Барон Дубов 7 (СИ)

Броков. Значит, вылечил свой зад и взялся за старое.
Один из его спутников запустил огненную струю в вихрь шатенки, и пламя перемешалось с потоками воздуха. Девушка, летавшая по площади, снова закричала от боли. Вихрь пропал, и она рухнула в траву.
— Какого чёрта они творят? — громко прошептала Лакросса. — Убийство других участников же запрещено! Иначе турнир превратится в какие-то голодные игры.
  
— Голодные игры? А это что такое? — удивилась княжна.
— Одна старая книжка, — ответила вместо оркессы Лиза.
— Правила не запрещают гадить другим участникам, — сделал вывод я, — если это не влечёт за собой смерть. Или ты забыла, как тебя столкнули вчера?
— Ублюдки… — прорычала Лакросса.
И тут я был с нею полностью согласен. Настала пора вмешаться, пока птицелюди, набросившиеся на шатенку, не заклевали её. Я шепнул пару слов Лизе и бросился на помощь шатенке. Остальные же остались засаде.
Лиза запустила несколько ярких шаров в сторону Брокова и его прихвостней.
Интересно, какого чёрта они всё ещё с ним после вчерашнего? Могу только предположить, что род Броковых ради своего сыны-корзины давит на рода других участников.
Я подбежал к лежащей в траве шатенке и закрыл её от своры птицелюдей щитом-корневищем. Достаточно большим, чтобы сразу несколько монстров своими острыми клювами впились в него.
— Ты в порядке? — спросил я поражённую девушку.
Её медные кудряшки порядочно обгорели, а лицо покрыла копоть. Но на вид она была цела.
— Да, — кивнула она. — Сраный Броков. Заманил в ловушку, а потом напал исподтишка и загнал сюда, как какого-то зайца.
— Хочет попасть во дворец, а тебя использовать как отвлекающий манёвр, — догадался я. Шатенка пожала плечами. Под сажей у неё скрывалось симпатичное личико. — Сейчас будет ему дворец…
Я оторвал от руки щит-корневище и пинком отправил его в сторону команды Брокова. Конечно, он не долетел, но напугал духовных практиков, отчего они рванулись в сторону, а на скрепленных листьях поднялась суматоха.
А потом их достигли яркие шары Лизы. По несколько штук начали виться вокруг косоглазых мечников, жаля их и ослепляя. Всего через несколько секунд они запаниковали и попытались сбежать на своих мечах, потянув за собой транспорт с Броковым. Но не тут-то было.
Ещё несколько шаров атаковали практиков, те сбились с курса и, как подбитые бипланы, воткнулись во дворец. Следом влетела команда Брокова, и листки-самолёты наткнулись на острые кончики ветвей и развалились. Команда Брокова в буквальном смысле распалась. Люди попадали вниз, запутались в ветвях или застряли в хитросплетениях конструкции дворца. Княжичу повезло меньше всех. Острый кончик ветви, торчащий вверх, поддел его за нижнее бельё, и он повис на натянутых трусах, визжа от боли и обиды и суча ногами. Труханы, кстати, красные в белый горошек. Странный выбор.
Зато птицелюди, увидев, что крушение Брокова угрожает их дому, переключились на него и его людей. С яростным клёкотом они вылетали из окон и круглых дверей, кружили вверху и, резко срываясь в штопор, атаковали неудачников. Броков же пытался с помощью своих порталов вытянуть себя за трусы, но ему это не удавалось. Как он не изворачивался, не мог толком увидеть ветку, на которой повис, и открывал порталы в разных местах. Один раз в него даже птицелюд влетел и дал ему лапой по и так зажатым шарам.
В общем, отличный из Брокова получился отвлекающий манёвр. Птицелюдям теперь было не до нас. Отогнав пару последних птицелюдей, подал рукой знак девушкам, и они пересекли травяное поле. Высокая трава и змеиный пояс окончательно скрыли нас.
— Мы во дворец, ты с нами? — спросил шатенку.
Она отрицательно покачала головой, поднимаясь с земли.
— Предпочитаю открытые пространства.
Мы пожелали ей удачи, и девушку поднял ветер, который затем превратился в вихрь. Она улетела в ту же дыру среди золотистых листьев, через которую появилась, а мы бросились ко дворцу.
Княжна мановением руки создала ледяные ступеньки к самой низкой ягоде, и мы ворвались внутрь, попросту высадив дверь.
Изнутри эльфийский дворец напоминал внутренности огромного червя — круглые переходы из секций с кольцами, большие и тоже круглые комнаты. Та, в которую мы вошли, состояла из трёх уровней. Мы оказались на втором. Был ещё один внизу, и третий вверху. На них вели круглые отверстия в полу и потолке. Стены и перекрытия имели янтарный цвет.
Вот почему птицелюди облюбовали это место. Без крыльев тут особо по комнатам не погуляешь. Интересно, как сами эльфы тут перемещались? Вряд ли раньше они умели летать. Возможно, способ перемещения между этажами просто не сохранился до наших дней.
— Уходим вглубь, пока нас тут не заметили, — бросил я и устремился вперёд. Оббежал дыру в полу и вошёл в круглый коридор.
Девушки и Лютоволк неотступно следовали за мной.
Я оказался прав: дворец действительно был намного больше, чем казалось снаружи. Мы быстро углубились в него, оставив позади себя звуки боя птицелюдей и княжича с его командой. Альфачик подсказывал дорогу, пихая меня то в левую, то в правую руку мокрым носом. Хорошо, что коридоры были не слишком маленькие. Я всего лишь голову нагибал, проходя по ним.
Если не было пути, княжна его создавала. Ледяной мост или ступеньки там, где мы не могли пройти или подняться. Самым весёлым был спуск. Василиса сотворяла крутые ледяные горки. И не простые! Она будто резвилась вместе с нами и устраивала целый аттракцион. С перепадами и трамплинами. А иногда и вовсе делала ледяные трубы, по которым мы слетали вниз.
Было круто и весело!
Племя птицелюдей обосновалось только в наружной части дворца, так что мы не боялись быть обнаруженными. Следов их присутствия здесь совсем не было. То и дело проходы перекрывала старая паутина, а на вещах лежал вековой слой пыли. Фонарей здесь не нашлось, так что, если бы не Лиза, брели бы мы в полной темноте. Ну, все, кроме Альфачика.
С помощью светящихся шаров исследовали несколько попавшихся комнат. Поймали несколько притаившихся кикимор с монетами и нашли пучок древних эльфийский стрел для лука Лакроссы. Живём, в общем!
Чем глубже мы уходили, тем страннее становились места. Казалось, что нога человека здесь вообще никогда не ступала.
Мы уже покинули сам дворец и шли по широким коридорам внутри дерева. Половина лестниц здесь сгнила, приходилось полагаться на княжну. В одном из проходов под высоким потолком нашли какие-то фиолетовые кристаллы, растущие прямо в дереве. С помощью Василисы Лиза забралась под потолок и отковыряла кинжалом несколько десятков. Будет нам прибавка к призовым деньгам, когда продадим их. Наверняка же представляют какую-то ценность для алхимиков.
Скоро мы уже должны были выйти к тому большому переходу, который окончательно выведет нас отсюда.
Перед очередным поворотом Альфачик вдруг вздыбил шерсть и глухо зарычал, вцепившись зубами в нарукавник.
— Эй, испортишь же!
Я попытался вырвать руку из мёртвой хватки Лютоволка. Естественно, не получилось.
Ладно, попробуем другой подход. Я просто пошёл вперёд, утягивая за собой Альфачика, но он упёрся всеми четырьмя лапами. Когти противно заскрежетали по старому дереву. А Лютоволк, надо сказать, был уже чуть не с меня ростом. Так что идти с ним на руке без применения силы не получалось.
— Да что с ним такое? — удивилась Лакросса и подошла к Лютоволку, потрепав того за ухом.
Альфачик не отреагировал. Прикрыв глаза, я попытался понять, что так разгневало Лютоволка. И сильно удивился. Он не был зол. Он был напуган новым незнакомым запахом. Он не знал, что это, но его древние инстинкты вопили о смертельной опасности.
  
Я повернулся к нему лицом и погладил по голове. Мысленно заверил, что всё будет хорошо и мы со всем справимся. Альфачик внял мне и отпустил руку.
Дальше мы крались. Лиза приглушила свет шаров, и видимость в темноте ограничилась парой метров.
Вышли к резкому повороту, который наискось уходил куда-то вверх. Запах, напугавший Альфачика, был силён. Но я не слышал дыхания древнего монстра и не ощущал никаких других признаков ловушки. Только запах затхлого воздуха.