Наша навсегда (СИ)

— Не надо в больницу… — оживаю я, беспокойно оглядываясь в поисках выхода из ситуации.
Надо смыться от них, наконец!
Сколько можно уже?
Что им надо от меня?
Давно уже все забыть должны были бы… А ведут себя так, словно все эти годы…
Мысли додумывать не получается, наверно, головой неплохо ударилась все же.
И в больницу, пожалуй, надо…
Но не хочется с ними опять в одном помещении находиться. Ни разу у нас это не заканчивалось хорошо…
  
Камень молча смотрит в мое лицо, пытается взгляд мой поймать. Отворачиваюсь. И от Лиса тоже.
— Ну, чего ты ждешь? — злобно шипит на Камня Лис, — погнали!
— Я не… — начинаю я, но Лис скользит в салон, мягко тесня меня и одновременно обнимая за плечи, чтоб не завалилась случайно на бок.
— Поехали, малышка.
Камень молча выбирается из салона, прыгает на водительское, выворачивает руль…
Последнее, что я вижу, это физиономии тех самых мужиков, что пытались наброситься на Лиса. Они растерянно провожают взглядами машину, и морды у них сложные.
  
6
 
Примерно на середине пути до больницы, то есть минуты через две-три, я прихожу в себя настолько, что умудряюсь отсесть подальше от Лиса и даже чуть-чуть воздуха глотнуть, не такого концентрированного, как до этого.
Голова уже не кружится и даже не особенно болит.
— Останови тут, — говорю я, старательно делая голос ровным и командным.
Лис, до этого с неодобрением наблюдавший за моими перемещениями по салону, но никак не препятствующий этому, не сдерживает вздох.
— Блин, малышка…
— Я не малышка, — обрываю я его грубо, — и давно уже.
— Ты — малышка, — говорит Лис, глядя на меня блестящими в полумраке салона глазами, — только не наша уже, да?
Камень, услышав это, глухо матерится. Но не тормозит, показывая, что вообще мое мнение тут никакой роли не играет.
Ничего нового, не так ли?
— Давно не ваша, — огрызаюсь я, чувствуя внезапный укол где-то в районе груди. Там, где сердце раньше было.
Лис молчит, но взгляда от меня не отводит. И Камень тоже смотрит в зеркало заднего вида. Тяжело. И здоровенные кулаки на руле сжимаются.
Атмосфера густеет снова, того и гляди, молнии начнут сверкать!
— Остановите! — нагнетаю я. Понимаю, что зря, что надо бы, наоборот, прогнуться, как-то поспокойней с ними себя вести. Поравнодушнее. Но не получается.
Все то, что в себе давила все эти годы, сейчас стремительно выбирается на первый план: обида на предательство, разочарование, желание причинить боль, хоть немного равноценную той, что сама испытала когда-то.
— Со мной все в порядке уже.
— Врач решит, — обрубает Камень.
Лис кивает.
А я…
Я решаю остановиться.
В конце концов, пусть довозят, если есть желание. Это ничего не значит. И разговаривать с ними меня не обязывает.
В салоне наступает гнетущая, невероятно тягостная тишина.
Я гляжу в окно, показательно не реагируя больше на взгляды мужчин.
А они…
Они смотрят на меня.
Так смотрят, сволочи!
Поневоле становится жарко!
Господи, да почему я реагирую-то на них? На этих обманщиков, предателей, хамов, никогда и ни во что меня не ставивших? Думающих исключительно о себе, о своем удовольствии!
Вот как быть?
Все, абсолютно все, мозгом понимаю!
А быть холодной, равнодушной, спокойной — не могу!
С Тошкой — отлично же получалось! И получается! А к нему я куда меньше негативных эмоций испытываю, чем к этим…
Тошка мне помог, в конце концов! Я ему даже благодарна! Пусть у его помощи и было двойное дно, пусть не совсем он бескорыстно, ради нашей дружбы невинной детской, со мной возился, как выяснилось…
Но он был рядом в самую тяжелую для меня минуту.
Он.
А не эти…
А теперь, когда все прошло, когда я уже успокоилась, живу своей жизнью, пусть не самой счастливой, но и не самой отвратной! Явно я бы хуже жила, останься в родительской квартире тогда! Если вообще жила бы…
И вот теперь, когда столько лет прошло, они внезапно нарисовались! И снова с теми же словами, теми же действиями!
“Малышка”, — передразниваю я мысленно Лиса, заводясь все больше и больше.
Я уже давно не малышка! Была когда-то, да.
Наивная, глупая, мечтательная Рапунцель, как Рафик называл, веселый парень из музыкальной группы Сашки Колесника. Группы, название которой я забыла давно уже.
А вот прозвище, которым меня наградили тогда парни — все еще в памяти.
И то, как меня эти двое называли, тоже.
Это оттиском по металлу выгравировалось, не стереть.
К сожалению.
Иногда я думаю, что потеря памяти была бы очень в тему. Как хорошо, как славно: все просто забыть, вычеркнуть…
А еще лучше: вернуться в прошлое и просто пройти мимо Камня и Лиса тем ясным сентябрьским днем.
Машина Камня легко преодолевает препятствие в виде больничного КПП, из будки даже никто не выходит, чтоб проверить пропуск.
Как там таксист кричал?
Бригада Камня?
Кто такой теперь Камень? Бандит? Авторитет? Каким образом так получилось? И каким образом Лис теперь полицейский?
И зачем я вообще эти вопросы задаю сама себе? Мне интересно?
Мне не интересно.
Они явно не скучали тут, в нашем родном городе. Не переживали обо мне, не искали.
Жили своей жизнью, полноценной, насколько я могу судить.
Может, и женились даже.
Силой воли торможу себя, чтоб не начать искать кольца на пальцах мужчин.
Мне это не интересно.
А свое кольцо кручу рассеянно. Не могу привыкнуть. Столько лет, а все мешает… То теряю я его, то цепляю чем-нибудь. Тошка каждый раз новое покупает. Это — уже четвертое, по-моему…
Машина тормозит перед приемным покоем, Леша вываливается с водительского, открывает дверь и тянет меня за руку.
Но я отталкиваю его ладонь.
— Сама дойду, — цежу я, выходя из машины.
— Маленькая, сейчас не время… — начинает он, но я прерываю.
— Для вас уже давно время прошло. Сама, сказала.
Иду к приемному покою, Камень и Лис шагают следом.
Почетным караулом, чтоб его.
И это, наверно, было бы смешно.
Но что-то не до смеха мне.
  
7
 
После приема у врача, диагностировавшего, слава богу, лишь небольшой ушиб, выхожу на улицу.
Смотрю в темное уже небо.
Совсем забыла, как быстро тут наступает темнота, даже летом. В Москве ощущение такое, что светло постоянно, особенно в центре. Да и спальные районы залиты светом. А тут чернота. И небо низкое, с яркими звездами.
Когда я в последний раз на звезды смотрела?
Не помню.
Кажется, еще до того, как учиться в универе начала…
Прямо возле крыльца мигают фарами машины, практически синхронно.
Здоровенный хаммер, на котором я сюда приехала, и красная низкая спортивка, которую Лис, судя по всему, успел перегнать, пока я у врача была.
Сдерживаю тяжкий вздох, глядя, как Камень и Лис, тоже практически синхронно хлопают дверцами и идут ко мне.
Интересно, они часто общались после того, как я уехала? Судя по неприятному удивлению друг от друга в самом начале, не особо…
Но, если так, то как-то быстро перестроились и подстроились. Вот и в прошлый раз они спелись мгновенно ради достижения цели. Смешно, что цель-то была не особо серьезной. Девочка-простушка, наивная девственница… Не сильно долго они мучились, да…
Хорошо, что у меня сейчас был небольшой лаг по времени, для того, чтоб прийти в себя и перестать снова мямлить и дуреть в их присутствии.
В прошлый раз это от неожиданности все было, я реально не думала, что встречу кого-то из них тут…
И Тошка молчал, главное, как рыба об лед. А уж он-то сто процентов устроил бы концерт с увертюрой и парочкой антрактов, если бы знал, что его университетские приятели-соперники в городе ошиваются. И сделал бы все, чтоб меня не пустить. Не факт, что это бы получилось, но точно постарался бы от души.