Паладин. Свет и Скверна IV (СИ)
— Всем ближайшим отрядам! Срочно выдвигайтесь в район Синдзюку! Обнаружены Кутузов и Морозова! — зашипела рация в переулке.
От услышанного я покачал головой и поблагодарил генерала с княгиней. Чем бы они там сейчас не занимались, но пока живы и выиграли мне больше времени.
Предатели быстро покинули переулок и устремились выполнять приказ, а когда стало более менее тихо, я открыл крышку бака.
На меня уставились перепуганные глаза Айко, на голове которой лежала кожура гнилого банана. А ещё раскрытая ладонь напряжённого и пытающегося не показать страха Святослава. Слабое, едва заметное белоснежное сияние горело на его ладони. Молодец, царевич, ещё даже не разобрался в благословении Света, но уже смог сотворить какое-то подобие Копья Света. Точнее, зубочистки, но сути это не меняет.
— Вылазьте! Нужно идти дальше! — поторопил я их и подал руку принцессе. За время, пока они тут сидели, царевич успел залечить ей ноги и ссадины.
Теперь до порта было добраться легче. Предатели или лояльные бойцы все равно продолжали попадаться. Велись сражения на улицах города, но плотность убавилась. Ублюдки стягивали силы в сторону Синдзюку на севере города, куда Айко показала рукой при моей просьбе. Расположение районов Токио я знал, но одно дело карта, а другое — действительность. Кутузов и Морозова, скорее всего, застряли, но их вытащить я не смогу. Не будь у меня прицепа в виде детей, то можно было бы попытаться, но… пришлось делать выбор. И я думаю генерал и княгиня одобрили бы такой выбор.
Токийский порт встретил нас стойким запахом моря и рыбы. Множество зданий складов, производств и часть жилых кварталов, горели. Горели и корабли с лодками, яхтами и рыбацкими судёнышками, что были пришвартованы на причалах. На тротуарах и дорогах лежали трупы гражданских и тела в униформе всех мастей. Кровь была повсюду, а часть некоторых зданий обрушилась.
Первая проблема была в том, чтобы найти транспорт. С ней я успешно справился и увидел чуть в отдалении небольшое портовое здание, с маленьким причалом и баркасом у него. Судно мерно покачивалось на тёмных волнах в свете одного единственного фонаря.
Вторая проблема заключалась в очертаниях кораблей, что находились в относительной близости от порта. Военных кораблей, свет прожекторов которых виднелся особенно отчётливо даже с нашего местоположения.
— Это точно не союзники, — понял мои мысли Святослав, а подтверждение появилось довольно скоро.
Над нашими головами, в небе, раздался громкий свист, а спустя небольшое время в оставленной позади части города прогремел мощный взрыв! И соотнести его с яркой огненной вспышкой с одного из кораблей, смог бы даже идиот.
— Значит, придётся топить, — холодно произнёс я и на меня уставились шокированные глаза принцессы.
— В-вы хотите потопить их все⁈ — не могла поверить услышанному Айко. — Но… Но…
— Если капеллан сказал, что потопит их, дорогая, значит потопит, — повёл плечом Святослав, вообще не удивившись моему решению. Мне на это оставалось только ухмыльнутся. — Веди, Август, мы за тобой.
Дорога у входа в небольшой причал охранялась. Группа бойцов добивали раненных, на которых угадывалась форма полицейских, а значит это враги. Я приказал детишкам спрятаться и ждать, а сам вышел из-за угла здания.
Заметили меня почти сразу. Взяли на прицел автоматов и один из них проорал:
— Стой на месте, гайдзин! Руки вверх! На колени!
— Конечно-конечно! — выполнил я требуемое и начал играть в дурака. — Только скажите, что здесь происходит⁈ Почему в городе начались бои⁈
Японцы переглянулись и засмеялись, но не стреляли.
— Командир, он похож на того русского, что был в новостях недавно!
— Вот как, — задумался худощавый мужчина, внимательно пригляделся ко мне и произнёс: — Повезло тебе, гайдзин! У нас приказ не убивать иностранцев! Будешь хорошо себя вести, может даже жив останешься!
И вновь смех.
По отмашке командира, пара японцев приблизились ко мне и один из них вытащил хомут-стяжку, дабы связать мне руки.
Вот только когда он потянулся, чтобы осуществить задуманное, я начал действовать.
Раздался сочный хруст, японец заорал и стал падать на землю, бросив автомат и схватившись за выбитое колено. Не поднимаясь на ноги с колен, я ушёл в Рывок Света и оказался рядом с вторым. За его спиной, чтобы затем свернуть шею.
На развороте бросил в стоявших по бокам от командира бойцов копья Скверны с двух рук. Концентрация энергии была такова, что они превратились в пепел практически мгновенно. Не осталось даже костей и смердящей слизи.
Рывок Света вверх, пули просвистели у земли, ещё один Рывок и на выходе у меня в руках возникло два ножа Скверны. Ближайший предатель попытался защититься автоматом, но не успел. Нож вошёл в его грудь, легко пробил бронежилет. Он вспыхнул тёмно-зелёным пламенем и заорал. Удар ногой со всей вложенной силой и тело горящего предателя улетело в стену причала, с громким хрустом растекаясь по ней.
Их командир умер последним. С рацией в руке и ножом Скверны в правом глазу, запёкшим его мозги до состояния киселя. Он не вспыхнул весь, как его бойцы, а только голова, а значит какие-то артефакты защиты всё же у него были. Вот только Скверне, даже собранной в небольшой метательный нож, глубоко плевать на это.
Я осмотрелся и прислушался. Чисто не получилось, стрельба и крики могли привлечь других предателей, но вроде никто не спешил сюда.
Махнув рукой выглянувшему из-за угла Святославу, подозвал их с принцессой к себе. А пока те бежали, я сорвал амбарный замок на проржавевшей двери, что была вырезана в воротах причала. Можно было бы и выбить, но это явный след.
Но открыть дверь я не успел. Пришлось резко уйти в Рывок Света, почувствовав невероятную опасность. Направленную не на меня, а на царевича!
Вспышкой света я врезался в бордовую тень, что почти настигла Святослава сверху. Мальчишка её не видел, продолжал бежать к причалу и держал принцессу за руку. Он бы не успел пригнуться. Не смог спастись.
Айко закричала от грохота, разлетевшегося крошева асфальта и страха. Я напитал кулак Светом и зарядил от всей своей капелланской души по роже бордовой тени, отбросив ту в сторону. Но неприятель изменил траекторию полёта и возник в считанных метрах от меня. Тень приняла форму очертаний мужчины в тёмном плаще, с чёрным цилиндром на голове и белой, будто холщовый мешок, маске. Сквозь кривые разрезы в этой маске на меня взирали кроваво-красные глаза, во взгляде которых была насмешка.
— Ты меня не разочаровал, Паладин! — весело произнесла тварь передо мной. — Смог выбраться, спасти детишек и добраться сюда! Идеально! Великолепно! — захлопал он в ладоши, на которых были стёртые кожаные перчатки. — Что ж, перед тем, как мы начнём… Позволь представиться! — он снял цилиндр с головы и галантно поклонился. — Дэмиан фон Карстор, но ты можешь называть меня — дружище Джек! Древний вампир и немножечко…
— Демон, — перебил я его, а ткань его маски у рта натянулась в подобие улыбки. — Я знаю, кто ты, нечисть. Как знаю и размер награды за твою голову.
— Мне льстят твои слова, капеллан! — засмеялся он.
— Тогда тебе польстит ещё и то, что заказ до сих пор должен быть открыт, — холодно хмыкнул я. — Старый Мак вырезал всё твоё жалкое гнездо, но, похоже, упустил тебя. Вот он обрадуется, если узнает.
Смех вампира-демона испарился, стоило ему услышать имя Великого Охотника. Да, проклятые твари тьмы боялись Орден Паладинов, но ещё они до усрачки боялись и Охотников. А тем только в радость убавить поголовье клыкастых уродов. Помнится у них даже свой тотализатор был, кто больше всего вампирских клыков добудет. И Сандр с Маком в этом списке были отнюдь не на лидирующих позициях. Кое-кто другой держал первое место.
— Хотя, я бы лучше рассказал о тебе Дэну. А потом бы посмотрел, как ты будешь удирать, спасая свою шкуру. Вот только этого не случится, я сам тебя прикончу! Отродье, продавшееся Бала’ару!
Больше эта тварь не смеялась. Его аура выплеснулась в мир бордовой дымкой, несущей в себе стойкий запах крови. В руках нечисти мелькнули ножи с кривым лезвием.