Черный Маг Императора 17 (СИ)
— Мне хватает и того, что в базовую программу входит, а всем остальным пусть целители в небесных классах занимаются, — возмутился я, вполне справедливо на мой взгляд. — Понапридумывают всяких болячек…
Про зубы гнилушков Терлецкий рассказывать не стал и перешел к его повадкам. Это я уже не очень хорошо помнил, так что с удовольствием послушал, что эти твари, как правило, живут поодиночке и редко нападают на людей. Питаются в основном змеями, улитками и лягушками.
Однако иногда они сбиваются в стаи и вот тогда гнилушки становятся очень опасны. Могут запросто напасть не только на какое-нибудь животное, но и на человека. Бывает, что в одной стае их скапливается так много, что ратникам приходится устраивать специальные рейды против гнилушек.
В заключении Панда рассказал, что гнилушки являются рассадниками всякой заразы и если удалось прихлопнуть такого, то после смерти его лучше сжечь.
— Собственно так я и поступлю с этой парочкой прекрасных образцов после того, как научу вас работать с ними, и мы вытащим из них все самое важное, — подытожил свой рассказ Даниил Иванович и вынул из своего набора инструментов специальный нож. — Ну, кто начнет? Может быть ты, Верочка?
Хотя нет, я ошибался, что у Терлецкого не было любимчиков. Нашу старосту Каблукову он любил. У нее был просто какой-то талант по разделке всяких тварей. Когда она орудовала ножом, особой радости на ее лице я не видел, но получалось у нее правда очень здорово. Чик-чик и вот уже чей-нибудь глаз смотрит на нас из банки. Вот кому нужно было в «Черный Плющ» поступать, Убийца чудовищ из нее получился бы что надо.
Между уроками Даниил Иванович дал нам небольшую перемену, чтобы мы могли немного отдышаться на свежем воздухе, а затем вновь вернул нас к разделке гнилушка.
Пары этих тварей для всех оказалось явно мало. Нужно было хотя бы штук пять, чтобы каждому удалось принять участие в практической работе. Хорошо, что далеко не все горели желанием чего-нибудь вырезать у коричневых вонючек, так что всем, кто сильно хотел, работа нашлась.
Лично я не особо жаждал принять в этом участие. После того, как мы собирали компоненты с тролля, это все казалось детским развлечением. Поэтому я просто дождался, пока Терлецкий выдерет у них зубы и поставит финальную точку нашей практики в виде сожжения гнилушков.
Для этого он применил какое-то необычное огненное заклинание, которого я раньше не видел. Во время процесса я не увидел ни одного языка пламени и даже намека на дым. Гнилушки как-то очень быстро начали тлеть и вскоре от них остался лишь пепел.
— Восхитительно! — одобрил увиденное Градовский, и я был с ним полностью согласен. Конец урока Даниилу Ивановичу явно удался.
Довольный произведенным эффектом, он отпустил нас даже на пять минут раньше, чтобы мы смогли прийти в себя после его зловонной мертвецкой, которую он почему-то называл кабинетом.
Зато урок с Бобоедовым сегодня выдался просто чудесным. Правда в конце я крепко получил от него на орехи и схлопотал несколько часов отработок, но оно того стоило. Дело было так…
Началось все как-то само собой. Первым делом мы сделали легкую ментальную разминку, с которой Кузьма Семенович обычно начинал урок. Затем пришел черед Барьера. Обычно мы пытались защититься от преподавателя, а он лишь давал свою оценку. Учитывая, что мы занимались менталистикой уже второй год, то по большей части с Барьером все уже справлялись более-менее неплохо.
По крайней мере, если верить оценкам, которые каждый урок ставил нам Бобоедов. Хотя некоторым эта наука вообще впрок не шла. Примерно как у меня с целительством.
Я даже самое простое заклинание не мог нормально активировать. Почему-то результат всегда был непредсказуемым и каждый раз получалось совсем не то, что я планировал. Но чаще всего вообще ничего не получалось.
Вот та же история и с моими одноклассниками, которым наука Кузьмы Семеновича никак не хотела идти впрок. У них или вовсе не получалось создать Барьер, либо он был настолько слабым, что даже мой некрокот Фауст смог бы его пробить, не то что Бобоедов.
Проделав обычную историю с Барьером, мы перешли к относительно новому для нас Импульсу. Тех, кто научился владеть этим заклинанием хотя бы немного, было еще меньше, примерно половина класса.
До этого момента Кузьма Семенович сам ставил Барьер и просил нас пытаться пробить его, однако сегодня он захотел немного изменить правила. Преподаватель решил, что будет полезно, если мы поочередно попытаемся поработать друг с другом.
Мы с большим интересом взялись за дело. Каждому было любопытно, что может противопоставить ему одноклассник. Лично я считаю, что у меня получалось неплохо. Для меня не составляло труда поставить мощный Барьер, который никто не мог пробить, а сам я довольно хорошо владел собственным Импульсом.
Понятное дело, что не было даже речи о том, чтобы я смог прочитать чьи-нибудь мысли или что-то в этом роде, но пока я даже и не пытался этого делать. Мне было вполне достаточно того, что я мог превратить чей-то Барьер в подобие сладкой ваты, который таял с каждой секундой все быстрее. Пока мой оппонент не тряс головой, пытаясь сбросить с себя легкое головокружение, и не поднимал руки, принимая поражение.
Мы менялись парами, я выигрывал одну схватку за другой и это происходило ровно до того момента, пока нас с Шуйским не поставили друг против друга. Хорошенькая встреча…
Насколько я правильно оценивал силы каждого ученика в нашем классе и мог судить по оценкам Бобоедова, мы с Мишкой были самыми способными к менталистике. Во всяком случае, получалось у него довольно неплохо. Да и Импульс мы с ним освоили практически первыми…
Правда есть один небольшой нюанс — насколько мне было известно, Кузьма Семенович индивидуально с Шуйским не занимался, а значит практики у меня скорее всего больше. Похоже намечалась интересная дуэль и, если судить по гробовой тишине в классе, так считал не только я один.
— Судари, на всякий случай напоминаю, первый из вас, кто почувствует легкое головокружение, должно поднять руки вверх и таким образом принять свое поражение, — сообщил нам преподаватель, как только мы стали напротив и начали сверлить друг друга глазами.
Надеюсь сверление глазами мне удавалось достаточно хорошо, так как ехидная ухмылка Шуйского стала не такой широкой, как была в самом начале.
— Прошу начинать… — услышал я голос Бобоедова. — Первым ставит Барьер Темников.
Уверенный в своем успехе я активировал заклинание и стал ждать, пока Шуйский начнет работать против меня Импульсом. Прошло всего несколько секунд, и я почувствовал осторожный мягкий удар. Надо же, как интересно… Похоже я даже немного недооценивал его… Никто из ребят не смог бы так быстро настроиться на меня и сразу нанести удар. Пусть пока скорее разведочный, но сути дела это не меняло.
Следующий удар был немного сильнее, поэтому мне пришлось чуть-чуть усилить свой Барьер, что до этого момента я делал лишь при занятиях с Кузьмой Семеновичем. Шуйский действительно умеет удивлять…
Я почувстовал, как по моей спине стекает капелька пота, и начал немного нервничать. В этот момент он ослабил давление и я решил, что Мишка выдохся. Значит этот раунд за мной! От приятной мысли я немного расслабился и в этот момент Шуйский нанес мощный удар!
В последний момент я вновь усилил Барьер, но было уже поздно. Видимо я совершил ошибку, когда позволил себе подумать, что все окончено.
За первым ударом последовал еще один точной такой же по силе… Затем еще один… И еще… Держаться было все сложнее, а Шуйский чувствовал это и давил сильнее… Еще сильнее…
Однако и его атаки понемногу слабели. В какой-то момент они стали реже, затем прекратились вовсе и я понял, что он сейчас попытается нанести решающий удар, который определит исход нашей затянувшейся ментальной дуэли.
Сможет ли он пробить мой Барьер? Хороший вопрос… Очень хороший… Кто бы знал, как сильно я сейчас хочу получить ответ на него. Если я смогу выдержать, то потом придет моя очередь испытывать его, и тогда я уж постарался бы разделаться с его Барьером поскорее. Вот только смогу ли я выдержать?