Острова Теневых Символов. Том 2 (СИ)
В помещении было очень светло и, разумеется, очень опрятно. В главном зале стояло два длинных стола, за которыми на лавках сидело около десяти посетителей. По краям помещения располагались столики, с обоих сторон которых находились уже куда более мягкие и уютные диванчики. За каждый стол могло сесть до 4 гостей. Кроме того, внутри помещения лестница вела на второй этаж — и, как мог видеть Сареф, столы с диванчиками были и там. Но это уже, вероятно, были места для тех, кто искал уединения или же желал приватности для обсуждения важных дел. А вот напротив входа в помещение находились три двери, выполненные из какого-то светлого дерева. Это уже явно были комнаты для особо важных гостей, где, возможно, Бруминья и заключала свои сделки.
— Добрый день, уважаемые гости, — к ним подскочила служанка в нежно-голубом платье и таком же голубой шапочке, под которую были убраны светлые волосы. Впрочем, судя по тому, что в таких же платьях ещё две девушки стояли у стойки, а ещё одна с подносом спускалась со второго этажа, здесь эта была рабочая форма.
— А… мы… — растерянно сказал Сареф, снова доставая золотую карточку, — мы здесь как бы по приглашению…
— Ни слова больше, — с ослепительной улыбкой сказала служанка, которой хватило одного взгляда на карточку. Она повернулась и повела Сарефа и Ванду к одному из столиков в углу таверны. И когда они заняли предложенные места, на них с лавок в центре с явной завистью покосились несколько гостей. Судя по всему, это посетители, которые были на хорошем счету у Бруминьи, и потому их пускали сюда есть, скорее всего, каждый день. Но вот статуса на то, чтобы обслуживаться за персональным столиком, им явно не хватало.
— Леди ест мясо? — деликатно поинтересовалась служанка у Ванды.
— Леди ест очень много мяса, — с улыбкой ответила Ванда. Даже Сареф с невольным уважением посмотрел на служанку: такое внимание к деталям впечатляло, даже в богатых клановых тавернах Севроганда не каждый день встретишь такое отношение.
После этого служанка принесла им сначала изумительную луковую похлёбку с салом и горохом. Потом — отварной, но при этом слегка поджаристый молодой картофель и кусочки сочной свинины, которую явно только что приготовили на огне. И после этого — два стакана лимонада и вазочку с тонкими сахарными крендельками. При этом снова уточнив, не желают ли гости чего покрепче. Но Сареф и Ванда отказались: для алкоголя точно было не время и не место.
Неожиданно Ванда задела ногой что-то под столом — и в следующую секунду из-под столешницы выехала небольшая деревянная платформа, которая как будто слегка удлинила стол.
— Ой… а это здесь зачем? — удивилась Ванда.
— Может быть, сюда можно класть свои вещи? — предположил Сареф, — или это дополнительный столик для младенца. Или…
Договорить Сареф не успел: в следующий момент по полу метнулась какая-то тёмная тень, послышался звук бегущих когтистых лапок — и вот на выехавшую платформу запрыгнул самый настоящий… медоед. Который теперь внимательно смотрел на гостей.
— Ой, — смущённо сказала Ванда, — надо же. Какой… милый.
Она протянула руку и осторожно коснулась его головы. В тот же момент медоед зажмурил глазки и довольно зафырчал. Сарефа всё это очень сильно сбило с толку. С одной стороны, медоеды в дикой природе ведут себя совершенно иначе. Это дикие и весьма агрессивные существа, особенно если им покажется, что ты претендуешь на их территорию. С другой стороны — раз этому зверьку позволено здесь гулять, вряд ли он доставляет посетителям неудобства.
Получив порцию ласки от Ванды, теперь зверёк требовательно смотрел на Сарефа. Тот медленно протянул руку и тоже несколько раз погладил медоеда. Зверёк снова зажмурился и довольно зафыркал.
— Вы там сильно не увлекайтесь, хозяин, — недовольно сказал Сарефу Хим.
— Ты что, ревнуешь? — удивился Сареф. Подобная реакция его откровенно позабавила.
— Ничего я не ревную, — пробурчал Хим.
— Ну да, — хмыкнул Сареф, — какой же ты всё-таки милый, когда пытаешься притворяться. Тебя на ночь по голове погладить или за ухом почесать?
— Не надо меня нигде гладить и чесать! — возмутился Хим, — и я не милый!
— О, какая приятная встреча, — раздался уже знакомый голос, вырвав Сарефа из своих мыслей, — рада, что вы приняли моё приглашение.
Сареф и Ванда подняли взгляд. Рядом с их столиком стояла Бруминья собственной персоной. И хотя смотрела она на них в высшей степени благожелательно, на дне её глаз угадывалось хорошо скрытое торжество.
— Надо же… и моему Рахи вы понравились, — с долей удивления сказала она, увидев на выдвижной платформе медоеда.
— Так… это ваш зверь? — спросила Ванда.
— Ну, конечно, милая Кали, — ответила Бруминья, — в его честь я и назвала это место. Надеюсь, — она взглядом указала на пустые тарелки, — вам было вкусно?
— После месяца бегства и скитаний это просто праздник для души, — вежливо ответил Сареф, — большое вам спасибо.
— Рада это слышать, дорогой Рен, — кивнула Бруминья, после чего подошла к стороне столика, где сидела Ванда, — вы позволите?..
— Да, конечно, — Ванда поспешно подвинулась, уступая Бруминье место. Едва та села, как медоед перебрался к ней на колени и довольно заурчал.
— Мне, наверное, следует извиниться за некоторую… назойливость со своей стороны, — мягко заговорила Бруминья, поглаживая своего питомца, — я знаю, не очень вежливо вот так приставать к путникам, когда они даже не успели отдохнуть. Но… мне известно, что прибыли вы сюда с проводником по имени Амидал. Который, конечно же, не преминул вам рассказать, какая я жадная, расчётливая и меркантильная сука, не так ли?
— Да, он отзывался о вас не очень хорошо, — кивнул Сареф.
— И что вы думаете о его словах? — мягко поинтересовалась Бруминья.
— Я не для того несколько лет проработал в разведке демонов, чтобы верить на слово всему, что мне говорят, — пожал плечами Сареф, — вы сумели добиться расположения Теневого Символа, доказать ему свою лояльность — что, вообще-то, непросто, мне приходилось с ними сталкиваться — и создать это место, — он обвёл взглядом таверну, — подобное говорит о том, что вы весьма умны. Причём не в том плане, что знаете, когда нужно надавить, чтобы добиться желаемого. Но и в том плане, что вы знаете, когда разумнее будет признать поражение и отступить. При всех… несомненных достоинствах Амидала мне порой казалось, что вот этого качества ему немножко не хватает.
Бруминья довольно рассмеялась. После чего мягко сказала:
— Надо же… ты весьма неглуп, парень. Возможно, ты не соврал, и ты действительно работал там, где говорил.
— Соврал? — осторожно уточнил Сареф.
— Естественно. Здесь все врут, — пожала плечами Бруминья, — а нам приходится выслушивать это и притворяться, что мы верим. Впрочем, я не в претензии. Порой сюда приходят люди, которые чудом избежали смерти. Естественно, они первое время никому не верят. Это нормально. Да и вообще, знаете, как говорят? Правда экономит время, но ложь лучше раскрывает человека.
— И всё же вы не были тогда уверены, вру я или нет? — деликатно уточнил Сареф.
— Возможно, ты нарочито хорошо играл свою роль. Мне трудно представить, чтобы Адральвез ничего не придумал, чтобы сохранить в своих руках столь ценный кадр. Впрочем, с моей стороны высокомерно было бы полагать, что я разбираюсь в отношениях между драконами и демонами. Так что…
— Вы хотели от нас что-то конкретное? — Ванда мягко вернула разговор в нужное русло.
— В общем, да, — Бруминья уставилась на Сарефа и Ванду новым, деловым взглядом, — я знаю, что Амидал вам посоветовал один раз здесь пожрать, а потом испариться. И именно потому, что я, как изволил выразиться уважаемый Рен, достаточно умна, мне пришлось немного сыграть на опережение, чтобы не упустить вас. Я предлагаю вам поработать на меня. Один раз. Если после этого вы пожелаете продолжить эту работу — я буду только рада. Но то, что мне нужно… два носителя хилереми — это слишком большая удача, чтобы я так просто её упустила.