Причиню тебе развод. Твой М. (СИ)

Просто смотрела в потолок, вдыхая аромат туалетной воды с его футболки.
Надеюсь, он меня не съест за нее.
Висела она в ванной на полотенцесушителе. Я и взяла.
Свою же я испортила. На нее попали брызги крови из разбитой губы, пока я убегала от мужа. И надеть мне теперь нечего. Придется походить пока так. Но я потом обязательно все верну!
Я достала остатки нашего ужина.
  
Нарезала свежих овощей, разложила на тарелках. Погуглила в интернете инструкцию для кофемашины и кое-как разобралась с ней. Пусть он спит пока. А я попью кофе, подожду его.
Хотя бы так извиниться за свое поведение и обман.
Он же вчера меня искал!
Беспокоился. Даже своего сослуживца привлек к моим поискам. И хорошо, если только одного.
Я подошла к окну. Посмотрела вниз, на улицу. Медленно раскатила по языку маленький глоток крепкого к кофе с молоком.
Вкусно.
Ароматно.
Бодрит. И даже заставляет лучше соображать. Я дура. Я знаю. Я вчера такую ерунду сотворила. Но впервые в жизни совершенно не жалею об этом. Если бы я вчера не увидела то, что я увидела. Не услышала тех слов, что мне сказали муж и свекровь. Не дала им отпор – я бы так и страдала от чувства вины.
Считала бы себя испорченной.
Плохой женой. Плохой, падшей женщиной. А я – не такая.
Я допила кофе. Посидела на стуле за столом. Помыла свою чашку. Убрала в холодильник обратно нарезанные овощи. Чего он так долго спит?
Он же военный!
Они должны рано просыпаться. Наверное. Я так думаю. Хотя, он в отпуске, похоже. Но все равно. Привычку не искоренишь.
Я нервно похлопала пальцами друг о друга.
Есть одной?
Хочется уже. Все вкусности вчерашние переварились, и желудок требовал продолжения банкета.
Или разбудить Романа?
Неудобно.
Мало того, что неудобно в принципе будить, так еще и стучаться к нему в комнату придется же. Вот где загвоздка. Что, если он спит голый, например?
Фух!
Я помахала себе на лицо ладошками.
Света! Ну, у тебя и мысли! Ну, у тебя и фантазия!
Я же представила себе все сразу. В красках. В деталях. Дурная!
Желудок громко мявкнул. Демонстрируя свои крошечные от недоедания размеры, сжался внутри в комочек.
Так.
Все.
Я пойду и просто постучу в дверь. И сразу же убегу обратно в кухню. Ну, не могу я одна завтракать! Не по-человечески это. Я ж не крыса никакая.
Рука все равно дрогнула.
Пришлось набрать в грудь побольше воздуха. Тук-тук-тук!
Я даже отскочила на всякий случай. Заготовила «Доброе утро» и вопрос про завтрак. Но задавать его было некому. Никто не открыл.
Да что ж такое...
Я постучала еще раз.
Тишина.
Еще раз. Погромче.
Тишина!
Я толкнула дверь спальни. Пусто! Романа там не было! Кровать идеально заправлена. Никаких признаков того, что здесь вообще кто-то был или спал. Какой-то идеальный порядок просто.
Пальцы медленно разжались. Выпустили гнутую ручку.
Он исчез.
Дождался, пока я усну вчера. И куда-то ушел. Квартира съемная. Или служебная, неважно. Важно то, что она даже не обжита. Здесь не чувствуется хозяин. А вдруг Роман меня оставил?
Ну, правильно, зачем ему такая идиотка?
Кто бы стал терпеть такие побеги и потом разгребать все это? Роман-то в адеквате. Это я с придурью.
Я развернулась и пошла в ванную.
Натянула свою еще влажную после стирки юбку. Он ушел, значит, и я уйду. А то придет какой-нибудь хозяин квартиры, или другой военный, который будет жить. После кого-то же осталась те курица со сметаной, когда мы в первый раз сюда пришли?
Вот.
Они меняются.
Следующему достанется вообще полный холодильник еды.
Внутри меня колотило. Дергало за нервы, как за веревочки. Но я запретила себе истерить и пугаться. Хватит. Буду что-то думать. Благо, что на улице белый день. И документы свои я перед походом в полицию вчера запихнула в сумку. Вещей нет, так хоть они есть.
Я скрутила футболку Романа на животе узлом.
Подвернула, как смогла. Плевать. Лучше так, чем в заляпанной кровью одежде.
Подхватила сумку в прихожей, натянула обувь.
Вот и все.
Я медленно втянула воздух носом. Спокойно, Света, ты со всем разберешься. Разберешься. Ты же как-то выживала до этого. А сейчас мне еще и пинок обеспечили.
Все будет хорошо.
Ручка на входной двери неожиданно провалилась под моей рукой.
– О! Ты уже проснулась? – Роман заполнил собой весь проем. – А я надеялся, что ты еще спишь.
– Ты..., – я от растерянности даже забыла о вежливости. – Ты где был?
Миг на изумление и Роман схватил меня.
Сдавил руками талию. Даже переставил с места на место, чтобы лучше видеть лицо в полумраке прихожей. Как куколку.
– Давай еще!
– Что давать? – растерялась я еще больше.
– Предъявляй. У тебя щас нормально вышло. Давай еще, – на лице у него был почти детский восторг. – Давай, заяц. Выражай эмоции.
– Я не это имела в виду! – его руки меня насквозь прожигали. Его жажда ко мне просто сшибала с ног. – Я просто хотела спросить, где вы были!
Роман прищурился.
Чуть сильнее сжал пальцы. Почти сдавил мне ребра.
– И испугалась заранее, да? Опять хотела удрать?
– Ну, – я опустила глаза. – Да.
– Эх, зайчик. Расслабься. Я просто по делам мотанулся с утра, – он отпустил меня. Показал на сумки, что бросил на пороге. – Ну, раз ты уже собранная, тогда поехали.
– Куда?
– В ЗАГС.
– Зачем? – я оперлась спиной о стену.
В коленках стало очень-очень тепло.
Как будто их сливочным маслом смазали и подогрели. Держать меня ноги уже отказывались.
– Как зачем? Разводиться. Только ты, когда в машину сядешь, не пугайся. Там в багажнике твой бывший удод лежит. Связанный.
  
Глава 14
 
– Ну, фу же, блядь!
Я держал ублюдка за шкирку, а его мотыляло из стороны в сторону. И разило от немытого тела так, что хоть противогаз надевай.
Как будто он у духов в сарае месяц пролежал связанный и в прелой соломе. Таких я нюхал когда-то. Но они только уважение вызывали тем, что не сломались. А этот...
– Заяц, он чо у тебя, запойный, что ли? – не морщиться от запаха я не мог.
– Не был. Вроде бы, – она мне вживую демонстрировала суперспособности организма по округлению глаз.
Всю дорогу тряслась, сидела как манекен, не в силах даже посмотреть назад, на багажник. И сейчас пребывала в полном шоке.
– Так, – я достал нож из кармана, выкинул лезвие и разрезал тонкий пластиковый хомутик на запястьях вонючки. – Слушай сюда, ублюдище рода человеческого. Сейчас заходим, ты согласно машешь на все гривой своей плешивой, подписываешь и сваливаешь в закат. Это понятно?
– Угу, – мудак понятливо закивал.
– Вот какой молодец. И языком своим не трепи, – я развернул его в сторону ЗАГСа. – Глядишь, больше не опиздюлишься даже. Зайчик, идем.
Она пошла за мной в состоянии полного ахуя. Ну, а как еще? Мне же быстрее надо. Я и так сегодня чуть ночью в ванную дрочить не ушел.
Живая женщина, на которую стоит, спит в соседней комнате, а я не могу пойти и взять.
Это как вообще?
Нет уж нахер.
Я ей отрежу все пути к отступлению.
Причиню не только развод, но все остальные причины для того, чтобы она от меня только попискивала. Повизгивала. Постанывала.
– Боже мой! – в первом же кабинете, куда я втащил удодика, тетя-специалист подскочила как ошпаренная. – Это что?
– Ну, – я посмотрел на опухшую с перепоя и моих кулаков морду жиробаса. – На мужчину не тянет, конечно. Особь мужского пола, так сойдет?
– Вы зачем его сюда приволокли? Вы вообще кто? – не поняла военного юмора дама.
– Я сопровождающий. Вот, видите, – я поманил Светика к себе. – Девушка развестись желает.
  
– А это муж? – окончательно растерялась тетка.
– Ага.
– Так зачем вы его в таком виде притащили? Нельзя было как-то..., – наморщив нос, она всплеснула руками.