Вернуть Дворянство 5 (СИ)

Я благодарно кивнул и сказал:
— Спасибо. Искренне благодарю за оказанную поддержку. Я рад, что наконец-то стал своим не только на словах. Чеджу не забывает тех, кто ему помог.
Я был удивлен. Прежняя Минхе предложила бы мне всю свою гвардию в обмен на Джи-А, или хотя бы что-то иное, эта же действовала совсем иначе. Интересно, кто ей вправил мозги?
Из всех членов совета в отказ пошла только Чанджа, но, и тут уже начались брожения. Остальному клану надоело, что из-за характера старухи, страдают и другие. Гён Мин передал мне отряд рекрутов. Их готовили как новых кандидатов на вступление в клан. Потому это жест как бы должен мне показать, что клан Мин хочет дружить. А я что, я и не против. Только без вредной бабки.
  
* * *
Макаровы не ушли с нашей базы. Я бы на их месте поступил так же. Рассеиваться нельзя, ведь мы уже показали себя как те, кто отлично наказывает за такое. Вместе с тем, других мест дислокации в городе и не осталось.
Срываться в атаку пришлось в попыхах, потому что Макаровым должны были подвести комплексы ПВО, и тогда весь план бы посыпался.
Сорвались с места как есть, быстро попрыгав в самолёты и вертолёты. Десятки птичек взмыли в небо. Я был в одной из этих крылатых махин с пилотами шагачей и Климом.
Один из механов был индус, причем довольно крепкий, что для них большая редкость.
— Из какого штата, друг? — спросил дядька смуглого пилота.
— Мегхалая.
Клим кивнул.
— Знаешь, повернулся он ко мне. У нас было много чего, саморитян там куча. В Индии одна интересная история вышла, — он, похоже, волновался и решил таким образом прогнать тревогу. Запутанная история там вышла, — сказал дядя.
— С удовольствием послушаю, мне всё интересно.
— Наш пращур на рубеже девятнадцатого и двадцатого столетия отправился с миссией на Цейлон, знаешь, у нас вообще много в роду таких, кто в монастырь ушел, кто в иное служение. Ходил там, лечил людей. Конечно, сдружился с местной аристократией. Были там два таких рода. Барнс и Пури. Первые как не сложно догадаться потомки английских колонизаторов, а вторые исконно местные. Так вот у наследника Барнсов Пури когда-то увел девушку, просто шутки ради, знаешь, молодые дворяне. Так вот Барнс вырос соблазнил невесту Пури, и она родила ему мулата. Разразился страшный скандал, чуть не дошло до войны между родами. Но старики порешали.
— Я бы посмотрел на те переговоры, — рассмеялся я.
— Естественно, наследники терпеть друг друга не могли. И вот спустя десять лет у Пури новая молодая жена, и он ей строго на строго запрещает общаться с Барнсом. Ей — аристо. В общем, лучше б он молчал. К Барнсу жена стало относиться благосклонно. Время шло. У девушки двойня. На роды позвали нашего прадеда.
Никого в усадьбе кроме слуг. Не знаю, как так вышло. Прадед роды принял, один мальчик белый, второй мулат. Оказалось Барнс подловил девушку после ссоры с мужем и пока она была в забытье пьяная, воспользовался ей. Такой ссор выносить из избы нельзя. Это же позор на всю жизнь.
Я сочувственно покивал.
— Пращура убили как свидетеля. Жену после того, как вскормила ребенка тоже. Разразилась все-таки война между Барсами и Пури. Потом наши подключились в самом финале пришли задать вопросы, когда Пури уже не могли бы оказать сопротивление.
Но мы всегда отличались особым благородством. Был заключен договор. Мы не трогаем Пури, а они взамен обещают однажды выступить в войне за нас. И вот, когда они были так нужны, то не явились на зов. Лишь Рамбир Пури прилетел и бился за нас. До последнего вздоха сражался.
— Сейчас не тогда, — напомнил я дядьке. Всё получится.
— Как тебя зовут парень? — обратился к индусу Клим.
— Рам.
— Твой отец был достойнейшим из людей.
Индус благодарно кивнул. Вот как значит. Рам Пури… история повторяется. Но лишь отчасти.
Мы хорошо подготовились. Чего только стоит отряд из людей с восстановленными конечностями. Да сейчас они четвертого и третьего ранга, но те, кто сегодня выживут вернут свой второй и первый. А кто-то вероятно скакнет на прежний уровень во время битвы, ведь дар обычно старается спасти носителя.
У нас шагачей было больше, чем пилотов для них, а еще мне нужно было экономить силы до встречи с Макаровым, так что решили совместить, а потому атаку я начну в роли пилота.
Мы с дядькой долго спорили из-за того, кто должен убить Гореслава. Я взывал к тому, что на его счету уже достаточно скальпов этой фамилии, а он к тому, что противник второй ранг, и я его не потяну, а он вполне может потягаться. Но если Малахитовый Король, как звали последнего в роду старика, Гостомысла Макарова, жив, то мне как раз таки с ним не справиться. А вот дядька именно им и был пленён, сотни и тысячи раз прокручивал в голове сценарий схватки с ним и знает о нём все. Если кто вообще и способен его убить, то только Клим.
Все же моя взяла.
— Приближаемся, — подал голос пилот.
Я пустил сканирующую волну, ощущая как всего прошибает будто током от увиденного, даже волосы на руках дыбом встали. Мы рассчитывали максимум на шестьсот-семьсот противников, но их тут две с лишним тысячи. В четыре раза больше, чем нас. Но отступать уже поздно.
— Приготовиться, — отдал я команду в эфир.
Люк отошел в сторону, и я скатился по стропам и остановился у кабины шагача, болтающегося под брюхом стальной птицы. Командирский, с красной полосой, Ксюха расстаралась. Я приложил мастер-ключ и открыл кабину. Заполз внутрь. Пристегнулся, запустил машину. Загорелась панель. Пошла диагностика. Все датчики были зелеными. Без сюрпризов.
Начался легкий мандраж. Все же не пешим иду, в новом качестве себя ощущал и уверенности не было. Тем не менее, надо выдать напутственные слова. Я пустил легкую целительскую волну, прогоняя лишний адреналин, а то тут особо его не выплеснешь, а преизбыток может плохо сказаться, вплоть до тахикардии и темноты в глазах.
— Этот день войдет в историю. В учебники по тактике. О нас будут слагать легенды. И уж точно будет что рассказать внукам из разряда «Дед, да так не бывает». Но чтобы это всё произошло, сегодня надо выложиться. Я планирую выжать себя до суха. Не бойтесь потерять дар, это поправимо. Поверьте. Сегодня мы все должны выгореть как спички. Только так сможем выжить. Вперёд!
Транспортник отпустил нас в полёт, словно орел, что разжал лапы. Сердце ухнуло, когда я увидел, как же быстро приближается земля, но потом раскрылись парашюты и шагач стал падать медленнее. Крыша ангара приближалась.
Лишь на секунду мелькнуло её серое покрытие, а затем корпус сотряс удар. Замелькали перекладины и спустя пару мгновений, перед глазами было облако пыли и вроде как потрескавшийся бетон под ногами машины.
Но мне не нужно видеть, чтобы убивать, я чувствую врагов. Манипуляторы легко подчинились движению рук, а следом и стальная махина повторила требумое. Помещение осветили дульные вспышки ручных пулеметов, на краткий миг вырывая у тьмы кадры рвущихся на куски людей.
Одним требовалось лишь одно нажатие кнопки под четырьмя пальцами, другим нажать и всего секунду подержать, третьи оказались крепкими одаренными и требовался длительный огонь с двух рук.
— Фрк! Фры-ы-к! Фр-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р! — глушил меня шум пулемета.
Я проломил стену ангара. Чувства мощи, что дарил шагач немного пьянило. В голове не укладывалось. Я не использую дар, но уже столько врагов покрошил.
Я увидел бегущего одаренного. Короткие нажатия на гашетку. Левой, правой, левой правой.
— Фр! Фр! Фр! Фр!
И он вынужден остановиться и обернуться. Повесил еще парочку стихийных щитов. В глазах паника. Целеуказатели скрестились на нём и замигали, ожидая команды. Большими пальцами я утопил красные кнопки. Ракеты из плечевых шахт ударили в цель, отбрасывая противника. Я снова начал поливать тело, вбивая его в землю, но доспех держался. Еще две ракеты и две очереди, и аура пропала. Есть!
  
Эфир разрывался от команд, нас раскидало и сейчас мы собирали свою кровавую жатву, изредка выхода на дорогу, для смешанного построения с табурщиками и стрелками.