Помнишь, ты сказал, что я никто?.. (СИ)
На самом деле, я уже пыталась бежать. Тогда Кано долгое время не было в Японии, но меня все равно сразу же схватили и отвели к начальнику охраны. Он уже далеко не молод, но довольно суров. Посмотрев на меня, прямо спросил — была ли это попытка бегства. Я ничего не ответила, а он тяжело вздохнул и объяснил, что Кано не тот человек, с которым можно вести себя подобным образом. Предательство он карает жестоко и, если подобное повторится, я просто однажды исчезну. Кано не даст второго шанса и не станет слушать оправданий.
Тогда начальник охраны назвал меня безрассудной девчонкой и сказал больше не предпринимать попыток самоубийства. То есть, не пытаться убежать. На этот случай он решил закрыть глаза. Все равно, меня настолько быстро схватили, что не было ясно пыталась я убежать, или просто пройтись по улице — вещи я с собой не брала.
Услышав мой ответ, Кано некоторое время молчал, а потом спросил:
«Почему ты постоянно смотришь на меня?».
«Потому, что сразу я вас боялась» — ответила честно. — «Потом… Наверное, я просто привыкла и поэтому продолжала смотреть».
Для меня Кано был похож на хищника и за ним действительно было интересно наблюдать. Изучать того, в чьих лапах я оказалась и хотя бы примерно понимать, чего ожидать. А еще, можно сказать, я научилась кое-чему у мужчины.
Позже, анализируя этот разговор, я пришла к выводу, что, возможно, Кано изначально считал, что попала я к нему по своему согласию. Но, вообще какая разница, что он думал раньше и что сейчас? Отпускать меня он не собирался и все так же относился, как к своей собственности.
Разве что, этот разговор все же повлек за собой некоторые изменения. Буквально на следующий день у меня в комнате, на журнальном столике стоял букет цветов. Первый знак внимания от Кано. Он начинал видеть во мне не малолетку, а уже сформировавшуюся девушку.
В дальнейшем были подобные знаки внимания — подарки от Кано. Иногда он стал со мной разговаривать и порой мне даже казалось, что мужчина заботился обо мне, но все же я никогда не забывала о том, кто он такой.
Было несколько случаев. Например, месяц назад, будучи на учебе в Лондоне, я с друзьями засиделась в кафе. Это не запрещалось и я часто так проводила выходные, но после посиделок я с одногруппником пошла прогуляться. Мы разговаривали про фильмы и бродили по вечернему Хайгейту, а, как только я вернулась к себе, в дверь постучали. В коридоре меня ожидал один из громил Кано. Он сказал, что я должна срочно вылететь в Японию.
Тогда мне не дали даже собраться и ночью вывезли в аэропорт. Я думала, что произошло нечто срочное и крайне серьезное, но толком не могла понять что именно и, лишь после того, как я оказалась в Японии, все стало ясно.
Моя прогулка с одногруппником была недопустимой, ведь ее можно было принять за свидание.
Я никогда не забуду, как на меня смотрел Кано в тот вечер. От его взгляда сознание сжималось и тело сковывал лед. От мужчины исходило нечто такое, из-за чего становилось ясно — он действительно страшный человек.
Кано сказал мне лишь одну фразу — такое больше никогда не повторится. Да, он не спрашивал, а именно утверждал. То есть, давал понять, что мне, как его будущей жене, даже в подобных случаях нельзя оставаться наедине с парнями.
И я всем телом без всяких слов ощутила — если ослушаюсь, мне будет конец.
С того вечера Кано постоянно сверлил меня тяжелым взглядом. Создавалось ощущение, что мне сейчас покажут ад лишь за то, что я прогулялась с одногруппником, но, кажется, через время мужчина отошел и вот сказал, что пора уже официально объявить о том, что я его невеста.
Прерывая все размышления, я качнула головой и открыла глаза, вновь окинув взглядом аэропорт Куатро-Вьентос.
Неторопливым шагом я пошла к выходу, прекрасно зная, что на улице ждала машина, присланная моим отцом и немного впереди шло двое верзил — люди Кано, которые сопровождали меня в этой поездке.
Из-за того, что перелет был крайне сложным, я жутко хотела спать, но, внезапно уловив нити какого-то запаха, резко замерла и встрепенулась. Кажется, это был мужской одеколон и он будоражил. Будто бы поджигал сознание и я почувствовала рядом с собой чье-то присутствие. Уже давно забытые ощущения — сильный страх.
Я резко обернулась, но в потоке людей никого знакомого не увидела, поэтому, качнув головой, пошла дальше. Наверное, перелет и правда был очень тяжелым мне уже мерещилось черти что.
Выйдя на улицу, я подняла голову и сделала глубокий вдох. Вот я и вернулась в Мадрид.
Глава 22. Монстр
Пока я ехала к особняку родителей, мне было интересно посмотреть на Мадрид. Увидеть то, каким он стал, но, для себя я отметила, что город почти не изменился. В прочем, как и дом мамы и папы. Разве что я слишком сильно отвыкла от него.
Пока громоздкий мужчина доставал из багажника мои чемоданы, я вышла из машины и прошла к главному входу, издалека на ступеньках увидев маму. Все такая же изящная и утонченная. Она вообще не изменилась.
— Добро пожаловать домой, Камила, — сказала она, когда я подошла ближе. Мама привычно отметила мой внешний вид. — Рада, что ты приехала.
— Для меня уже приготовили комнату? — спросила, поднимаясь по ступенькам и открывая дверь. Расстегивая пальто, я прошла в холл и, хоть и не оборачивалась, все равно знала, что мама последовала за мной.
— Да. Тебя разместили в первой гостевой спальне. Твои вещи скоро принесут туда.
— Спасибо. Дальше я сама, — я ускорила шаг и, несмотря на то, что мои сапожки были на достаточно высоком каблуке, ловко поднялась на второй этаж. К маме у меня было слишком сильное отвращение, из-за которого я предпочитала сводить к минимуму наше общения. Ни одного лишнего слова сказанного ей и ни одной лишней секунды проведенной рядом с этой женщиной.
Проходя по коридору, я снимала шарф, но вовремя обернулась, чтобы в очередном повороте заметить папу. Судя по всему, он шел в свой кабинет, но тоже меня заметил.
Мы не обменялись даже банальными приветствиями и разошлись в разные стороны, а я еще некоторое время не могла унять дрожь в ладонях — меня трясло от гнева. Как же сильно я ненавидела этого человека.
* * *Особняк уже частично украсили к рождеству, но никто из родственников еще не приехал. Возможно, это даже хорошо. Лишний день тишины и покоя — что может быть лучше?
Был обед, когда я спустилась к крытому бассейну и, сбросив с себя халат, сразу прыгнула в воду. Плавала долго и потом полностью вымотанная, сидела на шезлонге и, вытирая волосы полотенцем, свободной рукой взяла телефон. Хотела написать Бланке о том, что я приехала в Мадрид, но, стоило мне зайти в соцсеть, как я увидела сообщение от человека, о существовании, которого вообще предпочла бы забыть.
Адан Монтеро написал мне:
«С возвращением, Чудовище. Наконец-то. Я тебя ждал».
Сжав телефон с такой силой, что, казалось, еще немного и экран треснет, я уже собиралась бросить Монтеро в черный список, но все же сделала глоток прохладного сока и, немного успокоившись, написала ответ:
«Тогда, почему не встречаешь? Или у тебя за последние годы мозги заплыли мышцами и ты забыл, как нужно ходить?».
Это мы впервые общались после того случая в больнице и Адан вызвал у меня новую волну ненависти.
«Я сейчас не в Испании» — пришло сообщение, а за ним следующее. — «Вернусь и обязательно поздравлю тебя с приездом».
«Цветы не забудь, придурок»
«Я тебя еще и в ресторан обязательно свожу, Чудовище»
Не совсем поняла, при чем тут ресторан, но… почему-то казалось, что от сообщений веяло гневом. Да и я сама пропиталась злостью, поэтому отложила телефон в сторону, чтобы хоть как-то успокоиться.
У меня уже давно не было желания нормально разговаривать с Монтеро. Пусть катится ко всем чертям. И плевать на его семью. Кано могущественнее их, а я теперь его невеста. В голове возникла мысль, что нужно будет обязательно отправить Адану приглашение на мою свадьбу.