Сердце Забытых Земель (СИ)
— Проклятый камикадзе с ночным горшком! — шипел Храбр во всех смыслах этого слова, распространяя запах паленой кожи и ауру злобы — Сволочь костистая! Чтобы ты без зубов возродился! Дайте вернемся, дождемся, когда у них респаун и оживим их одной из сфер!
— Зачем? — поинтересовался я, шагая за замедлившимся полуорком.
— В глаза ему заглянуть хочу! — проскрежетал алхимик — В глаза этому летчику недоделанному!
— Кошмар — чуть дрогнувшим голосом согласился Бом — Не люблю я когда люди вдруг горят живьем…
Кашлянув, он резко остановился, и я воткнулся носом в каменную спину.
— Эй!
— Эй не эй, а тут перекресток и довольно странный — странно тихо произнес Бом и, не оборачиваясь, попросил — Храбр, хватит стенать и дымить. Тихо…
Обойдя двуногую каменную башню, я, разумно оставаясь под прикрытием его опущенного башенного щита, кинул в сумрак впереди один из факелов и начал высматривать что же так сильно удивило и насторожило Бома. Остальные сгрудились за мной и… снова все затихло в коридоре.
На этот раз нас поразили не кости — а их тут хватало, весь пол покрыт ломанным костяным месивом — а иные столь же мрачные декорации.
Ветви. Тянущиеся слева ветви, идущие из переходящего в ступени узкого и высокого коридора, поднимающиеся оттуда уродливым черным лесом — мертвым, иссохшим, заросшим паутиной и очень пугающим. Черные и будто изломанные они протянулись, да, но не подобно оплетающим стены и пол лианам и корням. Нет. Они пронизали все пространство левого коридора, выглядя как заполненная тонкими острыми кольями яма-ловушка — только тут колья были направлены горизонтально. И они не остались «без урожая» — на очень многие ветви насажены разбитые костяные остовы, скалящиеся черепа, насквозь пробитые щиты и даже мечи, причем древесные колья шутя прошли сквозь стальные клинки. Учитывая частоту и плотность этих стержней, любой находящийся в этот момент противник будет обречен. И пусть это ветви, я сразу понял, что в этом случае нет и намека на незаметный медленный рост из года в год. Тут вообще нет намека на медленный естественный рост. И нет бурного эльфийского «сочного» роста и буйства яркой природы. Тут поработала совсем иная магия — куда более мрачная, жестокая и при этом столь знакомая и желанная мне.
— Туда мы точно не пойдем — дрогнувшим голосом произнес Док, вцепившись мне в плечо мертвой хваткой — Там что-то… нехорошее…
— Не стоит соваться туда! — согласился Бом — Мы пойдем вперед — по направлению подходит и вроде там дальше ступени вверх.
— Туда не надо — кивнул Храбр.
— Мы не пойдем туда — согласился я с друзьями, мягко стряхивая с плеча руку лекаря и делая шаг вперед и… влево — Вы не пойдете. А вот я пойду. Один.
— Туда⁈ — воскликнул Док, намеренно дрожащей рукой указывая на черный мертвый хаос ветвей.
— Зачем? — Бом, как всегда, задал самый прямой и практичный вопрос.
Указав на одну из чуть дрожащих сухих ветвей, будто тянущуюся острым концом мне в правый глаз, я ответил просто:
— Здесь поработала магия Мертводруда. И поработала против нежити. Узнаете их щиты и мечи? А вон там видите?
На одной из черных ветвей покачивалась проткнутая насквозь и опутанная паутиной белая лютня с позолоченным узором.
— Лютня? — удивился Док — Музыка? Здесь? Стоп…
— Бард — первым произнес Храбр — Инструмент барда?
— Авантюристы — подытожил Бом, глядя на пол, откуда на него таращился клыкастый череп полуорка, все еще могущий похвастаться высоким красным ирокезом — Тут погибла очередная партия авантюристов… ну или почти вся — зависит от того, что там в начале этого выросшего в коридоре черного леса. Так ты хочешь?
— Хочу ли я лезть туда? — переспросил я и покачал головой — Нет. Вообще не хочу. Но если там маг класса Мертвый Друид… то это судьба, а я не готов повернуться к ней спиной и просто уйти. Пока есть шанс апнуть заклинания или узнать что-то новое из этой магии, я никуда не уйду.
— Акмэр? — робко предложил Док.
— На крайний случай — кивнул я, делая осторожный шаг к мертвым ветвям — Я уже говорил — Акмэр уважает авантюристов дерзких, рисковых, умеющих добиваться своего самостоятельно. Да он у нас может и в долгу, но я предпочту сохранить его уважение и заодно показать, насколько мы умеем быть независимыми и упорными. Так что я пошел, а вы оставайтесь здесь.
— Рос — окликнул меня Бом, не двигаясь с места и схватив шагнувшего за мной лекаря за шкирку.
— Ау? — отозвался я, но только после того, как выпил зелье ночного зрения. Мир сразу стал ярче, а ветви и стены обрели легкий изумрудный отлив.
— И давно ты такой мудрый стал?
— Да вот фиг его знает — признался я и ткнул себя пальцем в висок — Может я заболел чем нехорошим? Шаг… еще шаг…
— Если что — я швыряю термитный факел — предупредил меня Бом, доставая каменное орудие, мало чем отличающееся от обычной дубины — Спалим тут все к темным богам! Главное закинуть тебе за спину, когда будешь улепетывать…
— Только не торопись — попросил я свистящим шепотом, шаг за шагом продолжая двигаться между дрожащими черными ветвями.
Пару раз мне пришлось приседать и ползти, чтобы не потревожить раскачивающиеся мертвые останки. Столько же раз я перешагивал бугристые толстые корни, обмирая при этом и молясь, чтобы это не были древесные щупальца темного пня-пожирателя. Друзья продолжали говорить что-то, но я уже не слышал, медленно продвигаясь вперед и не сводя глаз со всем приближающихся ступеней. Руки у меня были свободны от оружия, но в ладонях я держал по зелью — одно продлевало ночное зрение, а второе дарило на две минуты медвежью силу и ловкость пантеры. Последний бутылек на тот случай, если мне придется удирать — я все же был готов побороться за драгоценную жизнь.
Вот и ступени. Всего вижу семь широких идеально ровных ступеней, одним своим видом восхваляющих создавших их мастера — надеюсь не из подневольных был бедолага. За седьмой ступенью квадратная площадка, но вот ее я едва-едва могу различить, настолько плотно там росли ставшие куда толще ветви с лохмотьями черной коры. Махнув товарищам рукой, я сделал глубокий вдох и, стараясь производить как можно меньше шума, начал спускаться, тратя на каждую ступень не меньше пятнадцати секунд. Тихо скрипели трущиеся друг о друга ветви, лицом я рвал иссохшую паутину, под подошвами хрустела кора и вроде как мелкие кости, почему-то очень сильно хотелось заорать во всю глотку и пуститься наутек, но я сдерживал сей позорный порыв и продолжал спускаться в тьму.
Шажок… еще шажок и вот он край ступени…
Нога мягко-мягко опускается на пружинящую подстилку, я делаю облегченный вдох, всматриваясь в непроницаемое переплетение черных перекрученных стволов с острыми сучьями, унизанными множеством костей и ржавого оружия. Если прикинуть только по черепам, то тут полег прямо крупный отряд нежити. Здесь разметало под три десятка воинов и магов — это я уже судил по оружию, обломкам брони, рваным хламидам и прочим «украшениям» висящим на ветвях того, чью форму я наконец-то понял.
Неправильной формы ком из толстых шипастых сучковатых ветвей, одной стороной влипший в скалистую серую стену. Этот ком достигал высоты в пару метров и занимал собой почти всю лестничную площадку. Я уже преодолел почти все ступени. Уже могу дотянуться рукой до переплетенных стволов, но почему-то робею. Надо еще чуток постоять и собраться с духом… как там было?
— О румо-рамо — начал я шепотом — О рум…
— Добро пожаловать в мой скорбный склеп, брат мертводруд — прошептал ком и черные ветви затрещали, когда он едва заметно шелохнулся — Благодарю, что навестил мою невзрачную могилку… ты хоть с подарком?
— Эм… — изрек я…
Пока я напряженно морщил грязный лоб, пытаясь делать два дела сразу: думая, как ответить на этот черный юмор и одновременно вспоминая чего у меня ценного имеется, чтобы могло сойти за подарок, сплюснутый древесный шар опять затрещал, мне по щеке прошлась шипастая ветвь, сняв немало хитов здоровья, а затем снова зазвучал усталый надтреснутый голос: