Брат-оборотень: выбери меня! (СИ)
И пока девушка тревожно придумывала выход, продолжая вглядываться в дорогие черты, Вайлет снова вздрогнул, и веки его приоткрылись шире.
Катарине показалось, что взгляд его стал более осмысленным. В груди затеплилась надежда…
Но эта надежда была мгновенно разбита на множество осколков, потому что принц стремительно наклонился и… Катарину поцеловал.
Прикосновение мягких горячих губ просто выбило девушку из колеи. Они были такими знакомыми — эти губы!
О боги! Что происходит?
Ей бы отшатнуться, убежать, остановить это безумие, но руки Вайлета уже заблокировали любой путь к отступлению.
Одна ладонь скользнула по ее затылку, а другая крепко сжалась на талии, прижимая тонкий девичий стан к обнаженному юношескому телу.
Катарина мелко задрожала, боясь ответить на поцелуй, но глаза ее уже закрылись, а магия, словно ждавшая именно этого момента, мгновенно взвилась вокруг, усиливая и без того мощное влечение.
В какой-то момент Катарина не выдержала: ответила на поцелуй точно также, как тогда, с оборотнем. Ответила и вообще выпала из реальности отдавшись невероятно сладостным ощущениям…
Что же будет с ними потом, когда к Вайлету вернётся разум, а её накроет жутким непробиваемым стыдом?
* * *
Они целовались недолго: уже через пару минут руки принца разжались, и он начал медленно сползать вниз. Их губы разомкнулись, и Катарина увидела, что Вайлет потерял сознание.
Запаниковала.
Нужно срочно вытащить его из бадьи, иначе он захлебнётся!!!
Девушка попыталась выбраться сама, одной рукой поддерживая принца, но Вайлет неуклонно соскальзывал вниз. Она с огорчением поняла, что не сможет его бросить.
Разум лихорадочно перебирал варианты выхода, но ничего путного не приходило в голову. Неужели придется звать стражу???
Стоп! Покои заперты! Вайлет лично закрыл их на засов, когда вошёл!
Проклятье! Что же делать???
И тут девушке в голову пришла одна идея.
Она прикрыла глаза и начала мысленно взывать к Разящему. От волнения долго не могла сосредоточиться, и только с третьего раза ей удалось представить меч перед глазами достаточно четко, отправляя ему мысленный приказ прилететь сюда.
Грохот, раздавшийся в комнате, сообщил, что Разящий повиновался и теперь настойчиво ударял в дверь. Та распахнулась, выпуская смертоносный артефакт, и уже через пару мгновений сияющий меч влетел в напряженную руку Катарины.
Тяжело выдохнув, девушка размахнулась и изо всех сил ударила по стенке бадьи, рассекая ее надвое.
В тот же миг вода хлынула в образовавшуюся щель, заливая ванную комнату и устремляясь в спальню. Но причиненный беспорядок сейчас девушку совершенно не волновал. Она отбросила Разящего прочь, и тот повис в воздухе, словно ожидая дальнейшей команды.
Катарина развернулась к Вайлету, который распластался на дне опустевшей раскуроченной бадьи, а потом столь же стремительно отвернулась обратно. Он же голый! О боги! Что же делать???
Пунцовая от смущения, девушка выскочила в спальню, стянула с кровати одеяло и, пятясь, вошла в ванную обратно. Только бросив на принца заготовленное прикрытие, Катарина позволила себе обернуться. Щеки горели, руки тряслись.
Девушка присела на корточки, прислушиваясь к дыханию принца. Дышал он спокойно и размеренно, но без лекаря, она понимала, всё равно не обойтись.
Выскочив в коридор, Катарина приказала стражнику немедленно привести кого-то из прямых подчинённых принца Вайлета, и уже через несколько минут на пороге спальни появился незнакомый светловолосый человек.
— Меня зовут Мэтью де Аверт, Ваше Высочество, или просто Мэтт, — проговорил молодой мужчина с лёгким поклоном. — Я бывший секретарь Его Величества Кристофера де Вуаллин. Пока он в отъезде, я являюсь его доверенным лицом…
Катарина растерялась. Мокрая и скорее всего похожая на лохматую крысу, она чувствовала себя убожеством перед этим лощеным и безукоризненным мужчиной. Впрочем, разве ее внешность имела хоть какое-то значение сейчас?
— Его Высочество…. Вайлет… — выпалила она дрожащим голосом. — Он упал в обморок в ванной. Пожалуйста, помогите ему…
Мэтт не смог скрыть удивления и вздёрнул вверх свою широкую светлую бровь, но после этого очень быстро вернул лицу сосредоточенное и покорное выражение.
— Не волнуйтесь, всё будет сделано… А вы отправляйтесь к себе. Вам нужно переодеться…
Мэтт крикнул что-то нескольким воинам, а Катарина с жутким стыдом поняла, что мокрая одежда совершенно неприлично облепила все её тело.
Едва не закричав от досады, она бросилась в свою комнату, хлюпая босыми ногами по мокрому полу. Скрывшись за дверью, прижалась к ней спиной и замерла.
От безумия всего происходящего кружилась голова.
Но пусть лучше она сто раз будет опозорена, чем с Вайлетом случится что-то по-настоящему плохое…
* * *
Мэтт вошел в ванную комнату и склонился над Вайлетом. Прослушав пульс и проверив его тело на наличие повреждений, парень ничего не нашел. Рассмотрев раскуроченную бадью и вспомнив совершенно мокрую испуганную девушку, он удивился. Неужели оборотень и сестра императрицы… в отношениях?
Мэтью был одним из тех немногих людей, кто видел Вайлета еще в постыдной роли Вьюна — личного раба принца Рамаля. Он знал о его происхождении, знал о родстве с Эвери по материнской линии. Поэтому возможные отношения Вайлета с юной копией императрицы ничуть его не смутили. Но об этом ни в коем случае не должен узнать кто-нибудь еще. Для всех остальных — они родные брат и сестра…
Призвав воинов, он приказал срочно уложить принца в кровать и вызвать главного лекаря. Потом созвал служанок, которые занялись вычерпываем воды, и только после этого огляделся.
Огляделся и замер, увидев зависший в воздухе… большой блестящий меч.
Оружие, как оказалось, всё это время летало под потолком, словно… наблюдая за возней окружающих. По спине Мэтта пробежали мурашки непроизвольного трепета.
Это и есть тот Разящий, о котором упоминал Кристофер перед отъездом? Артефакт древнего рода де Гуарран, принадлежавший самому Ирию Безжалостному…
И почему у него стойкое ощущение, что этот меч… живой?
Глава 25
Потусторонний холод
Вайлет очнулся со стойким ощущением чужих губ на своих, и от этого по его телу пробежала совершенно нецеломудренная дрожь.
Распахнул глаза, но перед собою увидел только привычный потолок собственной спальни, затянутый сумерками угасающего дня.
Остатки невероятно яркого сна (а поцелуи с Катариной, похоже, действительно оказались всего лишь сном) не желали рассеиваться, будоража не только душу, но и тело. Пришлось стряхнуть их с остервенением разочарованного человека и резко присесть.
В воздухе пахло сыростью, а в голове промелькнули размытые, но какие-то дикие воспоминания. Брови изумленно поползли вверх…
— Катарина… — выкрикнул он негромко, но тревожно, чувствуя, что пропустил что-то серьезное. Точно! Его ведь накрыло откатом после отравления неизвестным веществом!
На его настойчивый стук в дверь соседней спальни никто не открыл, и беспокойство о юной подопечной мгновенно переросло в некое подобие паники, чего Вайлет сам от себя совершенно не ожидал.
Наскоро оделся, криво застегнув пуговицы на рубашке, и едва ли не босиком выскочил в коридор.
Но далеко убежать не смог: столкнулся нос к носу с очень знакомой личностью, которую, если честно, вообще не горел желанием видеть.
Мэтт смотрел на растрёпанного и помятого оборотня с немного снисходительной улыбкой всё понимающего человека. Вайлета жутко раздражил его взгляд.
— Что ты тут делаешь? — хмуро бросил он, почти испепеляя бывшего секретаря своим ответным взглядом. — Где принцесса?
— Госпожа Катарина еще не обладает титулом официально, — с притворной покорностью ответил Мэтт, слегка кланяясь. Вайлету показалось, что под этим поклоном он прячет подозрительную улыбку. Оборотня просто ошпарило ужасной догадкой: видимо он, находясь под действием незнакомого вещества, что-то успел натворить!