Неудачное попадание, а может...(СИ)
- Тогда осмотрим его прямо сейчас? - предложил Рич.
Все трое направились к выходу. Скала шел четким и уверенным шагом. Страха в нем не ощущалось. Он осознавал свою вину и был готов к наказанию. Только сын удерживал его от того, чтобы самому не сдаться на милость Императора, мужчина продолжал надеяться на чудо: исцеление своего ребенка.
Долго идти не пришлось. Они вошли в зал порталов, где мигало несколько световых кабин. Удовольствие слишком дорогое, потому пользовались ими всего четыре человека, у которых был особый амулет. Офицер первым вошел в одну из кабин, за ним туда же ступили и Филипп с Ричем. Мгновение. Все трое оказались в лесу перед небольшим домиком, огороженным частоколом. Еще с улицы до них донесся рык. Демон попросил всех остаться на улице, а сам смело двинулся в дом, по пути принимая свой истинный облик.
До ожидающих на улице товарищей то и дело доносились крики, удары, рычание, стоны и скрежет когтей по стеклу. Офицер опустился на землю и, обхватив голову руками, начал раскачиваться из стороны в сторону, тихо постанывая.
- Не переживайте, Рич справится, у него уже есть навыки, - попытался успокоить Филипп мужчину.
Спустя час из дома вышли двое. Оба сияли от радости. Демон - от того, насколько удачно прошел ритуал, а молодой человек, которому грозило превращение в монстра - от полного исцеления. Стоило им двоим подойти к Филиппу и офицеру, как юноша бросился в объятия отца. У обоих на глазах навернулись слезы радости.
- Отец, что теперь будет? - обеспокоенно поинтересовался молодой человек, очень похожий на своего отца, только шрама на лице не было, да и обветриться оно еще не успело. - Тебя ведь не казнят? Это моя вина.
- Так! Стоп! Сейчас уже поздно разбираться, где чья вина, - оборвал мага демон. - Предстоит решить, как спасти твоего отца от казни.
- Я знаю, кто нам поможет, - улыбнулся Филипп, вспомнив своего супруга. - Возвращаемся во дворец.
Хаиз их уже ждал. Он интуитивно почувствовал, что нужен мужу. Выслушав рассказ Филиппа, задумался. Бросил внимательный взгляд на Скалу с сыном и кивнул супругу.
- Мы вместе пойдем к Императору, а вы ждите нас здесь, - ровно произнес Хаиз, взял мужа за руку, и они отправились к Его Величеству.
Филипп волновался. В нем зрел страх, что они сейчас могут сделать только хуже: и отца, и сына казнят. Но и покрывать офицера - тоже было не лучшей идеей. Оставалось надеяться, что Хаиз сможет убедить Императора помиловать Скалу. Ведь не зря же он столько лет преданно служил Его Величеству, а потому вправе рассчитывать на монаршью снисходительность.
- Вы уже нашли злодея? - поинтересовался Император. Филипп вздрогнул, поражаясь интуиции монарха.
- Это Скала, - с трудом произнес он имя уважаемого всеми офицера. - Ваше Величество, выслушайте нас, прежде, чем вы вынесете свой монарший вердикт.
- Хорошо. Говорите!
Оба посетителя заметили, как сложно сдерживать Императору гнев. Но недаром он слыл справедливым Владыкой - ему во всем необходимо было разобраться самому. И сейчас он дал подданным шанс объяснить проступок офицера. Филипп понимал, что от их красноречия сейчас будет зависеть жизнь Скалы. Рассказ начал Хаиз. Он обстоятельно поведал о поступках и мотивах, побудивших офицера действовать именно так, а не иначе. Вставил свои размышления о том, на что готовы идти родители ради спасения собственных детей. Каждую фразу юноша произносил с таким жаром, что Император даже заерзал на троне. Он был на распутье: нарушитель есть, но мотивы, побудившие его на проступок, оказались сильнее моральных принципов. И сейчас только от Императора зависело, какое наказание ждет офицера.
- Идите, мне надо все обдумать, - приказал монарх. Парни удалились. Хаиз с улыбкой подмигнул супругу. Он лучше других знал Императора и уже не сомневался в том, что Скала останется жив.
Вернувшиеся супруги рассказали товарищам о том, как прошла встреча. Хаиз постарался успокоить отца и сына, пообещав, что все будет хорошо. Его уверенность передалась и остальным. Скала с сыном, поблагодарив друзей, покинули покои Филиппа, Рич тоже быстро "убежал по делам", подмигнув Хаизу, который сразу покраснел. Только Филипп ничего не заметил, он находился в раздумьях. Его тянуло к супругу, но в то же время словно некая преграда не позволяла перешагнуть черту. Это сделал за него Хаиз...
Юноша подошел к застывшему в напряжении супругу, положил руки ему на плечи, Филипп дернулся, но остался стоять на месте, не отшатнулся и не сбежал - просто наблюдал за действиями Хаиза. А тот осмелел. Нежное касание в уголок губ легким поцелуем. Рука скользнула по плечу, заставляя Филиппа напрячься и прислушаться к своим ощущениям. Пока действия мужа не вызывали неприязни, но и приятного чувства тоже не было - его все еще сковывала сама мысль о близости с мужчиной. Довольный, что его не оттолкнули, Хаиз начал действовать смелее. Он шарил руками по телу мужа, гладил его лицо, оставил несколько едва ощутимых поцелуев на губах, щеках и прикрытых трепещущими веками глазах. На этом все закончилось.
Хаиз отстранился. Филипп не смог удержать вздох облегчения. Несмотря на отсутствие неприязни, ему еще было непривычно такое проявление чувств со стороны супруга, его ласка, потому Филипп пытался разобраться в своих чувствах.
Первый шаг к сближению был сделан. Осталось набраться терпения. Хаиз уверился в том, что у них все получится, только необходимо больше времени. Ведь против притяжения истинной любви не попрешь. Именно их, как выразился Филипп, истинность поможет привыкнуть друг к другу и постараться принять то, что дает ему судьба.
Через день Рича, Филиппа, Хаиза и Скалу с сыном вызвал к себе Император. Все пятеро волновались. Они верили в справедливость монарха, но кто знает, какая блажь может стукнуть в его голову. Стоило быть готовым ко всему. Скала начал было со всеми прощаться, словно его уже отправляют на эшафот, но тут на него рыкнул Филипп, требуя прекратить этот цирк.
- Вот после решения Императора и поговорим: прощаться нам или радоваться вашему спасению. А пока не каркайте. Пошли!
- Итак! Я проанализировал ситуацию, вошел в положение отца, сопоставил данные о нанесенных потерях и жертвах и... - Монарх театрально застыл, сохраняя напряженную паузу. - Понял, что любой отец поступил так же. Но... Жизнь я вам сохраню за все ваши заслуги перед короной, а вот на службе вы оставаться не сможете. Вы уйдете в отставку.