Мой опасный капитан (СИ)

Я обменялась быстрыми хвостовыми жестами с группой. Командир подтвердил: всё-таки придётся нырять в пси-режим. Скорее всего дойдёт до рукопашки. Прижали нас здесь орсы конкретно.
Стиснув зубы и выпустив шипы из хвоста, позволила, наконец, острому жалу выскользнуть из хвостового кончика и занять боевую позицию над плечом.
Специальный клапан в броне на спине раскрылся, с легким шипением, высвобождая ощетинившийся шипами гребень, который тут же завибрировал от паскуднейшего планетарного пси-фона.
  
Как же я это всё…
Дальше думать некогда.
На этой планете фоновый пси-слой воспринимается взвесью бритвенно острых осколков.
Полосуешь себя на экстра-линии, и режешься.
Надо бы вспомнить, зачем я выбрала эту профессию, но мысли вязнут в густом и плотном мареве.
Я становлюсь сгустком плазмы, подчинённым двум целям: выжить и выполнить задачу.
Рядом со мной такие пылающие в пси-режиме сгустки — члены моей группы, псионики.
Скрипнув зубами заставляю себя влиться в расширяющуюся пси-сеть группы.
Окружаю ядро своей личности экранами — ни к чему лишний раз раскрываться — я и вижу этих рихтов в первый раз, достаточно внешней сцепки.
Вот за это — за то, что мне сейчас приходится сплетать свои экстра-пси-линии с другими рихтами — за это я буду с особой жестокостью убивать.
Пси-импульсом запрашиваю разрешение у командира выйти на остриё атаки.
Ответный импульс воспринимается как усмешка: «давно хотел посмотреть на тебя в деле, детка, жги».
Детка?!
Я Адалин Лард.
Позывной Тьма — не за красивые глазки, хотя они у меня очень и очень красивые.
Я точно знаю, почему я выбрала эту профессию.
Чтобы никто и никогда не смел называть меня «деткой».
Издаю утробное рычание. По пси-сцепке моё намерение ловят рихты, шквальным огнём прижимают орсов к земле, открывая для меня коридор для выхода на оперативный простор.
Отлично. Теперь можно вперёд.
Возвращаю бластер в закреп на бедре.
Я на острие выстраивающейся клинком группы.
Командир упомянул рукопашку?
Отлично. Другие разрешения мне уже не нужны.
Движение запястьями — моё любимое оружие — плазменные плети — высвобождаются из зажимов на предплечьях.
Кулаки сжаты.
Вскидываю руки в стороны тягуче-плавным движением — смертоносные светящиеся разноцветные полосы веером раскрываются — по три с каждой руки.
Закручиваюсь вокруг корпуса — плети окружают меня — становятся дополнительным экраном, с которого стекают все выстрелы.
Пси-фон над орсами поплыл — их уверенность сменяется удивлением и тревогой.
Я становлюсь главной целью — стягиваю огонь на себя.
Вокруг меня расширяется тёмная сфера — плотность пси, прогретая тысячами плазменных попаданий, достигает предела — здесь уже нет света, здесь, вокруг меня, воспринимаемая визуально — чёрнодырная тьма.
Бархатная, азартно мурлыкающая в ожидании схватки, хищная чернота.
Вот такой вот приятный побочный эффект.
Удовлетворенно скалюсь, чувствуя, как тревога орсов сменяется лютым страхом.
Я — Тьма. Мне нравится их страх.
Отступают. Отлично. Бегите быстрее трусливые паникеры.
Меня это устраивает — меньше потом оружие оттирать.
Всё заканчивается быстро. Мой красивый манёвр переломил ход боя, дальше всё было штатно. Захват пленных, допрос, развёртывание штаба и мобильного военного лагеря.
Шахту мы успешно отбили.
Можно теперь ждать челнок, чтобы вернуться на прежний маршрут и добраться, наконец, до эсминца Мрака.
Рихты из моей группы оживлённо обсуждали нашего будущего капитана. Строили догадки о его характере и личности.
Заметила, что на меня они косились с опаской, никак прошедший бой не комментируя. По сути, вокруг меня снова зона отчуждения образовалась, что меня полностью устраивало.
Не люблю шум и компании. Я одиночка и прекрасно чувствую себя в этой роли.
Командир только сдержанно поблагодарил — прекрасно, никаких мне больше «деток» не предвидится.
Что, собственно, мне и требовалось. Вот и славно. Вот так пусть дальше и будет.
Мысленно усмехнулась. Моя насытившаяся самка лениво свернулась внутри. Охота удалась.
Всё шло штатно.
Пока вдруг не взвыла сирена боевой тревоги.
 Глава 3. Эвакуация 
Внезапная атака неожиданно вернувшихся орсов застала нас врасплох.
В первые пять минут яростного боя мы потеряли четверть бойцов, треть боевой техники и чуть ли не весь командный состав.
Как проморгали? Ведь давно уже должны были привыкнуть, что орсы идеально умеют глушить наше пси. Именно неожиданная атака — их конёк. Что они только что с блеском продемонстрировали.
Набью морду командиру пси-патруля, если выживу…
Пришлось отступать. Воевать тут за что-то было уже нечего.
Эти белобрысые гады так торопились стереть нас в порошок, что даже шахту умудрились взорвать. Благо мы успели вывести оттуда гражданских, которые продолжали гибнуть пачками, несмотря на все наши усилия. А мы вместе с ними.
Я выворачивалась буквально наизнанку. Моя группа уцелела полным составом, включая командира, оставаясь едва ли не единственным боеспособным отрядом, к которому стягивались чудом уцелевшие остатки сил, прикрывающие гражданских.
Связистка в моей группе непрерывно вызывала эвакуацию во всех доступных диапазонах — было очевидно, что мы здесь не продержимся долго.
Мы явно угодили в умелую ловушку, судя по грамотным действиям орсов, цель у них была одна — сравнять здесь всё с землёй. Умирать отчаянно не хотелось. Я даже готова была пойти на более глубокую сцепку с рихтами из моей группы, чтобы усилиться…
Именно в этот момент над нами пронёслась четвёрка шип-истребителей. Я перевела дыхание. Наши. Умелым огнём они прикрыли наше отступление — из беспорядочного бегства тут же принявшего нормальный боевой порядок.
Связистка передала координаты для эвакуационного коридора. Кстати, она человек, а не рихт, но словами выдавала информацию со скоростью, не уступающей хвостовым жестам рихта. Толковая.
Рядом с ней всё время маячил здоровенный матёрый рихт — боец, каких поискать. Тоже почему-то выделила его из группы. С восторженного подёргивания его хвоста я прочитала то, что пробормотала связистка — я не разобрала из-за шума, но зато услышал он и хвостом передал остальным.
Выходило так, что нам на выручку пришли бойцы того самого капитана Мрака, на чей эсминец мы должны были поступить на службу.
Удобно. Не нужно будет мотаться по челнокам. Пусть только вытащат нас отсюда.
До координат эвакуационного коридора мы всё-таки пробились, почти без потерь, даже с выжившими гражданскими.
Заняли оборону, пока транспортный лифт переносил на борт эсминца, болтающегося где-то на орбите, толпу гражданских и нас.
Наша группа, как самая боеспособная, оставалась последней, прикрывая остальных.
И именно в тот момент, когда мы остались вчетвером — с командиром и ещё двумя рихтами — канал транспортировки на орбиту схлопнулся, и нас накрыло плотным таким, качественным импульсным огнём.
Вот теперь я поняла значение фразы: скрутить хвост в кольцо.
Я крутилась как ужаленная под этот самый хвост.
Мы вчетвером отбивались отчаянно, но силы были явно не равны.
Ладно. Помирать, так с музыкой. Я развернула пси на максимум. Задействовала все ресурсы, вывернув себя досуха, но всё равно досталось и хвосту, и бедро поджарило. Парни держались рядом получше меня, то им тоже приходилось тяжко.
Когда стало очевидно, что тут мы все и сдохнем совсем некрасиво и не геройски, причём нас сравняют с земелькой так, будто и не было, на давящих нас орсов обрушился океан огня.
  
Ох-хо… я аж все ругательства позабыла. Потому что это явно был удар с орбиты, охереть точность.
При этом над нами завис истребитель, вывешивая коридорную нить дистанционной транспортировки — херасе мастерство пилотирования. Шок. Просто шок.