничего не спасти и понятно, что бизнес этот у тебя конечно же отжали. Надо думать о том, как бы не загреметь в тюрьму!
– Мне нужно поговорить с Катей и ее женихом… Они… Они же тоже в деле…
–Они в тюрьме,– мрачно осекает меня он.
Я в шоке смотрю на Анзора, просто хлопая глазами. Что он сейчас такое говорит?
–В смысле? За что?
 
Глава 7
 
– Мне нужно поговорить с Катей и ее женихом… Они… Они же тоже в деле…
–Они в тюрьме,– мрачно осекает меня он.
Я в шоке смотрю на Анзора, просто хлопая глазами. Что он сейчас такое говорит?
–В смысле? За что?
Хмыкает еще более мрачно.
–Сутенерство и проституция.
Я пропускаю несколько вдохов и выдохов.
Бред какой-то.
–Анзор, это чушь собачья. Влад занимается риэлтерством. Катя мне помогает. У них почти семья. Что ты такое говоришь?
Лицо Анзора сейчас непроницаемое. Он просто не верит мне, а может даже и не слушает. Смотрит внимательно. Так, что на коже остаются горячие следы, но… словно бы о своем думает…
А может мне так кажется. Анзор всегда опирался только на сухие факты.
А я… У меня даже фактов-то нет. Я в каком-то чудовищном вакууме.
Что он знает обо мне? Что я оказалась голожопой на тусовке среди эскортниц в Дубае, что мои друзья в тюрьме, а бизнес пошел к чертям… Мда, просто идеальная картина… Непутевая деваха с кучей проблем…
Даже трубки нет позвонить…
– На тебя стоит депорт, Рада. Это значит, что Мамдух приказал выдварить тебя из страны без права возвращения. Со вчерашнего дня.
–То есть…
–То есть если ты не улетишь сегодня, попадешь в миграционную тюрьму. Полгода заключения без суда и следствия. Я уже молчу про другие последствия. Это их страна, их порядки. Здесь они закон. Я буду бессилен тебе помочь при всем желании…
От шока и неожиданности я даже встаю и начинаю метаться по комнате, заламывая руки.
– И… что мне делать? Анзор, я не могу просто взять и вычеркнуть свое дело, на которое я потратила кучу сил и времени! Это все чудовищная несправедливость! Я хочу поговорить с кем-то из представителей властей, я…
Он вдруг встает и близко подходит ко мне. Минутное замешательство- а потом тяжелая рука ложится на мое плечо…
– Сегодня ты улетаешь со мной в Москву, Рада,– не спрашивает. Просто констатирует.
Сердце падает на пол. Крошится. Паника теперь не просто меня охватывает. Она опоясывает меня агонизирующей спиралью беспомощности…
– Я… не могу…– голос срывается. Глаза щиплет.
– Радмила,– эмоции сдают и у него. Рука на моем плече сжимается. От его тела сейчас такая энергетика, что я могу упасть,– хватит уже искать справедливости в этом жестоком мире! Жизнь тебя ничему не научила?! Если бы все было по справедливости, то ты бы… то мы…
Господи… Зачем… Он… Сейчас… Это… Говорит…
Нет. Нет… Я не могу это выдержать. Я просто… Это сильнее меня! Я не была к этому ко всему готова!!!
Я отступаю назад автоматически.
Отчаянно машу головой отрицательно.
Речь не о том, что он собирается меня увозить…
Сейчас про другое… Инстинкт самосохранения…
– Нет, Анзор…– задыхаюсь от страха и паники,– ты просто не понимаешь… Мне нельзя в Россию… Мне нельзя в Москву… Я не просто так уехала…
 
Глава 8
 
Он сначала смотрит на меня пару мгновений, а потом так громко и колоритно хмыкает, что я даже тушуюсь. Нет, его совершенно ничего не забавляет.
Его подбрасывает на качелях эмоций сейчас точно так же, как и меня…
  
–Ну, давай, Рада, удиви меня еще больше… Что ты дома натворила, что тебе туда нельзя? Тоже кого-то пыталась ножом пырнуть? Или что, Рада? Я даже уже предполагать боюсь…
Дышать нечем. Перед глазами все плывет. А еще… та проклятая картинка… Я теперь снова так отчетливо ее вижу…