Проснуться однажды или всё началось с измены (СИ)

- Если всё сменять, то получится один золотой, пять серебряных, два бронзовых рюмей и три рюма, - ответил Антон, складывая монеты в вертикальные столбики, чтобы их было проще пересчитать.
- Молодец! – похвалила я его. – А мне-то зачем? – всё ещё недоумевала я.
- Я - ваш и всё, что у меня есть – принадлежит вам, - твёрдо произнес он, слегка склонив голову.
Вот теперь всё и стало на свои места.
  
У раба не может быть ничего своего. Всё, что у него есть или всё, что он делает, принадлежит хозяину, а в данном случае мне – хозяйке.
Я не стала наводить пень на плетень и что-либо объяснять или доказывать, что-то типа, что любой труд должен оплачиваться…, а просто поделила все монеты на три примерно равные части. Одну отдала Антону – это их заработок. Вторую отдала Матфейю и поручила ему использовать эти монеты на содержание хозяйского дома и его жителей. Фрола тут нет, так что и мой представитель может этим заняться. Он, кстати, принял это как должное. Третью часть отдала Сияне на нужды удела. Я-то уеду, а им тут жить и мне не хотелось бы, чтобы они тут пухли от голода или мёрзли от холода. То, что и Матфей, и Сияна потратят по назначению всё до последнего рюма, я не сомневалась.
- Это же принадлежит хозяину, то есть хозяйке – вам, - не веря в происходящее произнёс севшим голосом Антон.
- Всё правильно. Я хозяйка и мои решения не обсуждаются. Если тебе не нужно, то детям они очень пригодятся, - безапелляционно ответила я, давая понять, что с ним разговор закончен.
Когда Антон ушёл, я начала обсуждение и объяснения, как и для чего будем использовать мой заказ, который уже давно был готов.
А планировала я не что иное, как сделать сахар из кленового сока. А что, раз лес под боком, то почему бы и не да! Мёд, конечно, хорошо, но … Всё-таки я не привыкла так к мёду как к сахару, поэтому, как только увидела кленовый лес, так сразу решила, что попробую. Как делается сахар знают почти все, и я не была исключением. А так как ни свеклы, ни тростника тут не было, то … Имеем, то, что имеем, а за неимением того, чего бы хотелось, используем имеющиеся подручные средства – кленовый лес. А что? Индейцы же смогли сделать кленовый сахар несколько веков тому назад, а мы чем хуже? Не индейцы, конечно, но тоже не лыком шиты. Тем более тут нет ничего сложного! Ну, почти. Выпаривать сок до густой массы, которую нужно охладить до затвердевания, а потом размельчить. Вот, собственно, и всё. Самое главное в этом процессе — это необходимое оборудование: два больших котла, в которых будут выпаривать сок, трубочки и небольшие ёмкости на ручке, куда и будет стекать сок по трубочкам. Всё это я и заказала у Сияны, а ещё попросила её найти тех, кто будет этим заниматься.
Я знала, что движение сока у деревьев начинается ранней весной, но… Когда здесь наступает эта ранняя весна, которой даже как времени года тут нет, было не понятно. Вот поэтому я и поехала сразу же как смогла, чтобы показать сбор сока и организовать весь процесс получения сахара. Мне нужно было самой сходить в лес и на месте всё показать, рассказать и объяснить.
Для похода в лес я решила взять с собой своих мохнатиков. Не знаю где, но где-то читала, что все животные метят свою территорию и другие животные на неё особо не заходят, чувствуя запах. Мои пёсики ещё относительно маленькие, но, а вдруг это сработает и отпугнёт диких зверей от места сбора сока? Конечно, в лес будут ходить несколько человек, а не один, но если эта моя задумка поможет, то я буду только рада. Не хотелось бы, чтобы люди страдали пока ещё не понятно, за что.
На самом деле я не знала, что из моей затеи получится и получится ли вообще что-нибудь. Но как же хотелось, чтобы получилось и можно было использовать не только мёд. Естественно, всё это затевалось не для продажи, а только для себя – местного использования, поэтому, если что-то получится, то это будет наше домашнее производство – для удела и грандства.
Как мы нашей весёлой компанией добирались по сугробам до леса – это отдельная история, но она совсем не интересная. У нас только на подготовку ушёл целый день, потому что нужно было соорудить что-то типа волокуши, которую тащил до леса местный лошадиный гигант. А для более-менее нормального передвижения по лесу, чтобы не проваливаться в сугробы, на ноги пришлось наскоро сделать снегоступы. Поэтому на натурные съемки, то бишь в лес, мы смогли попасть только на следующий день, а по возвращении ни о каком отъезде в замок не могло быть и речи. Ног под собой не чувствовал никто, только лапы – мои пёсики, которым ни снег, ни сугробы нипочём. Надеюсь, они пометили территорию? Не зря же я их сюда везла!
Уезжая из удела, я опять оставила разные заказы и для Сияны, и для услужников, и для местных жителей - для тех, кто захотел. Я никого не заставляла, просто предложила, а там уж – кто согласился, тот и получит свой процент. На всё это тоже ушёл почти день, вот и пришлось уезжать намного позже, чем планировалось.
Возвращаясь в замок, кстати, дорога уже была довольно сносной, я везла гостинцы уречецев, ну и кое-какие покупки, пару самоваров и целых три замка! И это всё не считая нескольких листов бумаги и пяток глиняных бутылей или горлачей (не знаю, как назвать это чудо гончарного производства) с лекарством для внутренне-наружного применения. А что? Для домашних нужд можно! Ещё когда в статье «Для дома -для семьи» рекомендовалось, а мы вот и тут прислушиваемся к хорошим рекомендациям! Тем более, что зима ещё не закончилась, а в хозяйстве всё пригодится.
Дядька далеко и вряд ли приедет контролировать, хотя, мы никакие договорённости не нарушаем – все в рамках!
Знала бы я, кто приедет, осталась бы в уделе ещё на недельку, только кто ж знал …
  
Глава 70
 
В замок мы вернулись уже в конце дня, потому что дорога хоть и была как бы расчищена, но всё равно ехать по ней было очень и очень сложно. Всю дорогу у меня было не очень хорошее предчувствие и, когда мы наконец-то въехали на призамковую территорию и вышли из кареты, я обратила внимание на две других, примерно такие же коробки, как и наша, стоящих поодаль и уже без лошадей. Значит у нас опять гости, а раз уж их впустили, то кто-то из … Хотя, это мог быть кто угодно. Не оставлять же путников без крова в ночи. Надо будет весной поставить постоялый двор для таких путников, а то что ни день, так здрасьте вам, встречайте, чаем угощайте. Нет, надо как-то пресечь этот поток жаждущих и страждущих заглянуть к нам на огонёк.
Интересно, а охрана в замок впускает всех или только своих? Надо бы уточнить у Еремея. А то у меня складывается такое впечатление, что сюда едут все кому не лень. Это кто же рискнул сразу после месячного заточения, отправиться к нам по таким дорогам? Меня тут не было пять дней, и кто-то приехал или пока меня не было, или только сегодня. По таким дорогам из местной столицы вряд ли доедешь, а если это кто-то из ближних местных, то, раз уж они остались, значит по мою душу. Кто бы это мог быть?
Войдя в замок, мы с моими сопровождающими словно попали в какую-то театральную постановку и на нас, как на опоздавших к началу представления зрителей, даже никто не обратил внимания.
Сцена располагалась в самом центре у лестницы, где солировали два главных персонажа – Аграффа и какая-то женщина. Вся массовка – замкочадцы, находились на приличном и безопасном расстоянии, так, чтобы можно было видеть и слышать, но не попасть под горячую руку.
- Гранда Ирия, я не могу вас пропустить на хозяйскую сторону, - спокойно, но твёрдо говорила Аграффа, стоя у подножия лестницы, преграждая путь какой-то высокой женщине, пытающейся её оттолкнуть.
  
- Там мои покои! Мои и дочери! Я не буду жить в гостевом крыле! Это я! Я настоящая хозяйка! А тебя нужно было уже давно вышвырнуть из замка! – продолжала громко скандировать, почти кричать, незнакомая дама неопределённого возраста, за спиной которой стояла девочка подросток и ещё одна женщина.