Переход II (СИ)
— Партизан, слова твои, вероятно, смысл имеют, и, думаю, математики и инженеры тебя даже поддержат. Но вопрос простой: у тебя есть рабочие предложения по тому, как такого дублирования работ избежать? Мне тут уже подобные жалобы поступали, а вот слов, как положение исправить, я не слышал еще.
— Предложений-то куча, но какое из них выбрать… Мы с женой в сове время три машины, которые у нас дома стоят, четко поделили…
— Алексей Херов! Я знаю, что у тебя дома этих ЭВМов разных больше, чем в иных организациях, но тут мы собрались не для того, чтобы хвастаться!
— А я и не собирался, о другом сказать хотел. Вот мы машины поделили очень просто: на одной ведем работы по операционным системам, на другой — исключительно по базам данных. А третья у нас была учебная для… в общем, учебная и она же для разработки программ, которые ни к базам данных, ни к системам не относились. А так как мы машины поделили не только по назначению, но и по принадлежности, получилось, что я занялся системами — и любые вопросы, касающиеся операционных систем, попали под мою, скажем, юрисдикцию. Сона работала с базами данных, девочки расчетные программы разрабатывали… всякие. Но все мы четко знали, кто из нас чем занимается, и если у кого-то появлялись смежные вопросы, мы не бросались их немедленно решать сами, а просто сообщали о проблеете тому, кто ей занимался.
— Замечательно, а предложения-то у тебя есть?
— Да. Нужно проделать три вещи, я их перечислю не по степени важности, а по возможностям реализации. Сначала нужно организовать издание бюллетеня, или даже журнала специализированного, в котором будет писаться о том, кто чем занимается. Я понимаю, Виктор Семенович это подтвердит, но там не нужно писать, что-де предприятие, скажем, товарища Королева разрабатывает программы управления ракетами. Но программы управления ракетами всем и не нужны, о них можно в отдельных, уже отраслевых бюллетенях писать, которые издаваться будут со всеми нужными грифами. А вот о программах общего назначения писать нужно, и писать нужно только общую информацию, например, для чего программа нужна и как ее можно получить. То есть — и тут мы переходим ко второму этапу — потребуется некий центр, а возможно, и несколько центров, в которых все такие программы общего назначения будут храниться в пригодном для использования виде.
— А мысль неплохая, но по твоей довольной физиономии я вижу, что этим ты ограничиваться не собираешься. Вещай дальше, мы с интересом тебя слушаем.
— Третий этап будет идейно попроще, а в исполнении куда как подороже: нужно все… ну, почти все вычислительные машины объединить в единую сеть. По примеру сети поликлиник, и общее хранилище программ тоже сделать доступным в этой сети. Тогда, если кому-то какая-то программа потребуется, он ее просто по проводам тут же и получит. А пока сети не будет, программы можно и на гибких дисках пересылать… но это, модно сказать, будет лишь завершением первой стадии, из трех этапов состоящих. А на следующей стадии, когда вычислительные машинки появятся уже в каждой школе, можно… нужно будет разработать и систему, в которой каждый сможет во-первых автоматически отыскать нужную ему программу, а если такой программы еще вообще нет, то во-вторых разместить заявку на ее разработку. Школьники-то тоже довольно талантливые встречаются…
— То есть ты предлагаешь и детский труд использовать?
— Ну, если очень издали на вопрос посмотреть, то да. А детям, как практика показала, с вычислительными машинками возиться очень интересно, они с удовольствием займутся созданием не особо сложных программ, а кое-кто и сложные разработать сумеет. А если они за это какие0то пряники получить смогут… и не обязательно деньгами, можно будет таких талантливых детей награждать теми же машинками вычислительными…
— Ну ты и навыдумывал! А… а где это «практика показала»?
— Допустим, у меня дома. Я уже не говорю о Петровичах, сейчас на учебной машинке и наша нянька с удовольствием играется, составляя базу данных кулинарных рецептов — которая, между прочим, много где полезной оказаться может. И играется не одна, к ней часто в гости другие няньки с нашего двора заходят, причем специально с целью базу данных пополнить или что-то из нее почерпнуть насчет вкусно сготовить. И у Лены сын, которому только семь, тоже ручками своими к клавиатуре тянется. Не факт, что из него вырастет программист какой-нибудь выдающийся, но…
— Доступно объяснил. Но наши традиции ты знаешь…
— Инициатива чревата исполнением…
— Что? Как ты сказал? — Пантелеймон Кондратьевич рассмеялся, а за ним смеяться стали и большинство собравшихся на совещание. — И ты, конечно, прав, я бы с удовольствием тебя командовать всей такой работой поставил. Но мне уже подсказали, что тебе работы, причем из расчета по двадцать четыре часа в сутки, лет на десять уже навалили, так что… И я знаю, что ты лентяй, и заранее придумываешь, кто за тебя работать будет. Так что не томи, открой нам тайну: кого в жертвы наметил?
— Я не намечал, оно само получается так, что заниматься все этим уже есть кому. Просто Александру Ивановичу Михайлову нужно будет дать несколько больших машин, много маленьких, сотрудников добавить сотни две…
— Это которому Михайлову? Который несмеяновским институтом технической информации управляет?
— Ему самому. Причем он только доволен будет: у него сейчас народ, девяносто процентов народа занимается тем, что составляет рефераты разных статей технических, а если этим будут заниматься те, кто статьи эти пишет и через сеть будет их напрямую на сервера института загружать в базу данных…
— Партизан, ты ведь уже хочешь наши ЭВМ буржуям продавать. А если они к такой сети как-то подключатся? Ты же к ней даже школы подключать собираешься…
— Информацию тоже нужно будет разделять по степени секретности, и ту, к которой доступ ограничен, предоставлять лишь тем, кто право на такой доступ имеет.
— И как ты право такое узнаешь, если кто-то через школьную машину полезет в эту… базу данных?
— Не вопрос. Я знаю, как обеспечить разделение доступа, знаю, как людям коды доступа цифровые выдавать, причем такие, какие подделать будет в принципе невозможно. Это, конечно, тоже не очень просто, но через годик-другой мы у себя в ИПП это сделать сможем.
— Да? — Пантелеймон Кондратьевич очень удивился, но дальше обсуждать вопрос не стал: он же точно знал, что «партизан никогда не врет». И если говорит, что придумает такую систему…
— Вот любишь ты, партизан, заковыристо мысли свои излагать, выводы свои обосновываешь чуть ли не с сотворения мира. Нет чтобы сразу решение изложить…
— Я не говорил заковыристо, а просто думал. Мы вместе думали, и что-то рабочее придумали.
— Ага, а потом мы все должны придумки твои выполнять. Впрочем, полезную придумку почему бы не исполнить… Но ты все отдельно, с деталями на бумажке распиши и завтра мне написанное передай. А если ты мне при разговоре с товарищем Михайловым понадобишься… у тебя же каникулы, где тебя искать-то?
— У меня дипломная работа, значит буду в институте. В ИПП, не в МИФИ конечно.
— Ну, успеха тебе в работе… дипломной. А Александр Иванович, думаю, и без твоей помощи разберется что, где и как, Несмеянов-то его директором не просто так поставил…
Любая работа когда-то начинается, а когда-то и заканчивается, просто промежуток между двумя этими событиями бывает довольно немалый. А иногда и определить невозможно, когда что происходит. Вроде учетная система для поликлиник уже работала, но в процессе ее использования всего за полгода столько было получено замечаний от врачей и медсестер, что объем доработок выглядел уже больше, чем изначально вся система была. Но и разработчики систему уже успели опыта набраться, к тому же ректор Петровский сумел «коллектив сохранить»: по его предложению был организован новый «Институт информационных систем» (здания для которого были выстроены через дорогу от Университета, но уже «в Подмосковье»), и почти все выпускники, в создании системы поучаствовавшие, были в этот институт и распределены. Причем ни один не возразил: о пользе таких систем ответственные товарищи уже были осведомлены и рядом с корпусами института были выстроены и жилые здания для его сотрудников. А так же детский сад и даже школа (которая пока стояла пустая, так как школьников в городке, населенном вчерашними студентами, еще не завелось) — и все это было выстроено военными строителями. А так как и сам университет был «символом страны», то и его окружение тоже становилось частью этого символа — и институт с жилым городком строили те же люди, которые выстроили космодром в Тюратаме. Очень качественно построили, и очень красиво, а весной в городке и новый дом культуры строить начали.