Брат-оборотень: выбери меня! (СИ)
Удивительный артефакт — пылающий магией меч — быстро стал частью коллекции нового императора. Тот даже не подозревал, какую опасную вещь оставил храниться в глубине своей сокровищницы.
Разящего не трогали пару десятков лет, и вот ближе к старости император вспомнил о своем удивительном трофее. Желая покрасоваться перед иноземными послами, он нацепил его на расшитый золотом пояс и величественно воссел на трон в огромной гостевом зале…
В разгар пира, когда вино и коньяк лились рекой, Разящий «проснулся». Он чувствовал рядом с собой предателя, ощущал всем своим нутром ненавистную кровь, которую клятва требовала пролить. Настал его час! Настало возмездие!!!
Магия выплеснулась из меча, опутывая тело императора невидимыми, но очень крепкими щупальцами. Скрюченные пальцы потянулись к клинку, резко выхватывая его, но в глазах правителя отразился только один ужас. Миг — и эфес меча торчит из его собственной груди, а кровь большим красным пятном начинает разливаться по богатому наряду…
Удар прямо в сердце.
А в голове умирающего императора проносится потусторонний и очень тихий голос:
— За погубленный род де Гуарран…
— И-и-рий… — булькающим шепотом шепчет повреждённый, а его глаза выкатываются из орбит от ужаса. Всё тело содрогается в предсмертных конвульсиях…
Крик — оглушительный, надсадный: это рыдают наложницы и жены.
Суетятся воины и слуги, шокированных гостей выводят из зала. Меч в груди императора дрожит, как живой, и подоспевшему лекарю никак не удается вынуть его…
* * *
Никто не догадался, что виновником смерти правителя стал артефакт: решили, что покушение устроил какой-то могучий маг, которого так и не нашли. Разящего же снова отправили в сокровищницу на долгих пятьдесят лет.
А потом его просто украли. Один молодой офицер, затаивший обиду на последующего императора за то, что его незаконно лишили имущества и жалования, очень ловко пробрался в сокровищницу и выкрал оттуда мешочек золота, прихватив в собою и меч.
Вор был так искусен, что его не нашли.
Звали его Самий Дан, и обосновался он в простой деревне с под названием Веснянка…
Сделал вид, что обычный солдат, оставивший службу и решивший начать новую жизнь…
Бо́льшую часть золота он отдал родителям и своим многочисленным братьям и сестрам. Считая, что просто взял причитающееся себе, он никогда не испытывал угрызения совести по поводу содеянного. Занялся сельским хозяйством в тишине и покое.
Но иногда доставал меч.
Холодный бездушный металл словно обжигал пальцы. Эти пальцы дрожали, изнывая от нетерпения почувствовать силу этого меча, ощутить его магию, проникающую под кожу, но… ничего не происходило. Вообще. Никогда…
Разочарование корёжило душу, заставляя чувствовать себя неполноценным, слабым, недостойным…
А потом появилась юная барышня — дочь соседей. Кудрявая, забавная и очень боевая — она стала для одинокого Самия, уже старика, настоящей семьей.
Под каким-то вдохновением он однажды достал Разящего и вложил его в тонкие девичьи ладони, которые сжали рукоять меча твёрдо и уверенно.
Дух Ирия встрепенулся, отчетливо почувствовав родную кровь. Его дремавшая сила забурлила, восстала и поперла наружу, отмечая связь с потомком печатями на девичьих руках.
Ирий ликовал: его род не умер! Его род жив…
С того момента Разящий начал трепетно защищать свою новую «хозяйку».
Но однажды он ощутил ещё кое-что: его враги всё ещё живы. Отталкивающий запах их крови разносился по дворцу, требуя отмщения. Сперва он уловил его от человека по имени Кристофер, но запах был слабым, а в его жилах свободно текла магия рода де Гуарран.
Нет, это не от него так прёт предательством! Это кто-то другой, и он так рядом!!!
С того дня Ирий зажегся только одним единственным желанием: отомстить потомкам своих врагов, стерев их с лица земли. Этого требовала его клятва…
Но на пути встала… его собственная супруга, точнее, то, что от неё осталось. Ветхие кости ее давно лежали в гробу, но дух, выпущенный из лап смерти, укреплялся с каждым днем.
Их цели разнились, и клятвы жгли совершенно по-разному.
Однако сейчас, когда потомок вражеского рода лежал на жертвеннике — связанный и беспомощный, готовый ходить под себя от ужаса — Ирий чувствовал долгожданное удовлетворение. Настал момент, ради которого он не упокоил свою душу: уничтожение потомков рода де Вуаллин!!!
Глава 38
Воззвать к остаткам сердца
Разящий появился в воздухе неожиданно. А может он и парил там всё время, но от изумления Катарина его не заметила…
Под мечом собрался легкий туман, и из него стремительно соткался полупрозрачный образ Ирия Безжалостного…
Вайлет почувствовал, как по телу пробежали мурашки. Облик прежнего императора внушал серьёзные опасения. Мало того, что он был самым настоящим призраком, так ещё и мощь его, видимая в могучих плечах и волнах гулявшей по телу магии, невольно приводила в трепет.
Принц знал об этом выдающемся человеке из затертых до дыр легенд. Эти истории достигли в своё время даже королевство Машхарта — родину оборотней, и гласили, что Ирий был непобедим…
Но его всё-таки победили. Уничтожили и стерли с лица земли…
Хотя… не совсем. Могучий император оказался хитрее! Даже после смерти он всё еще находился на земле живых и внушал ужас одним только своим обликом!
Почувствовав непреодолимое желание защитить Катарину, Вайлет снова приобнял её за плечи.
Воздух просто искрил от напряжения.
— Ирий! Пришло время вернуть наше величие!!! — скрипучий голос Марианны дрожал от торжества. — Это наш шанс!
На призрачном лице Ирия не дрогнул ни один мускул, и лишь стон связанных на жертвеннике мужчин разрезал зловещую тишину.
— У меня своя клятва… — наконец проговорил призрак императора, и его голос разлился по воздуху, словно многогранное эхо. — Мне больше ничего не нужно…
И отвернулся, приближаясь к пленникам вплотную. Его движения имитировали шаги, хотя стопы исчезали в белесой дымке, словно их и не было вовсе.
Рамаль замычал и попытался скатиться с камня, но у него ничего не вышло. Видя, что неизменно приближается расплата, сверкая темными глазницами на полупрозрачном лице, бывший наследный принц взвыл…
Эльгер лежал, не двигаясь, и с ненавистью сверлил взглядом своего палача. Рот был залеплен магией, рыжие волосы растрепаны, кожа местами оцарапана, но весь облик выражал ненависть и гнев, даже без страха…
— Ты напоминаешь меня в молодости… — прогремел потусторонний голос Ирия, и Рамаль вдруг перестал выть. Наверное, он просто не ожидал от призрачной сущности таких разумных речей… — Если оборотень поклянется в верности роду де Гуарран, я оставлю его в живых…
Эльгер был впечатлен. Впечатлён настолько, что выражение его зеленых глаз изменилось. Поклониться ненавистным врагам? Хотя… разве между ними кровная вражда? Нет, это была всего лишь его личная неприязнь, выросшая из-за презрения к Эвери. Может… нет ничего плохого в том, чтобы спокойно остаться в живых?
Но не успел Эльгер даже мысленно озвучить свое решение, как рядом раздался пронзительный вопль:
— Ты не посмеешь!!! — Марианна неистовствовала. Ее тело пошло волнами, черты лица исказились, став уродливыми до невозможности. — Они нужны мне для ритуала!!! Боги требуют жертв за переселение душ!!!
Воздух в зале затрещал, местами вспыхнули магические молнии, освещая зловещий полумрак, а Вайлет тихонько шепнул на ухо Катарине:
— Нужно уходить, пока они отвлечены… Позади какая-то дверь. Когда я скомандую «беги», ты должна броситься туда и бежать, не оглядываясь…
— А ты? — шепнула она в ответ, не поднимая взгляда и напряженно наблюдая за своими призрачными предками. — Без тебя я никуда не пойду…
— Я понял, понял… — выдохнул принц. — Побегу следом. Меня тоже совершено не прельщает перспектива стать сосудом для чужих душ…