Уже не новобранец (СИ)
Но даже если оружие обычных воинов было не такое совершенное, как у Чертей… выбранная тактика работала на ура. Мечники хорошо держали удар и связывали сатиров в очень и очень ближнем бою, буквально подбирались вплотную, насколько это было возможно. Копейщики в этот момент активно атаковали из-за спины товарищей, часто нанося смертельные раны врагу.
Но нас всё равно теснили. Врага было больше — факт. Враг обладал преимуществом в натиске — факт. Но мы держались. Сражались, убивали, умирали сами… Мы держались, но отступали, унося больше жизней, чем забирал у нас враг.
И снова над головами полетели огненные снаряды из онагров, снова где-то в глубине строя противника произошли взрывы. Греческий огонь? Умно. Хитро. Для наступления создаст трудности, а нам будет проще держаться. Проверенная по прошлой битве тактика. Но поможет ли в этот раз? Не станет ли хуже? Город вот, буквально в метрах позади нас, ветер дует на него. Сколько людей заболеет из-за этого? А сколько в итоге умрёт?
Прочь мысли! Главное — победа! Если мы проиграем, то ни города, ни людей не будет. И пока мы можем держаться — будем держаться. Сейчас главное — перемолоть силы противника, уничтожить его, заставить его самого себя смять посредством лобовой атаки на такой толстый стальной лист, как Легион Спарты! А потом наступать будем уже мы!
— Кентавры атаковали фланги, — раздался в голове голос Кайланы, который на миг отвлёк, из-за чего я пропустил один удар, но жестоко отплатил тому, кто его нанёс.
Сатир. Уже седой. Не тот, которого я видел ранее, но всё равно старец. Смог засадить серп мне в левое бедро. Больно до жути, ведь он вырвал немного мяса, когда дёрнул на себя. Вот только волокна быстро восстановились, кровь перестала идти, а моя глефа уже летела в его сторону, даже больше — сносила его левый рог, начав прорубать череп.
И тут он вспыхнул. И рядом с ним вспыхнуло ещё несколько врагов. Умение мое, помноженное на Вечное Пламя Гестии… дало интересный эффект. Пламя тут же начало перекидываться с сатира на сатира, шкуры у них горели хорошо, вспыхивали, словно пух одуванчиков, словно хлопок, который ещё не собрали и не обработали. И прежде чем враг сообразил, что нужно хоть немного держать дистанцию меж друг другом… загорелось свыше сотни врагов.
— Твою ж ма-а-ать! — прокричал, вроде как, девятый. — Да эти твари воняют, когда горят, ещё хуже, чем когда дышат на тебя!
И я был полностью согласен с его выводом. Воняло от них страшно. И даже не спасало зажать нос, так как запах буквально чувствовался ртом. Но это мелочи. Для нашего небольшого участка фронта я смог создать передышку. Воины смотрели хоть и злобно, но с благодарностью. Устали? Несомненно. Целых пятнадцать минут без перерыва махать мечом или пронзать копьём не каждый сможет.
Но когда враг сгорел до пепла… сатиры вновь накинулись на нас. Фанатично. С пеной изо рта. И тут у меня в голове пазл сложился. Враг просто… обкурен? Под действием каких-то веществ? Но то, что он явно не в себе — факт. Они шли по телам своих, по большей части, и наших, по меньшей, воинов. И им было плевать. Просто продолжали наступать, блеять, разбрызгивать пену изо рта и кровь из ран… и подыхать.
Но мы держались. Я держался, показывал, что всё хорошо. Видел, что проседают фланги, но там сейчас никто не мог помочь. Да, пару раз Кайлана лично вступала в битву, помогая нашим воинам, её высокую фигуру тяжело не заметить. Пару раз я замечал Нику, точнее, слышал её крик. Но по большей части ей оттягивали раненых.
— Хоу! — крикнул кто-то, после чего группа воинов резко сделала рывок вперёд, отталкивая противника.
Я тут же глянул в ту сторону. Мечники присели на колено, тяжело дышали. И тут, оттолкнувшись от подставленных щитов, выскочили вперёд копейщики, нанесли действительно мощные удары по противнику. И как только оружие оказалось на свободе, выдернуто из тел врага, они так же толкнули нового противника, ударив буквально в противоходе.
— Хоу! — рыкнули они, после чего присели на колено.
И уже через копейщиков перепрыгнули мечники, нанося разящие удары. Я сам в этот момент сражался, лишь краем глаза подмечая этот нюанс. Командир той десятки, даже два командира двух десяток — гении. Они придумали, как смогут гармонично отбрасывать и уничтожать обезумевшего и ничего не понимающего врага.
И снова краткая передышка. Один строй врага закончился, который ранее отделило стеной пламени, но уже виднелся другой. Где-то добивали отдельных особо живучих противников. Где-то бойцов первого эшелона заменяли на резерв, свежих и более мощных бойцов, которые были снаряжены новым «полосатым» снаряжением. Я улыбнулся, развернулся в сторону врага и стал его ждать.
Секунда. Две. Три. И снова крик. Снова рывок вперёд. Снова кровь и крики кругом. Снова сразу несколько сатиров лишилось жизни только от одного моего удара. Снова Волна силы Лидера наполнила всех союзников рядом мощью. И мы стояли. Как скала. Как горы. Мы были неподвижным фундаментом, который невероятно сложно сломить.
Но тут показались минотавры. Целая группа этих тварей. Они ещё не успели подойти к нашему строю. Я на миг взглянул в стороны. Там тоже шли эти твари. Лучники с крыш домов по ним активно работали, но им было словно срать на нас. Опасно, очень опасно. Тот же фокус, что и в прошлый раз… но на этот раз толщина нашего строя была не такая большая, пикёров в строю оказалось критически мало… строй могут прорвать, и твари дойдут до города.
Но я отбросил панику, развернулся и срубил голову очередному противнику. Мощный выпад не подействовал, но пусть, главное, что предо мной больше никого не было. Только я и эти огромные твари. Противник тоже научился, что не стоит стоять на пути поезда… чёрт, да что за хрень в голове!
Глубокий и быстрый вдох… а потом на выдохе рывок вперёд. Черти знали, что мне не стоит мешать, сомкнули моментально строй, а десятый взял командование отрядом на себя. Я же на огромной скорости стал сближаться с пятнадцатью минотаврами, которые были также полны безумия. Тоже их разум был одурманен. Но меня это не остановит… не-е-ет… они все падут в этом бою, я не позволю на этот раз им даже приблизиться.
Рывок в сторону, огромная дубина врезалась в землю, я тут же нанёс удар подставленной голени мощным выпадом, переламывая кость не только у этого переростка, но и у других. Тут же выдёргиваю, разворачиваюсь на сто восемьдесят и обратной стороной глефы наношу следующий удар, на этот раз в бедро врагу. На этот раз только мышцы… но и этого достаточно, чтобы заставить противника упасть. Вырываю оружие резким рывком и тут же ухожу от очередного удара. Но не успеваю. Дубина падает мне на стопу. Превращает её в фарш. Металла на ней нет… а коже плевать, что держать — фарш или нормальную ногу. Но я выбрал второй вариант, моментально применил самоисцеление, кости с треском за секунду, даже меньше, встали на место и срослись, а я снова оказался на ногах и уже наносил следующий удар.
На этот раз я решил поступить крайне подло. Правда, получилось оно само собой так. Метил в живот, а попал чуть ниже, чем рассчитывал. Как мужчине… мне стало очень сильно не по себе. Это, скорее всего, адская боль, которую ни с чем не сравнить. А как противник этих тварей… я злорадствовал, так как они лишились очень важной части тела. В принципе, там область поражения была такая, что они лишатся и жизни. На ногах стоять уже не могли, а кровь им в той области никто не остановит.
Но это были не все. Двенадцать из пятнадцати. Оставалось ещё три, но они запнулись и упали, кроме одного, он только потерял равновесие, но быстро его восстановил. Пришлось настигать именно его и наносить удар уже в спину. Хватило одного в поясницу, в позвоночник. Ноги тут же подкосились, и тварь упала буквально в паре метров от Чертей.
— Ха! — усмехнулся я, выдергивая глефу, крутанув её за спиной. — Вот так надо сражаться!
Правда, никто, кроме меня, такие трюки повторить не сможет, но это нюансы. В любом случае на флангах ситуация складывалась аховая. Минотавры достаточно сильно продавили и так растянутый строй, куда вклинились сатиры. Их судьба была предрешена, как и уже упавших минотавров… но чёрт… Сколько бойцов погибло и сколько останется калеками?