Искусство избегать своего оборотня (ЛП)

— Что это было, чёрт возьми? — спросила я у своей волчицы, раздраженная и ею, и собой.
Эта реакция была не полностью её.
Но и моей в равной степени.
— Он наш, даже если мы этого не хотим. И я до сих пор хочу пережить прошлую ночь.
— Этого никогда не случится, — прямо сказала я ей.
А это уже напоминало ложь.
  
Глава 6
   
ЛАВ
 
Я извинилась перед коллегой, когда моё дыхание наконец выровнялось, и она тоже извинилась за то, что переборщила. По её признанию, она была в восторге от его габаритов и красоты.
Да, это мой личный перевод её слов.
Но, честно говоря, не могла на неё обижаться. Разве я тоже не была в восторге от него? Невозможно игнорировать то, как я покрывалась мурашками каждый раз, когда он говорил.
Я болтала меньше обычного, но моя коллега, похоже, понимала, что за пределами пекарни у меня происходит какое-то дерьмо. Она не обиделась, когда мои ответы оказались не такими восторженными, как обычно.
Тори приехала через два часа после меня и сразу же принялась за печенье и торты, с которыми всегда справлялась.
По настоянию моей волчицы я ждала обеденного перерыва дольше обычного. Она поверила Мэдду, когда он сказал, что принесет обед, а у нас закончился хлеб, и я не смогла сделать себе сэндвич перед работой.
И, конечно же, в 12 часов дня одна из девушек на кассе крикнула на кухню:
— У тебя гость, Лав.
Проклятье.
Моя волчица торжествовала, я же вздохнула.
— У него был пакет из «Джолли», и он сказал, что встретит вас за зданием, — добавила она.
— Иди поешь. Если понадобится, врежь ему, — сказала Тори, подталкивая меня к задней двери.
Я неохотно вымыла руки и выскользнула на улицу.
Мэдд прислонился к зданию, источая запах мыла. Его волосы тоже были влажными. В одной руке он держал большой пакет, а в другой — большой пластиковый стакан с заправки.
Я попыталась не нахмуриться, когда поняла, что больше не чувствую своего запаха на его коже, и не смогла.
Проклятое собственничество.
— Он наш, — сказала моя волчица, и в груди завибрировало.
— Я знаю о твоих чувствах, даже если они дерьмовые.
Взгляд Мэдда медленно окинул меня с ног до головы.
— Тебе идет фартук.
— Если ты таким образом предлагаешь мне стать твоей домохозяйкой, то можешь уйти прямо сейчас.
— Нет. Но ты была бы горячей домохозяйкой.
Я закатила глаза, но взяла пакет с едой из его рук.
Он жестом указал на свой грузовик, который был припаркован на стоянке для сотрудников, напротив кирпичной стены и нескольких высоких сосен.
— Подумал, что ты захочешь уединиться.
Я не хотела говорить ему, что он прав.
— Какую газировку ты пьешь? — спросила я, переведя взгляд на стаканчик.
— Это что, тест на определение личности?
Я не смогла сдержать фырканье, когда он напомнил о нашем разговоре накануне вечером.
— Я уже сдала экзамен с блеском, учитывая, что ты не оставляешь меня в покое. Так что, думаю, теперь моя очередь проверять тебя.
Он усмехнулся и открыл водительскую дверь. Я проскользнула мимо него, заняв сиденье, чтобы не оказаться в том же положении, что и в прошлый раз, когда я оказалась в его грузовике.
Мэдд закрыл за мной дверь. Мгновение спустя он сел на пассажирское сиденье и поставил стаканчик на консоль между нами.
— Время от времени я пью колу. Но это не газировка.
Он наполнил стаканчик водой. Странно, но пофиг.
Я уже открывала один из контейнеров.
— Они оба одинаковые?
Мой желудок заурчал, требуя и еды, и крови. Накануне вечером я его почти опустошила, но моё тело всё ещё восстанавливалось после голода. В оптимальном состоянии мне требовалось пить кровь лишь раз в неделю.
— В нижнем — дополнительная картошка фри.
Я сразу же передала ему верхнюю коробку и открыла вторую. Почувствовав на себе взгляд Мэдда, я проигнорировала его, откусив огромный кусок бургера.
Это было просто божественно.
Через мгновение он сосредоточился на своём гамбургере, и мы ели в полной тишине.
Мои пальцы взяли стаканчик.
Я обхватила губами трубочку и сделала большой глоток воды.
Это…
Ооо.
Это была не вода.
В моей груди зарокотало от взрыва вкуса на языке.
Я заурчала.
Мэдд был восхитительным.
Оргазмическим.
Пальцы на ногах подогнулись.
Мои глаза закрылись.
Я не смогла бы перестать пить, даже если бы попыталась.
— Я хотел предупредить тебя, — сказал Мэдд.
Не обращая внимания на трубочку, я осушила большой стакан так быстро, что это было просто невероятно.
Он опустел слишком быстро.
Я по-прежнему пила, наполняя грузовик всасывающим звуком из почти пустого стакана, в котором словно по волшебству должно было появиться ещё больше крови.
Этого не произошло.
Мэдд осторожно вытащил раздавленный бургер из моих пальцев и положил его обратно к картофелю фри.
Когда он попытался взять стакан, мои острые ногти проткнули его стенки.
— Ты самая сексуальная чертовка, которую я когда-либо видел, — прорычал Мэдд.
По коже побежали мурашки.
Мой желудок снова громко заурчал.
— Укуси его, — потребовала моя волчица.
Я была настолько поглощена жаждой крови, что не могла с ней спорить.
Пенопластовый стаканчик ударился о консоль, и через мгновение я уже сидела на коленях у Мэдда. Его контейнер с едой был подо мной, но его руки лежали на моих бёдрах, как будто он предпочитал держать меня, а не бургер.
Я глубоко вдохнула и от аромата Мэдда снова зарычала. Когда в моей груди заурчало, он ответил тем же.
Он освободил одну руку, чтобы вытащить из-под меня еду.
— Не… черт. — его аргумент превратился в напряженное проклятие, когда мои клыки вонзились в его горло.
Его вкус на моем языке был гораздо лучше, чем в стакане.
Я жадно пила, покачивая бёдрами, когда горячее желание, возникающее при кормлении, овладело мной.
Пальцы Мэдда вонзились в мою талию достаточно сильно, чтобы пустить кровь, но в остальном он не двигался. Его член был настолько твердым, что мне и не требовалось ничего объяснять.
Это чувство было незнакомым.
Сила его желания прижималась к моему клитору.
Именно там, где он был мне нужен.
Мэдд был намного лучше моих пальцев.
Я не смогла бы остановиться, даже если бы попыталась.
Я пила и качалась, пока не застонала на его члене. Его кровь разливалась на моём языке, а оргазм оказался сильнее, чем когда-либо прежде.
Мэдд снова выругался, но не сдвинулся с места.
Я продолжала пить, пока мой живот не надулся, а разум медленно не прояснился.
Мои клыки без всяких усилий выскользнули из его кожи, а язык прошёлся по ране на горле, прежде чем я осознала всю серьёзность ситуации.
Мои глаза медленно закрылись.
Я сделала долгий вдох.
Физически я не могла вспомнить, чтобы когда-либо чувствовала себя так хорошо. Мои плечи были расслаблены. Разум — спокоен. В моём теле царил покой.
Я не была голодна.
Я не боролась за то, чтобы не потерять контроль над собой и не осушить какого-нибудь ничего не подозревающего человека.
Я не испытывала боли.
Моя волчица потянулась в моём сознании.
— О, он идеален. Я выбрала лучшего из всех возможных пар. Ещё и альфу в придачу.
Я проигнорировал её.
Альтернативой было согласие, которое, очевидно, не принималось.
Он оставался тем самым ублюдком, который бросил меня в кузов своего грузовика, а потом запер в тюремной камере. И он наполнил кровью чертов пенопластовый стаканчик, ничего мне не сказав! Кто так делает?
Впрочем, я и не ждала, пока он предупредит меня о том, что в нём находится.
Большая часть вины лежала на мне.
  
Не зная, что можно ещё сказать или сделать, я слезла с его коленей. Я проигнорировала его слегка недовольное ворчание, когда в очередной раз задела твердый член.