Сердце Забытых Земель (СИ)

— Бог смерти Аньрулл — кивнул я — Повелитель Королевства Мертвых, правитель Аньгоры, восседающий на высоком троне близ Первых врат божественного ада Тантариалл…
Тишина… потрясенная такая тишина… и наконец осторожный шелестящий вопрос:
— Кто ты такой, парень?
— Авантюрист — ответил я чистую правду — Авантюрист, что вместе с товарищами пытается пройти через подземелья заброшенных рубиновых рудников и не погибнуть.
  
— Всего лишь авантюрист?
— Ну… еще я глава клана чужеземцев, не слишком путевый муж и отец, довольно большой разгильдяй и лентяй, что больше волей судьбы, чем собственным стараньем, умудрился познакомиться с многими непростыми смертными и бессмертными мира Вальдиры.
— А здесь ты оказался тоже волей судьбы?
— О нет — улыбнулся я — Сюда мы пришли по просьбе друга.
— Он что-то ищет в рудниках?
— Нет. Он ищет кого-то… и не здесь, а там дальше и глубже, в месте, что сокрыто в Королевстве Мертвых.
— Так вы движетесь в Аньгору⁈
— В ту сторону — подтвердил я — Наш путь лежит во владения Аньрулла, но не уверен, что он уже полновластный властитель каждого уголка своего царства. Бог смерти долгое время спал и пробудился лишь недавно.
— Бог смерти спал⁈ Сколько же всего я пропустил за годы прозябанья в подземельях…
— Много чего произошло в последнее время — кивнул я, не став упоминать, что все это случилось там в большой Вальдире, а не в словно застывших в хроностазисе Забытых Землях.
— Ты мертводруд…
— Я он. Да. Маг на пути Мертвого Друида.
— Окажешь помощь собрату? — прошептал голос и мне почудилось, что сухие ветви вокруг меня начали медленно смыкаться и удлинять шипы.
— Если смогу и если это не навредит моим целям и моим товарищам… да, помогу.
— Не навредит — прошелестел Тау Кхед и попросил еще вкрадчивей — Сделай еще пару шагов вперед, о Росгард со зловещей тенью за спиной… Подойди ближе. Нам пора узреть лица друг друга, собрат по ремеслу… подойди ближе… да… вот так… еще ближе… еще шажок… только не торопись… и не дыши слишком уж глубоко, а то почует…
Почует? Что вообще происходит?
Да и как он меня видит⁈
Я лично не замечаю ничего кроме сухих стволов, веток и прочего бурелома, ласково шепчущего мне в переполненное истерией ухо «чиркни спичкой и да будет испепелена скверна! Чиркни же спичкой…». С приступом острого бреда я пока справлялся, но расстояние между мной и источником звука все сокращалось, а собеседника я так пока и не видел.
Сделав еще шаг, я остановился. Вынужденно. Ибо мое многострадальное лицо, сплошь покрытое узором царапин поверх грязи, напоминающее изуродованную и оплавленную вандалами виниловую пластинку, с записанной на нее скорбной песней вперемешку с воплями взбешенного суслика и трубными криками кита, так вот это лицо уперлось так в сухой древесный ствол и дальше идти было просто некуда. Я открыл рот, выдохнул пыль, собрался что-то сказать, но не обронил и звука, ибо, невольно сместившись, я оказался напротив узкой щели и заглянул внутрь этого сплюснутого говорящего шара. Мне потребовалось никак не меньше минуты, чтобы разглядеть происходящее внутри. И да там именно происходило кое-что можно сказать динамичное, хотя я ожидал чего-то более статичного — вроде смирно лежащей кучки разговаривающих пыльных костей с разбросанными вокруг зубами.
Однако… я крупно ошибался, но одновременно и угадал. Тут внутри разворачивалось целое устрашающее действо, настолько необычное, что я машинально сделал несколько скриншотов, а затем врубил видеозапись — хотя ее надо бы было включить гораздо раньше. Пока я таращился внутрь, там молчали, тактично давая мне время осознать увиденное. Поняв, что у меня нет бесконечности на размышления, я задумчиво выдохнул внутрь скопившийся в груди воздух и… отпрянул… ибо оттуда раздался скрежет и скрип металла, а через мгновение послышался натужный крик знакомого голоса:
— Он вывернулся! Пади ты ниц! Сейчас!
Я пал.
Шлепнулся дохлой медузой в прибрежный песок — то бишь в растительный прах.
И вовремя!
С сухим треском там, где только что находился мой почти ничем не защищенный торс — корка грязи не в счет, а жаль — в плетенном шаре появилась дыра, откуда торчало дрожащее древко, увенчанное листовидным зазубренным наконечником.
— Назад чуток!
Я дернулся спиной вперед, оттолкнулся ногами и… беззвучно выругался, когда в каменный пол с лязгом ударило еще одно копье, воткнувшись буквально в паре сантиметрах от довольно важной части моего цифрового тела. Не знаю что побудило меня толкнуться ногами еще раз, пробороздив задницей колею в гнилых опилках, но это было не зря — третье и четвертое копья вонзились буквально в одну и ту же точку и снова так близко от меня, что я уже начал мысленно примерять на себя роль мальчика в хоре с их тоненькими нежными голосками…
Так я и замер, причем даже не дыша, выпученными глазами смотря на вонзенные в опасной близости стальные копья, поверх которых «плавал» таймер задержки дыхания.
Секунда…
Еще…
— Он успокаивается — произнес голос из шара и я едва не дернулся от неожиданности — Главное не шевелись! Ни звука! И можешь делать вдох, но чтобы без выдоха, коль хочешь жить, о Росгард! Он чует мертводрудов, грейверов, некромантов, кагрэкков, тьмальдов, мерзошвардов и прочую тьму тьмущую и мглу кромешную! Всех вроде нас с тобой! Раньше он чуял за лигу, но ныне он мертв и нюха поубавилось в разы… Но не издай ни звука! И медленно ты отползай, коль хочешь естество ты сохранить….
Это проклятое и почему-то жуткое смешное сейчас слово «естество» заставило меня зажать норовящий прорваться истеричным хохотом рот обеими ладонями и некоторое время я беззвучно подрагивал, медленно при этом отползая и полируя собственной задницей здешний пол. Мне удалось отодвинуться на прежние позиции, откуда я безбоязненно общался с Тау Кхедом и не боялся за свое «естество». На всякий случай я отполз еще чуть дальше и лишь здесь облегченно выдохнул. Ну вот. Можно уже не…
— Ро-о-о-ос! — шепот Храбра эхом донесся от верха лестницы — Ты там живо-о-о-ой⁈ Меня послали за тобой!
Внутри шара что-то оглушительно треснуло. Бессвязно вскричал голос. А я заорал следом:
— ПАДИ ТЫ НИЦ!
— Ась⁈
— Упади!
Там вверху что-то грохнуло, а через мгновение туда со свистом умчалось очередное стальное длинное копье. Слишком длинное! Тут метра три только древко!
— Ой… — помимо «ой» Храбр добавил еще кое-что совсем непечатное, но я его вполне понимал — трудно удержаться в рамках приличия, когда над головой со свистом пролетает стальная смерть.
Сам я думал об этом только краешком сознания, тогда как подсознание вовсю спасало мою бедовую задницу. Сначала я перекатился влево. Затем вправо и снова вправо. И каждый раз я успевал уйти в последний момент, а в пол вонзались стальные штыри, причем с разными наконечниками. Последние два были с бронебойными. А вонзились с силой невероятной, глубоко уйдя в камень — будь тут даже подкачанный король Артур фиг бы он выдернул этот «Копье-чтоб-тебя-калибур».
— Всем ша! — вскричал голос — Вот прямо всем! Заткнитесь!
Мы заткнулись. Прямо полностью. Сообщения я проверил на всякий случай, но связи не было. Групповой чат тоже стал неактивным — игровая система не собиралась облегчать нам жизнь. Так что мы все молчали несколько неестественно долгих и безумно тягучих минут, прежде чем из темноты не послышалось усталое и о-о-о-очень страшное:
— Он снова спит с шипом моим в мозгу иссохшем. И пусть же спит, проклятый недруг! О дайте ж мне скорей испить вина, чтобы сердца стук унять немного! Ах да… ведь я мертвец и сердца нет… тогда подайте факел! Хватит! Пора сгореть в обнимку с недругом заклятым! Подайте масла поскорее! Несите факел! Пора! Пора нам в путь!
  
Тишина…
Я уже едва не квакал от полного непонимания ситуации. В себя меня привел откровенно дрожащий голос Храбра:
— Ро-о-о-ос… а что у тебя там вообще происходит, а? Копья свистят над головой…