Вернуть Дворянство 5 (СИ)

Я быстро настигал добычу.
Ледяной табурщик заморозил пространство передо мной метров на двадцать. Я лишь пожал плечами и всадил когти в лед. Задрал голову, чтобы посмотреть на его реакцию и понял, он не для меня это сделал, а для себя.
Проскользив, он влетел в меня на бешенной скорости. Я даже ускорение включить не успел. Подъем был уже под сорок пять градусов, и я полетел вниз, спасибо, что тут не заморожено, а то бы ощутил себя как на детской горке, где билет в один конец.
  
Я всадил когти в асфальт, оставляя рваную борозду, и все же остановился, но услышал шорох льда. Противник морозил перед собой пространство, чтобы ускоряться и уже занес надо мной ледяное копье.
Я сильнее вжался в асфальт, чувствуя, как табурные когти появляются еще и на ногах. Удар отдался леденящей вибрацией во всем теле. Воздух из легких выбило облаком пара.
Противник такого явно не ожидал и пролетел. Я добавил ему инерции широким потоком неконцентрированного лазера в спину. Его с дикой впечатало в асфальт у подножия подъёма моста.
Я сощурился, обвел макаровца тонким лучом будто криминалист мелом. И он провалился вместе с куском моста в форме распластанного человека. Раздался бульк, я удовлетворенно кивнул и пополз вверх.
Противники уже были далеко. Я прицелился, дал пробных солнечных зайчиков из глаз и, а потом пустил стандартный луч, выбивая последнего охранника прямо через металлический забор.
Горемысл остался один. Он начал быстрее перебирать руками и ногами. До вершины оставалось совсем немного, Макаров намеривался перебежать на ту сторону.
На моём пути возникли малахитовый частокол. Я легко обрушил его парой взмахов светового меча. Горемысл уже взбирался на самый верх, и я решил рискнуть.
Импульс!
Мост сработал как направляющая у арбалета. Я пролетел и, сделав воздушный пируэт, оказался на вершине моста.
Градусов уже было почти девяносто. Я увидел, что на нас в бинокль смотрят рабочие с обоих сторон. И вывел им на небеса светящуюся иллюзию соединяющихся мостов.
Конструкция замерла, заставляя нас покачнуться, а затем завибрировала и начала опускаться. Горемысл судорожно глянул, прикидывая, сумеет ли продержаться против меня это время.
Я лишь покачал головой.
— Крыс я давлю без шансов.
В его руках вспыхнул ядовитый меч, и мы ринулись друг на друга. Теперь я был под доспехом и не боялся повторного отравления. Хотя, недавний порез предательски закололо.
За пять шагов до контакта, я почувствовал выброс силы и замер. Зеленое облако вспыхнуло в радиусе пяти шагов от противника.
Ядовитая тварь!
Я дождался, когда оно развеется и вошел в ускорение, не давая Макарову шансов на новую подлость.
Световой меч был воплощением меня, а потом так же пылал праведным гневом. Первом же ударом он разбил янтарный клинок противника. Я видел, как в замедленном режиме ползет по лезвию сеть трещин, будто белка из ледникового периода орехом шибанула.
Я нанес удар слева в печень. Тут же справа в сердце. Грудь. Колено. Шея. Глаза!
Всё это заняло не больше доли секунды. И я вышел из ускорения.
Меч в руке Горемысла разлетелся шрапнелью, неопрятно ударив в доспех. Его всего перетряхнуло, и нательный щит слетел, вспыхнув зеленым.
Я призвал второй меч, намереваясь разрубить засранца.
Он в отчаянии прыгнул в пропасть между мостами, и под ним соткалась янтарная дорога от края до края.
Охренеть, конечно, скорость создания техники.
Я тоже прыгнул и за две ступеньки настиг его, просто сбив плечом.
Импульс! Я вбил его в торцевую часть соединения мостов.
Он продолжал карабкаться, вверх, а я повис на нём и принялся наносить удары табурными когтями. Раз. Два…пять. Сорок!
Ублюдку было плевать. Он сконцентрировался на защите и продолжал ползти, всаживая зеленые когти в поверхность.
Но второй ранг, есть второй ранг. Первый раз я сбил его доспех чудом. И теперь больше не выходит.
Да будет так.
Он уже ухватился за край. Янтарные когти впились в асфальт.
Я вбил световой меч над его плечом, не позволяя ползти дальше и еще один над другим. Он развернулся, намереваясь скинуть меня.
И я протянул между двумя мечами плазменную удавку.
На лице Горемысла отразился ужас, когда он понял, что сейчас будет.
Я вылетел импульсом с ускорением, касаясь краем моста, отчего успел испугаться.
Мост снова соединился. Доспех Горемысла трещал. Вены на лбу вздулись от натуги. В глазах застыл первобытный страх. Там вспыхнуло неизбежное осознание смерти. Он вертел башкой как одержимый и орал.
Но сотни тонн конструкции моста безжалостно схлопнули свою пасть.
Доспех слетел и на асфальт выплеснулась красная паста. Лишь башка осталась торчать сверху.
  
Глава 22
 
Я вывел в небе большой палец вверх, салютуя за сведение моста.
Отличная работа, мужики. Я этого не забуду.
Они по инструкции действовали, так что им предъявить ничего не смогут. Надо бы сразу юриста к рабочим приставить, чтобы на них давления не было, ну и позлить Макаровых ещё больше.
Я доложился в командный пункт и стал ждать транспорт. Через десять минут приехали два бойца на «Кабанчиках». Оба из гаража Рюрикова. Ольг Мечеславович рискует. Я это запомню.
Они оставили мне мотоцикл и постановщик помех, а сами сели вдвоём на один байк и уехали. Я же установил глушилку, дабы приехавшие на место подольше не могли сообщить о случившемся и поехал по своим делам. Ночка будет длинной.
— Связь дайте с Мальтой, — выехав с моста, запросил я по щебету
Прошло секунд пятнадцать, прежде чем до неё дозвонились.
— Десять «Кабанчиков» закажи, — выдал я, уходя в поворот. В зеркале заднего вида промелькнула машина. Макаровская охранка успела вызвать помощь и вот она спешит на место.
Хм.
Я отпустил рукоятку газа, сбрасывая скорость, и развернулся. Автомобиль уже скрылся на мосту.
Я накинул зеркальную маскировку. Через какое-то время показался целый кортеж.
Я неспеша заслушал доклады. Всё шло по плану. Конечно, Макаровы — величина. Они бы проглотили нас и не подавились. Но многие сейчас отлеживаются после изнурительных и совершенно бестолковых столкновений в Бразилии. Большая часть контингента сосредоточенна там. А здесь они раскиданы по всей стране. В Екатеринграде у них не так много сил. Да и откровенно расслабились они.
Бывшие имперцы все же, привыкли больше давить авторитетом и рассчитывать на высокоранговых бойцов.
Наша главная проблема высококлассная оснащенность оружейников. Но и на этот счет есть идеи. В общем, чем бить имеется, и что важно — мы не боимся это делать.
На байке я вывел лазером герб Макаровых и поехал обратно на мост. Кабанчик быстро разогнался, заставляя все вокруг размазаться.
Я быстро настиг кортеж.
Водитель заволновался, но увидев знакомый герб, на секунду задумался, этого мне хватило, чтобы сократить расстояние и вогнать бивни в заднее колесо.
Шины лопнули, и авто начало закручивать влево, я накренил мотоцикл, уходя от столкновения.
Снова набрал скорость и создал трамплин. Подлетел ровно в тот момент, когда подо мной промелькнула молния. Чудо, что её траектория не исказилась. Это двоякость электриков. Слишком сильно контролируешь техники дабы быть более метким, а потом получается, что та же самая молния от новичка достигла бы цели, примагнитившись к металлической бандуре.
Подо мной проплывало авто. Я рисковал перелететь, а потому немного подался вперед, приземлившись на крышу и смяв её, провалился в салон.
В машине лопнула сфера ветра, и меня выбросило вместе с байком. Хотя ноги от него оторвались, пришлось в полете запрыгивать в седло. Коснулся асфальта на удивление мягко.
  
Осталась последняя тачка. Она резко начала тормозить и развернулась. Окна поплыли вниз. Но я взмахнул рукой, и в салон замело тонну песка, а потом я заставил стекло подняться, запечатав противников.