Застрявший в Великой Пустыне (СИ)
Кстати, о годах. Возле плазмы я подобрал валяющийся на полу смартфон и убедился в том, что сегодня именно девятнадцатое июля. Вот и день рождения подкрался незаметно, в «хлопотах и заботах». Решил от них отдохнуть по-человечески, и самую малость переборщил…
Бывает. Я человек увлекающийся.
После переохлаждённого номера на улице было поначалу душновато, но потом в лицо пахнул свежий морской бриз и стало чуть полегче. Море неподалёку шумно накатывало на тёмную полосу берега. Балкон у меня естественно был «с видом на», однако здесь грамотная ночная подсветка отсутствовала в принципе, не считая редких фонарей на широкой набережной. И это они называют курортом мирового уровня — кринж, да и только.
Если даже не брать во внимание ужасные местные пляжи с липким чёрным песком, перемешанным с крупной галькой, Сочи всё равно проигрывает забугорным оппонентам по всем статьям. Застройка хаотичная — любой шаг в сторону заведёт тебя в трущобы, где местные жители по старинке сдают отдыхающим ветхие домики размером не больше собачьей конуры. Экология убита напрочь — переполненные мусорные контейнеры и не помышляют о каком-то раздельном сборе. Вокруг одно хламьё, да и само море порядком загажено. Зелени в центре почти не осталось, даже знаменитые местные пальмы основательно так проредили завозные вредители и жадные застройщики. А здешние дороги… нет, о них лучше на ночь глядя не вспоминать, а то ещё какая-нибудь лютая хрень приснится. Даже хвалёные олимпийские дублёры не справляются с дикой нагрузкой, ведь парковок тут считай, что нет, и все бросают машины, как боженька на душу положит.
Суровый российский менталитет — ничего с этим не поделаешь.
При этом цены на всё — как будто тут сущий рай земной, где не ступала нога человека. Не то, чтобы меня это особо когда-то волновало, но… Наличие звёзд у здешних апартаментов гарантирует качество услуг точно так же, как на бутылке коньяка из сетевого магазина. Дай волю местным, и они без лишней скромности себе по шесть-семь звёздочек на фюзеляже нарисуют, залётчики хреновы.
Мой отель являлся приятным исключением из правил, отчего его совсем не хотелось покидать. Сказывалось влияние иностранного владельца, который руководил железной рукой с другого берега Чёрного моря. Закрытая территория, приличная кухня и безупречный сервис стоили своих звёзд, а на мелкие косяки я попросту закрывал глаза.
И всё же, не будь в городе новенького автодрома, где проводились гонки той самой Формулы-1 и чего попроще, меня сюда не заманили бы ни под каким предлогом. Спасибо и на том, что здесь третью неделю уже торчу. С каждым годом желания появляться в России-матушке у меня становилось всё меньше. Слишком уж тут всё депрессивно, куда не посмотри.
Заскочить ненадолго, погонять на спорткарах — максимум, на что меня нынче хватало.
Только разбившийся накануне Жорик Силаев, заставил застрять здесь куда дольше положенного. И если его коллекционную «Ламбу» было ещё хоть немного жаль, то ждать, пока этого придурка выпишут из госпиталя оказалось попросту невыносимо. Вот уже и кошмары снятся, на нервной почве.
Жуткий сон постепенно выветривался из головы, оставляя меня наедине с тоскливыми мыслями, которые в последнее время всё учащались.
Итак, вот мне и стукнуло двадцать пять.
Гипотетическая треть отпущенного мне срока уже позади, но кого я обманываю? Хорошо, если половина. При моём образе жизни я сгорю гораздо быстрее, и с этим ничего не поделаешь. Да и делать, если честно, не очень-то и хотелось. Смерть меня особо не пугала. Её боятся лишь те, кто что-то не успел или им есть, что терять. Я же ни к чему не привязываюсь и ничем не дорожу. У меня есть всё, и одновременно — ничего.
Даже если я сейчас перевешусь через балкон и отправлюсь в полёт с девятнадцатого этажа, ни одна душа в целом мире не испытает ни малейшего сожаления. Ну, разбился богатенький дурачок по пьяни, бывает. К сожалению, единственный человек, кто испытывал ко мне искренние чувства, уже давно не со мной.
Эх мам, ну почему ты ушла так рано?!
Все эти чёртовы деньги так и не смогли тебя спасти, будто где-то наверху нашей семье решили вдруг напомнить, что мы такие же простые смертные, как и все остальные. Отец после этого окончательно закрылся, а у меня осталась лишь привитая тобой страсть к чтению. И проблем от неё гораздо больше, чем можно себе представить. Возможно, будь я таким же тупорылым прожигателем жизни, как все остальные, мне было бы гораздо легче справиться со всем этим дерьмом.
У подавляющего большинства людей моего круга подобных проблем нет. Как и мозгов, но это даже к лучшему. Они не задают вопросов, не пытаются разобраться, а просто… существуют. Да, как тупые гусеницы, жрущие листья с утра до вечера, но не в этом ли счастье? Бабочками нам всё равно никогда уже не стать.
Я нервно хохотнул. Ну, и сравнил — бабочки, ага! Плесень флуоресцентная — не более. Свет вроде бы есть, а тепла никакого.
Все эти бесконечные пати, покатушки с девчонками-однодневками… разве для этого я существую? Ради чего это всё мне, если любые удовольствия рано или поздно разочаровывают?
Мы все постоянно в поиске новых ощущений, но большинство это неизбежно сводит в могилу. Кто-то врезается на дикой скорости в стену, которой похрен, сколько у тебя нулей на счету, кто-то угасает от наркотиков и прочей дряни. А кто-то как я, постепенно сходит с ума от осознания собственной никчёмности. Мы же как трутни — ничего не производим и живём лишь ради сиюминутных наслаждений. Вреда от нас куда больше, чем гипотетической пользы.
Нет, раньше всё же было как-то проще. Мир воспринимался более позитивно — он ведь лежал у моих ног. Весь!
В двадцать лет, меня до глубины души потрясали сообщения, что кто-то из наших решил лишить себя жизни. Сейчас я их начал постепенно понимать. Возможно, в тридцать мне уже не останется ничего другого, как…
Неожиданно смартфон в кармане халата ожил, коротко запиликав модной песенкой. Такой же бессмысленной, как и все предыдущие. Все мотивы на один лад, а слова… нет, в них лучше не вслушиваться во избежание лишних вопросов к эволюции. Ещё один минус от чтения — это чёртово критическое мышление, которое не даёт тупо наслаждаться жизнью.
И тут до меня вдруг дошло, что я давненько уже сижу на резных перилах, болтая босыми ногами в воздухе. Достаточно одного неловкого движения, и обо мне точно напишут в утренних постах по всей блогосфере. Однако, слезать оттуда на безопасную поверхность балкона отчего-то не хотелось.
Вместо этого я просто достал смарт, который уже успел заткнуться, но всё ещё светился. Понятно — это сообщение пришло. Посмотрим, кто посмел меня побеспокоить в такой час. Неужели, кто-то ещё помнит про мой день рождения?
Как оказалось, нет.
Отписался мой доверенный человек, которому я поручил отыскать одну редкую вещицу. Ему это удалось, но продавцы заломили цену в триста кусков. Понятное дело, что совсем не рублей. Для большинства жителей этой страны, да и соседних тоже, это неподъёмная сумма, но мне такие расходы были вполне себе по плечу. Сколько бы я не тратил, меньше денег всё равно не становилось — уж папа об этом заботился денно и нощно. Ему давно хватило бы и на праправнуков, имейся у него таковые, но останавливаться он не собирался и продолжал жадно драться за кормушку с многочисленными конкурентами. Видимо, страсть к зарабатыванию — это единственное, что приносит ему в жизни хоть какое-то удовольствие.
Тоже своеобразный наркотик, как ни крути.
Подтвердив транзакцию, я невольно усмехнулся. Пусть это будет мой вклад в монгольскую науку, наверняка весь её бюджет намного меньше будет. А мне уже сегодня должны будут доставить долгожданную покупку. И не какую-нибудь очередную безделушку, а настоящую археологическую ценность. Нефритовый диск, размером около тридцати сантиметров с круглой дырой ровно посередине. Такие штуки до сих пор находят в Китае и сопредельных странах, на старых захоронениях знати. Датируются они приблизительно от трех до пяти тысяч лет до нашей эры, что само по себе впечатляет. А вот то, что люди даже в те далёкие времена желали выделиться даже после смерти, наоборот, совсем меня не удивляло.