Избранное. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

Место это находилось как раз напротив почты. Усевшись чуть в глубине зала у стойки, Багз прекрасно видел оба входа в здание.
Если бы он не так пристально следил за почтой и внимательнее присмотрелся к тому самому ресторану, в котором находился, то, возможно, заметил бы...
Хотя, скорее всего, нет, не заметил бы. Заведение было явно дорогое, претенциозное, с модным по тем временам тусклым освещением. Так что даже если бы он посмотрел вокруг себя, то едва ли заметил бы пару, устроившуюся в кабине в дальнем конце зала.
  
Зато сам он был как на ладони. Нет, Эми Стэндиш его бы не увидела, поскольку сидела спиной ко входу, тогда как сидевший на противоположной стороне Лу Форд мог прекрасно его видеть.
Он не подал Эми никакого знака, даже не обмолвился о присутствии Багза, продолжая поглощать пищу, что-то говорить ленивым тоном и ухмыляться в ответ на вялые, неохотные реплики девушки. Однако сам Форд, заметив напряженный взгляд Багза, явно заинтересовался объектом его интереса. В общем-то ему все было видно не хуже, чем Багзу, и как только тот вскочил и вышел из ресторана, он также поднялся.
Багз дал Рози возможность несколько минут пробыть в помещении почты и подошел ко входу в тот самый момент, когда она выходила, что-то засовывая в сумочку. Глаза девушки широко раскрылись, она остановилась как вкопанная.
— О, мистер Маккена, — запинаясь проговорила Розали. — Что... Я думала, что...
— Я знаю, что вы думали! — сказал Багз, хватая ее за руку. — Пошли!
— Но... — Ее подрагивающие губы пытались изобразить улыбку. — Но что я такого сделала? Почему вы...
— Предупреждаю вас, Рози! — скрежещущим голосом проговорил Багз. — Мне не хотелось бы причинять вам боль, но если вы не пойдете сами, я силой потащу вас. Даже если придется оторвать вам руку!
Она еще мгновение поколебалась, явно пытаясь что-то сказать, но потом ее воля словно испарилась и в ней не осталось ничего от былой спокойной гордости и уверенности в себе. Она покорно пошла рядом.
Багз грубо затолкал девушку в машину, чуть ли не всем корпусом подпирая ее в бок. На глаза Розали навернулись слезы, и она принялась смахивать их пальцами.
Багз выхватил из рук девушки сумочку и распахнул ее...
  
Глава 12
 
Место это располагалось в нескольких милях от Рэгтауна и ничем не отличалось от массы других аналогичных мест, находившихся в окружении почти всех больших и маленьких городов. Густые заросли деревьев и кустарника, изборожденные нескончаемыми лабиринтами тропинок и следов автомобильных шин. Вроде бы и уединение, и в то же время недалеко ехать. Названия у них были разные, но в каждом неизменно присутствовал некий игривый намек на непристойность.
Две «девушки» — женщины лет под тридцать — развесили одежду на ветках дерева и, оставшись в одних трусиках, поеживались в это зябкое западнотехасское утро.
— Не понимаю, что удерживает этих мужчин, — ворчливым тоном проговорила одна из них, по имени Пег. — Почему не могли раздеться здесь, как мы?
— Ну что ты, дорогуша, — проворковала ее спутница Глэдис. — Таким шикарным парням, как эти, не принято задавать много вопросов. Не каждый день встретишь мужичка, у которого в кармане завалялась лишняя двадцатка.
— Это уж точно... Слушай, Глэд, как ты считаешь, с нашими сумочками там в машине ничего не случится?
— А что с ними может случиться? Ребята же все двери заперли, разве нет?
— И все же надо было мне прихватить свое пальто с собой. Пять сотен отвалила за эту кучу меха, и...
— А я сколько заплатила за свое? Ничуть не меньше. Мы же одновременно начали копить на них. Да и потом, стоит ли таскать по кустам такую дорогую одежку?
— Но мне холодно, черт побери! Я буквально коченею!
— Ну, не долго уже осталось, дорогая. Ребята должны...
Ее фразу оборвал рев автомобильного мотора — причем затихающий рев, поскольку машина явно удалялась. Девушки обменялись недоумевающими взглядами. Разразившись проклятиями, они сделали было несколько бесполезных шагов вслед за машиной, после чего с рыданиями бросились в объятия друг друга.
Эд и Тэд Гусики на ходу потрошили сумочки. Чуть притормозив, они выбросили их в кусты, после чего снова стали набирать скорость. У самого выезда на шоссе Тэд неожиданно ударил по тормозам.
Сбоку из подлеска, буквально им наперерез, спотыкаясь, вышел какой-то мужчина. Ноги его явно не слушались, да и сам он весьма отдаленно походил на человека — оборванная, замызганная, вонючая куча грязи, да и только.
Испуганно чертыхаясь, он заковылял в их сторону.
— Обманщики чертовы! И все же я вас подловил! С поличным, можно сказать, взял, теперь не отвертитесь!
— Послушайте, мистер Вестбрук... — Тэд и Эд стали медленно вылезать из машины, с опаской поглядывая на управляющего отеля. — Вы же знаете меня, это я — Тэд Гусик. А это Эд, он со мной. А вы...
— Хватит оправданий! — промычал Вестбрук. — Не имеет значения, кто вы такие! Вы или умыкнули товар... Клянусь Богом, я еще покажу вам!
Он бросился на братьев, но Тэд ловко сделал ему подножку, а Эд подхватил под руки и осторожно опустил на землю.
Из груди Вестбрука вырвались звуки рыданий, перемежаемые проклятиями, а по грязным, заросшим щетиной щекам покатились слезы. Эд озабоченно посмотрел на брата.
— Боже правый, — прошептал он. — Тэд, что же нам с ним делать?
— Что с ним делать? Ты что, дуралей?! С собой возьмем, конечно.
— А... потом что? Я хочу сказать, что мы делать будем?
Тэд не имел об этом ни малейшего представления, и потому в типично гусиковской манере проговорил с лицемерным возмущением в голосе:
— А ты что, паршивый сукин сын, хотел бы оставить его здесь? Просто так уехать и оставить здесь такого чудесного человека, как мистер Вестбрук? Да, я всегда подозревал, что у тебя башка не так посажена, а теперь полностью в этом убедился!
Раздраженный, он замахнулся и больно ткнул Эда кулаком в ребра. Братец нанес ответный удар. Покончив с привычными формальностями, они затащили Вестбрука в машину и, нежно похлопав по макушке, поехали дальше.
Жили они в старой части города и занимали шикарные апартаменты, которые до перестройки представляли собой чердак семейного амбара. Помещение располагалось в переулке на расстоянии примерно двухсот футов от основного дома. Первый этаж был заколочен и войти в их жилище можно было только со стороны переулка. Иными словами, они могли делать что хотели, когда угодно приходить и уходить, и при этом никто из окружающих не видел бы их и не слышал. Любители уединенного образа жизни, о причинах которого мы здесь распространяться не будем, они с радостью платили за аренду жилья триста долларов в месяц.
Никем не замеченные, они затащили Вестбрука к себе наверх и устроили в главной спальне. Потом отмыли гостя, накормили и вообще с самого первого дня терпеливо ухаживали за ним.
Они пичкали его лекарствами, которые тайком тибрили у гостиничного доктора. Выпивку тоже приносили, но при этом старались постепенно уменьшать дозу. В итоге они отчасти преуспели в этом деле, ограничив потребление Вестбруком спиртного всего лишь несколькими пинтами в день. Однако даже этого относительно небольшого количества алкоголя в сочетании с абсолютно безрадостными видами на будущее хватало для того, чтобы Вестбрук каждодневно чувствовал себя вдребадан пьяным. Ему попросту не за что было уцепиться, некуда было идти — ни вперед, ни назад. Вот он и предпочел окунуться в бутылку, безропотно отдавшись в ее смертельные объятия.
Тэд и Эд всячески льстили ему, заявляя — словно и сами в это верили, — что он самый лучший гостиничный управляющий во всей стране, один из немногих еще оставшихся классных знатоков этого бизнеса, и если бы он хоть немного постарался взять себя в руки...
  
По их словам, дела в «Хэнлоне» якобы с каждым днем шли все хуже. Новый управляющий продержался всего один день, после чего старый Майк сам попытался было взяться за эту работу, подключив к ней в качестве своего помощника старшего клерка. Но надо было бы видеть, братишка, что они там наработали! Хэнлон мечтал лишь об одном: чтобы Вестбрук наконец выкарабкался из бесконечной пьянки и снова занялся своим делом. Ну так как, мистер Вестбрук? А? Давайте кончайте заниматься ерундой, и все будет тип-топ.