Избранное. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

По крыше пронесся порыв ветра, мгновенно сорвавший с коленей старика укрывавший их плед. Багз метнулся вперед, подхватил накидку и только сейчас заметил зажатый в руке Хэнлона револьвер.
— Эге! — воскликнул он, не столько встревоженный, сколько удивленный. — А это вам зачем?
Хэнлон чуть поколебался, потом сказал извиняющимся тоном:
— Знаете, а я ведь совсем про него забыл. Чистил его сегодня, а потом, наверное, машинально сунул в карман. И обнаружил только сейчас, когда плед сдуло, и когда я попытался удержать его...
  
Он оставил фразу незаконченной. Багз протянул руку:
— Могу я взглянуть на него?
— Зачем? — резко спросил Хэнлон. — Зачем вам захотелось посмотреть на него?
— Ну, если так, — с оттенком высокомерия в голосе проговорил Багз, — то не надо. Забудьте о моей просьбе.
Старик протянул револьвер, даже настоял, чтобы Багз его взял. Однако, судя по всему, он уже успел сжиться с ним, потому что ни на секунду не отводил взгляда от своей игрушки. Багз в общем-то понимал его — сам он, наверное, поступил бы так же. Ему тоже нравилось хорошее оружие. Немного смягчившись, он осмотрел револьвер и протянул его старику.
— Пусть побудет у вас, — сказал Хэнлон. — Пока мы не вернемся в номер...
— Хорошо, — ответил Багз, не вполне понимая смысл происходящего. — Мне просто хотелось взглянуть на него.
— Нет, я хочу, чтобы он был у вас. Сидя в кресле, с ним не так уж удобно обращаться.
Багз отвез Хэнлона назад в его апартаменты, где тот попросил приготовить ему его лекарства.
— Они в шкафчике над раковиной. Круглый пузырек с сине-белой этикеткой. Три капли на полстакана воды.
Багз вошел в ванную. Налив полстакана воды, он аккуратно капнул туда ровно три капли жидкости из пузырька. Повернувшись, чтобы идти обратно, он увидел подкатившего прямо к дверям ванной старика.
— Хотел попросить вас дать мне сначала стакан холодной воды, — пояснил он. — А то пока был там, на крыше, во рту пересохло.
Багз дал ему воду, потом протянул стакан с лекарством. Наконец сказал, что, пожалуй, пойдет, если хозяину больше ничего не надо.
— Нет, спасибо, ничего. Да, кстати, Багз, — он как-то странно улыбнулся, — спасибо за экскурсию. Если бы вы знали, как хорошо она на меня подействовала.
— Рад слышать, — буркнул Багз. — Если еще захотите, только кликните.
— Ну-у-у... Мне как-то неудобно просить вас об этом. Это ведь не входит в ваши служебные обязанности — быть моей сиделкой. Вам за это не платят.
— Да при чем здесь это? Я вовсе не против, мистер Хэнлон, — настойчиво проговорил Багз.
— Ну ладно, оставляю это на ваше усмотрение, — сказал Хэнлон. — Обычно я довольно поздно встаю. Всякий раз, когда вам понадобится компания или захочется что-нибудь сказать мне, не стесняйтесь, заходите. Звонить заранее не обязательно, просто постучите в дверь и входите.
Багз был тронут той искренностью и настойчивостью, с которой это было сказано. Более того, он чувствовал, что старик ему явно симпатизирует, а ему действительно хотелось хоть кому-то по-настоящему понравиться. Поэтому он заверил Хэнлона, что они теперь будут часто видеться, что он уже вскоре заглянет к нему, да и потом станет это делать. И он действительно намеревался так поступить. Но потом задумался над неблагоприятными последствиями, которые может повлечь за собой подобная ситуация, — последствиями, которые могли наступить только в отношении его, и никого другого, — и так и не заглянул к старику. Ни разу. Да ему в общем-то и не хотелось, разве что приказали бы.
«Ни к чему все это, — подумал он. — Хэнлон может не так понять. Подумает еще, что я подлизываюсь, что я из тех, кто так и бродит повсюду, желая лишь одного — втереться в доверие к боссу. Вот если прикажут покатать его, тогда конечно. Тогда пожалуйста». Он действительно держался за эту работу и был готов неукоснительно выполнять все предписания и указания. Но даже ради этой цели не собирался задабривать или умасливать кого-то, как он (во всяком случае, так ему самому казалось) делал в прошлом. Он ясно даст понять, что это не входит в его служебные обязанности, что он не сиделка — именно этот термин употребил, возможно, отчасти бестактно, сам Хэнлон.
* * *
Багз постучал в дверь апартаментов Хэнлона. Не дождавшись ответа, открыл дверь своим универсальным ключом, специально предназначенным для того, чтобы отпирать запертые изнутри двери, и вошел внутрь.
Хэнлон был на террасе, сидя в кресле за столиком под зонтом. Услышав, как вошел Багз, он приветливо помахал ему. Багз пересек комнату и вышел через балконные двери.
— Кофе? — спросил старик, жестом указывая на стул и одновременно наклоняясь к кофейнику. — Извините, Багз, если пришлось поднять вас с постели.
— Да нет, все в порядке, — не слишком-то учтивым тоном откликнулся Багз. — Чего вы хотели, мистер Хэнлон?
— Вестбрука, — сказал старик, глядя на Багза поверх кончика сигареты. — Я пытался связаться с ним сегодня рано утром, а когда мне это не удалось, распорядился, чтобы осмотрели его комнату. Судя по всему, сегодня он вообще не ночевал у себя в номере. И в отеле его нигде нет. Вот я и подумал, может, вы знаете, куда он мог подеваться?
— Я? — Багз опустил чашку, и она чуть звякнула о блюдце. — Откуда же я могу это знать?
— Я просто спросил... Дайте, пожалуйста, прикурить.
Багз протянул Хэнлону зажженную спичку. Тот схватил его за руку, и крепко удерживая, пристально вгляделся в глаза.
— Вы вчера с ним разговаривали? Точнее, вчера вечером?
— Нет.
— Точно? Одна из горничных, эта симпатяжка Вара, видела его вчера вечером на вашем этаже. По словам телефонистки, вы в то время были еще у себя в номере. Я лично не понимаю, что ему могло понадобиться на том этаже — разве что хотел повидаться с вами.
Лоб Багза покрылся потом. Из горла вырвался слабый, какой-то дурацкий смешок.
— А, ну да, конечно. Он снова хохотнул. — Олли действительно заглянул ко мне на пару минут. Но это было уже после полуночи, то есть уже сегодня, а не вчера вечером. Когда вы спросили меня, видел ли я его вчера вечером. Почему... почему...
— Ладно, оставим это, — брезгливо поморщился Хэнлон. — Так зачем он к вам заходил?
— Да так, ни за чем особенным. Я... Послушайте, мистер Хэнлон. — На Багза, похоже, нашло вдохновение. — Я не хотел вам говорить о его приходе, потому что он тогда был немного на взводе. Вот я и подумал, что если вы узнаете, как он болтается...
— Я что, спрашивал, пьет Олли или нет? Думаете, я не знал этого? Так вот, а теперь вы послушайте! — Хэнлон грохнул кулаком по столу. — Я не вчера родился и даже не позавчера. Достаточно пожил на свете и в общем-то не совсем дурак, улавливаете? Более того, мне приходилось быть довольно сообразительным, и я им стал, врубаетесь? Так вот, если вы хотя бы вполовину такой же сообразительный, как я, вы сейчас же начнете говорить!
Он откинулся на спинку кресла, чуть подрагивая всем телом, и через секунду произнес:
— Итак, я жду.
Багз кивнул:
— Ну что ж. Я не хотел вам говорить, потому что... Впрочем, вы сами поймете почему. Вчера вечером Олли просматривал бухгалтерские книги за последний квартал и обнаружил крупную недостачу — более пяти тысяч долларов. Он не может этого доказать, но грешит на Дадли — считает, что это он присвоил деньги...
— Правильно, — проговорил Хэнлон, словно сверяя услышанное с написанным текстом. — Так и знал, что произойдет нечто подобное. А я ведь предупреждал Олли насчет этого прохвоста. Не хотелось бы плохо говорить о покойниках, но я в свое время говорил Олли, что если и есть плуты и обманщики на свете... Впрочем, извините, Багз. Так вы говорили...
  
— Ну вот. Олли до смерти перепугался. Он понимал, что это место — последнее в его жизни, что если он потеряет его, то уже никогда не найдет себе новую работу, а он был уверен, что вы непременно уволите его.
— И здесь он не ошибся! Когда говоришь, говоришь человеку что-то, а он все равно поступает по-своему... Да, ну ладно. — Хэнлон вздохнул с угрюмым видом. — Думаю, надо будет дать ему еще один шанс. Может, и не стоило бы, но все же дам. Этот маленький старикашка довольно крепкий тип, да и не стоит так уж винить его за то, что он хранит верность старым друзьям.