Брат-оборотень: выбери меня! (СИ)
Катарина вскрикнула.
Принц мгновенно побледнел, глаза изумленно расширились. Враг выдернул меч из его тела, с усмешкой наблюдая, как его противник мешком заваливается на пол.
— Нет! — закричала Катарина в ужасе. — Вайлет!!!
И бросилась на убийцу.
Она словно обезумела. По телу пробегали искры. Невиданная по силе магия вырывалась из тела, придавая девушке невероятного ускорения. Противник едва успевал отбивать удары, пятился к стене, а потом развернулся и попытался сбежать.
Точнее… он просто растворился в воздухе, не оставив после себя и следа.
Катарина бросила Разящего на пол и бросилась к поверженному принцу.
Вайлет… уже не дышал. Глаза остекленели, в уголке рта запеклась струйка темно-алой крови…
Катарина не заплакала, а почти взвыла. Упала на колени, чувствуя, что сердце вот-вот разорвется на части от горя и отчаяния.
Принц умер! Она не успела ему помочь!
А ещё она так и не сказала, что любит его!
Не призналась, не открыла своего сердца, а только лишь теряла драгоценное время, предаваясь глупым терзаниям и ревности…
Слёзы заливали лицо, дрожащие пальцы прикасались к ещё теплой коже принца, но он не отзывался, навеки покинув этот мир…
В тот миг что-то окончательно надломилось в сердце Катарины. Она поняла, что была крайне глупой и эгоистичной всё это время. Не служила родным, а всё время ждала, что будут служить ей. Не делала шагов навстречу, не ценила дружеские отношения, а просто пользовалась благосклонностью сестры и сводного брата, не давая им взамен совершенно ничего.
Но теперь уже было поздно. Поздно благодарить принца за его чуткость и заботу, поздно открывать ему душу…
Катарина распростерлась на окровавленной груди Вайлета, безудержно рыдая. Казалось, что прошла вечность, как вдруг…
Пол содрогнулся.
Откуда-то издалека, словно из-под земли, послышался встревоженный голос:
— Катарина! Сестрёнка, где ты??? Ответь!!!
Девушка замерла, не в силах поверить своим ушам. Приподнялась и вдруг обнаружила себя лежащей на полу в первой усыпальнице. Ни мертвого принца, ни следов битвы не было.
— Катарина… — голос раздался совсем близко, за спиной, и девушка поспешно развернулась.
Вайлет стоял на входе — живой и совершенно здоровый. Он тяжело дышал, наверное, от бега, в руках зажат меч, но на теле не было следов крови или ранения.
— Вайлет… — прошептала Катарина, с трудом веря своим глазам. — Ты жив???
Буря облегчения ворвалась в её душу, сметая собою любые преграды, и девушка не удержалась от всхлипа, заставив принца стремительно спрятать оружие в ножны и броситься к ней.
Вайлет присел, схватил девушку за плечи, тревожно заглядывая в синие заплаканные глаза. Увидев совершенно мокрое от слез лицо, он ужаснулся, и зелень его глаз мгновенно стала насыщеннее. Зрачок едва удержался от превращения, а резцы во рту болезненно прострелило начальным этапом трансформации.
— Катарина! Что случилось? Ты ранена?
Девушка мотнула головой, а потом просто подалась вперед и уткнулась лицом в одежду Вайлета на груди.
— Я думала ты умер… — прошептала она, не в силах удержать истерические всхлипывания. — Это было так реально! Ты боролся с убийцей и проиграл…
Оборотень прижал хрупкое девичье тело к себе и крепко задумался. В этом месте происходило что-то крайне странное, и, к сожалению, в проявлении непонятных и небезобидных сил виноват был только он. Не нужно было в одиночку соваться в древние пещеры! Похоже, он разбудил нечто, что вышло из-под контроля…
Он поглаживал волосы Катарины, путаясь в непослушных кудряшках, крепко обнимал за талию, шептал что-то успокаивающее. Наконец, девушка перестала всхлипывать, затихла. Только после этого принц позволил себе разжать объятия, чтобы посмотреть ей в лицо.
Катарина подняла на Вайлета взгляд, и его удивила решимость, которая сияла в глубине ее бездонных глаз.
— Вайлет… — прошептала она с волнением, которое очевидно подавляла. — Я должна сказать тебе кое-что. Когда я подумала, что ты умер, то испытала жуткую боль. Мне стала невыносима мысль, что тебя не будет рядом и что я никогда больше не смогу признаться тебе…
Сердце оборотня непроизвольно совершило кульбит в груди. Глаза Катарины источали что-то особенное: яркое, безудержное, волнующее. Он боялся даже думать о том, что она сейчас собралась сказать, но сердце сладостно замирало, надеясь на какое-то чудо.
— Я люблю тебя, Вайлет… — наконец, проговорила Катарина, очень трогательно заливаясь румянцем смущения, но не отводя решительного взгляда. — Люблю не просто, как брата. Я люблю тебя уже давно, с тех самых пор, как увидела впервые. Ты тогда приезжал к моему отцу в первый раз. И сейчас, когда мы близки, когда оказались братом и сестрой, моя любовь никуда не делась. Она стала только больше…
Сердце Катарины колотилось не меньше. Каждое слово давалось с трудом. Казалось, что она обнажается всё больше и больше, представая перед Вайлетом такой же безумной и голой, каким был принц перед ней совсем недавно в ванной. Только в её случае — это нагота души…
— Я ничего не жду от тебя в ответ… — под конец прошептала Катарина, не сумев скрыть проскользнувшую в голосе дрожь. — Одного прошу: пусть моя любовь не станет бременем для твой души…
Наконец, смущение победило, и девушка опустила лицо, но Вайлет поймал ее за подбородок и заставил вновь посмотреть ему в глаза.
Брови Катарины изумленно поползли вверх: ей показалось, что радужки принца слегка засветились в полутьме.
— Этому не бывать… — шепнул Вайлет необычайно взволнованно, словно едва сдерживал эмоциональный всплеск. — Ты никогда не станешь бременем для меня!
Катарина просто перестала дышать, наблюдая за принцем, который вообще на себя не походил. Казалось, его распирало от каких-то эмоций, но девушка не могла определить, от каких.
Он порывался добавить ещё что-то, но словно не находил слов, а потом вдруг схватил обеими ладонями ее лицо и приблизился еще больше.
— У меня тоже есть тайна… — шепнул он, а дыхание коснулось девичьего подбородка, отчего Катарина вздрогнула. — И даже не одна. Но твои слова сделали меня счастливыми, моя милая сестренка…
Взгляд Вайлета опустился на полураскрытые губы девушки, и он весьма многозначительно сглотнул. Даже такая неискушенная девица, как Катарина, сразу же поняла, что именно это означает. Наверное, в этот миг она осознала, что у Вайлета тоже есть чувства. Чувства к ней…
Его поцелуй настиг не внезапно, но всё равно вызвал немалую дрожь. Голова закружилась, тело почти сразу же обмякло, но принц крепко прижимал Катарину к себе, нежно углубляя поцелуй.
И она ответила — неумело, несобранно, но просто сходя с ума от безудержной радости.
Одна рука принца переместилась на кудрявый затылок, пальцы зарылись в пушистое облако волос. Поцелуй стал требовательнее, чувственней, и из груди вырвался не совсем приличный стон.
Когда через несколько сладостных минут Вайлет оторвался от пылающих девичьих губ, на его лице сияла счастливая улыбка.
— Как же хорошо, что мы просто сводные… — шепнул он, а потом, как и раньше, по-братски поцеловал Катарину в лоб…
Глава 29
Поцелуи
Холод из усыпальницы исчез неожиданно. Иней на крышке гроба растаял, воздух мгновенно нагрелся, изо рта перестали вырываться облачка пара.
Но Катарина ничего этого не заметила, нежась в объятиях Вайлета и с трудом веря, что всё это происходит именно с ней. Может, сон? Но сердце, к которому она прижималась ухом, стучало вполне реально.
Принц поглаживал ее волосы, касаясь уха, лаская его мочку пальцами и вызывая толпы мурашек по телу девушки. Они стояли так будто целую вечность, и Катарина не хотела, чтобы этот волшебный момент вообще заканчивался. А вдруг он рассеется?
— Ваше Высочество! — крик одного из гвардейцев пронесся по коридорам усыпальницы, и Вайлет вздрогнул. — Маги прибыли!