Сорви отбор дракону, или Случайная невеста (СИ)

– Мой дед знал Верано и даже работал недолго в его лаборатории подмастерьем. Я знаю, что Верано изучал магию драконов и возможности воздействия на них. Он даже пробовал кое-что на моём деде, – к концу этой длинной речи слова фрейлины уже звучали неразборчиво, словно она с трудом проговаривала слова с полным ртом каши. – У меня есть рецепт от деда. Я напоила короля, и он сделал меня своей любовницей. Но у него уже есть жена. Я пыталась от неё избавиться, но не получилось. Значит, нужен принц.
  
Валли схватился за голову.
– Какой ужас!!! Хорошо, что я всё это записываю!
Ну вот. Нет ничего нового под луной. Естественно, первое, о чём все тут думают, так это о приворотном зелье. Нет бы придумать лекарство от рака… А, ну да, по-моему, раком здесь не болеют. Ну ладно, не от рака, от склероза. Или ещё что-то такое, возвышенное, для всего человечества… ну и драконства тоже.
А Валли тем временем продолжал допрос.
– Знают ли маги об этом приворотном зелье? – задал он следующий вопрос.
– Я не дура, чтобы им это сообщать.
– Зачем ты пошла в Орден? Они люди, ты дракон. Зачем?
– Я слабый дракон. Полукровка, – запинаясь, вяло выговорила она. – А они смогли усилить мою магию артефактами. Мне нужна власть. Я пользовалась поддержкой магов и изучала человеческую магию. С зельями Верано я смогла бы подчинить и их… – она вдруг глупо захихикала, а лицо её странно задёргалось, словно пойдя рябью. – Я стану самой лучшей королевой… хи-хи-хи…
Конец речи скрылся в невнятном бормотании.
– Всё, – Валли вытер со лба пот и взмахнул рукой, накрывая пускающую слюни фрейлину куполом стазиса. – Больше из неё ничего не вытянуть. Этот артефакт почти превратил её мозги в кашу. Она уже не контролирует половину функций тела. Хорошо хоть полукровка, оборачиваться не может. Иначе бы разнесла нам тут несколько комнат.
– Кто такой этот Верано, и как он связан с моей семьёй? – выпалила я вопрос, который уже просто измучил, но вмешиваться в процесс я не осмеливалась, видя, что Валли этот допрос даётся почему-то очень тяжело.
– Пойдём завтракать, а? – Валли поднял на меня измученный взгляд. – Вытягивать информацию из разрушающегося мозга, одновременно удерживая речевые центры, центры памяти и контроля тела – это не так просто, как выглядит со стороны. Я голоден, как… как дракон в ипостаси после недельной диеты. Сядем, и я тебе всё-всё расскажу. Мне в любом случае понадобится твоя помощь.
– А она? – я кивнула на замершую в коконе стазиса фрейлину.
– С ней ничего не случится. Потом провожу тебя и вызову специалистов…
Он вдруг схватился за голову:
– Что тут вообще творится?! Отец под приворотом! Мать хотели убить! Мне вот интересно, это её желание покинуть отца… вдруг это тоже следствие какого-нибудь зелья? Надо их обоих спасать. Этим делом должен заниматься королевский следователь, а отец отпустил его на несколько дней… А я только его допущу обыскивать дом этой ведьмы… да и в твой дом тоже больше никого, кроме него не пущу. Да что ж вообще происходит?!
– Пойдём завтракать, а? – я подошла к раздражённому Валли и положила руку на его плечо. – Всё равно сейчас ничего сделать нельзя. Поедим, и пойдём искать мой клад.
Валли устало накрыл мою руку моей и покачал головой:
– Нет, нельзя. До конца отбора невестам запрещено покидать территорию дворца, – он прикрыл глаза и, сжав мою руку, вздохнул. – Надо с этим фарсом заканчивать.
У меня ёкнуло сердце. Ну, вот и всё.
– Ты права, пойдём завтракать, – Валли, перехватив мою руку поудобнее, чинно повёл меня в комнату, словно мы не оставляли позади себя полностью разгромленную ванну и замершую в стазисе преступницу с разрушенным мозгом.
Открыв двери в комнату, мы синхронно замерли на пороге, ошарашенно глядя на открывшуюся нам картину.
  
Глава 44. Кошмар, разорение и ночные фиалки
 
В комнате стоял невероятный аромат цветов, хотя самих цветов я не наблюдала. А ещё посередине комнаты стоял красиво накрытый к завтраку стол, уставленный разнообразными блюдами… Вот совсем недавно так и было.
Сейчас же на столе царил полный бардак, словно кто-то всерьёз вознамерился не оставить ни одно блюдо из предоставленных нетронутым, не опрокинутым и не размазанным по скатерти.
И мы даже видели, кто был этим варваром!
По столу с хозяйским видом разгуливал Пират, периодически поднимая лапой то крышку блюда, заглядывая под неё, то кусок пирога, с отвращением отбрасывая его подальше…
– Пр-роблема, пр-роблема, – горестно бормотал он сам себе. – Пр-росто кошмар-р!
– Пират! – заорал голодный Валли. – Ты чего тут устроил?!! Я жрать хочу!
– Жр-рать, – согласился попугай, быстро-быстро кивая головой. – Кошмар-рная отр-рава! – он задрал лапу, примерился и ловким ударом завзятого каратиста опрокинул одиноко возвышающийся над разрухой кувшин какого-то напитка (я робко понадеялась, что вино здесь на завтрак не пьют, но кто их, этих драконов, знает. Может им спирт жизненно нужен. Как горелкам).
– Пират! – снова завопил Валли, но тут же резко оборвал себя и, нахмурившись, подошёл к столу.
Ткнул пальцем в останки одного блюда, понюхал, лизнул… Задумчиво подняв глаза к потолку покатал во рту. Сплюнул.
– Ничего не понимаю, – обратился он ко мне. – Пират утверждает, что всё отравлено, но я ничего не чувствую. Посмотри, может ты что поймёшь?
Я настороженно подошла к столу и ткнула пальцем во что-то, что когда-то было, скорее всего, омлетом. Поднесла палец к носу. Убойный аромат цветов – я опознала маттиолу – чуть не заставил меня отшатнуться.
Поморщившись, стряхнула еду с пальца и уточнила у Валли:
– А у вас что, маттиола считается приправой к яичнице?
– Маттиола? – приподнял бровь Валли. – Что это?
– Ну, ночная фиалка, цветок такой сиреневый… Мда.
– Я не знаю таких цветов, – нахмурился Валли. – По-моему, пахнет обычной едой, и довольно вкусно, – он тоже ткнул пальцем в то же самое блюдо, придирчиво обнюхал его и пожал плечами. – Ничего не чувствую.
– Охх. – я ещё раз наклонилась над столом. – Маттиолой разило просто отовсюду. Ею пахли пироги, паштет, сыр, хлеб, разлитый Пиратом компот (или что это тут у них), запеканка и даже фрукты. – Нет, это невозможно жрать, – резюмировала я. – А можно попросить поваров приготовить что-нибудь без такого количества цветов, а? Я не олень, чтобы мне нравилось цветы жевать.
– Отр-рава! – с готовностью подхватил Пират, перелетая на моё плечо. – Кр-расотка! Моя пр-релесть! – рассыпался он в комплиментах, перебирая клювом мои волосы.
– Да чтоб вы все провалились в последнюю бездну! – неопределённо выругался Валли. – Какая же зараза это устроила? Найду – заставлю всё это сожрать!
– А нам что жрать? – я печально обвела взглядом руины на столе.
– Пойдём ко мне, – отрезал Валли. – Я уже больше не могу. В собственном доме голодом морят и отравить пытаются!
– Меня же увидят! – ужаснулась я. Меня не просто увидят, меня увидят в порванном и грязном платье, с волосами, засыпанными штукатуркой и каменной крошкой… и в сопровождении… уж не знаю, какую личину выберет для себя Валли, но меня это утешало слабо. Это будет полный провал!
Валли поморщился, словно от головной боли, подошёл к камину и нажал на пару ничем не отличающихся от своих собратьев кирпичей.
Камин послушно отъехал в сторону, обнаружив потайной ход. На вид он был таким же неухоженным, как и те ходы, которые я исследовала вчера, но паутина тут была содрана и висела клочьями, а у самого входа стоял огромный серебряный кувшин, от которого за версту несло маттиолой.
  
– О! – обрадовалась я. – А вот и отрава!
И сунула нос в кувшин, чтобы убедиться, что отравы там осталось буквально на донышке. Судя по размеру сосуда и сделав предположение, что изначально он был полным, я пришла к выводу, что наш отравитель (или отравительница) не поскупилась и просто замариновала все блюда на столе в этом кошмарном зелье, как шашлык.