Проблемы сердца и органов кровообращения

История развития сердца поможет нам продвинуться еще дальше. В течение первых девяти месяцев нашей жизни (еще в чреве матери) наше сердце имеет всего один желудочек и один круг кровообращения. Мы живем в явной близости к райскому Единству. Только в момент рождения, сделав первый вдох, мы окончательно переходим в разделенный надвое полярный мир. С этого момента все обретает свою противоположность и только благодаря этому противопоставлению обретает смысл. Для новорожденного полярность начинается с дыхания – это вдохи и выдохи, которые теперь будут сопровождать его постоянно на протяжении всей жизни. И действительно – вдох невозможен без выдоха, и наоборот. Сердце, которое сохранило более тесную связь с Единством, чем легкие, начало биться гораздо раньше, задолго до рождения. Этот переход от Единства к двойственному миру новорожденные, как правило, переживают очень противоречиво; нередко он сопровождается отчаянием. В момент первого вдоха легкие расширяются, в результате чего происходит рефлекторное закрытие сердечной перегородки и, соответственно, разделение сердца на две части. Медики говорят о левой и правой части сердца. С этого момента у человека существуют два круга кровообращения: большой, или телесный, и малый, или легочный.
  
Однако противоположные полюса существуют теперь не только на физиологическом, но и на душевном уровне, хотя они нередко и находятся совсем близко друг от друга. Настолько близко, что мы порой не успеваем даже разобраться в ситуации, как симпатия уже превращается в антипатию, а любовь становится ненавистью. Надо отметить, что наше тело испытывает гораздо меньше проблем, связанных с этой полярностью. В отличие от нас, оно воспринимает оба полюса как одинаково важные и не оценивает их: левая часть сердца получает столько же крови, сколько и правая. Мы же, как правило, отдаем предпочтение только одной стороне действительности. Относительно другой мы надеемся, что если мы будем ее игнорировать, она попросту исчезнет. Однако, как мы уже знаем, это невозможно; эта сторона жизни может только уйти в тень, чтобы снова вернуться, как только для этого наступит благоприятный момент. И этот момент наступает раньше, чем нам хотелось бы, и оказывается довольно неприятным. Ведь чем последовательнее мы вытесняем одну сторону действительности, тем больше нашего внимания она потребует к себе впоследствии в качестве симптома. И именно здесь мы находим объяснение вышеупомянутых феноменов: христианская религия при своем страстном стремлении к любви была вынуждена проявить огромное количество ненависти, а отношения, которые начинаются как пылкая любовь, могут закончиться холодной ненавистью.
Подведем итог: с момента нашего рождения или, с мифологической точки зрения, изгнания из райского Единства мы живем в мире, состоящем из противоречий, который имеет тенденцию к тому, чтобы рано или поздно вывести на свет Божий все существующие противоречия. Таким образом, чем больше мы ориентируемся на одну сторону и, соответственно, вытесняем другую, тем с большей уверенностью можно утверждать, что вытесненное содержание в свое время выйдет из подполья. Однако сердце – непарный орган, который как с точки зрения своего символа (две дуги стремятся к одной средней точке), так и с точки зрения своего положения в середине тела может выступать связующим звеном между двумя полюсами. Таким образом, сердце становится нашим выходом из мира полярностей в Единство. Если мы откроем свое сердце, мы сможем найти Небеса (Единство) на земле и благодаря этому сбросить наши земные оковы, которые привязывают нас к противоречиям – на время (например, в состоянии влюбленности) или навсегда (в состоянии просветления или, по христианской терминологии, вечной жизни). Будучи центром организма, сердце является символом этой возможности, поскольку именно в центре заключается шанс перехода на другой, более глубокий уровень. Поэтому целью буддистов является достижение середины в колесе реинкарнаций, которое позволяет выйти из вечного цикла повторных рождений в полярном мире.
Кроме того, мы установили, что в принципе все в окружающем нас мире достойно любви. Это лишь вопрос оценки. И здесь сердце демонстрирует нам конечную цель любого развития: оно не дает оценок и открывается навстречу всему и всем. Наблюдение за сердцем и его работой подтверждает то определение любви, к которому мы подошли в результате исследования языка. Абсолютно независимо от множества объектов, любить – это значит раскрываться и впускать что-то в себя. Любовь также всегда связана с идеей слияния и единения. Это, в свою очередь, предполагает открытие собственных границ и расширение.
Сексуальность, как самая грубая, физическая форма любви, также подтверждает это определение. Она в основном проявляется в области естественных отверстий нашего тела и характеризуется желанием участников процесса как можно глубже проникнуть друг в друга, чтобы в итоге слиться воедино в оргазме. Предпосылкой для этого глубокого слияния опять-таки является открытость друг для друга и расширение. В момент оргазма действительно возможно кратковременное преодоление границ полярности, сопровождающееся ощущением единства. Такое слияние с окружающим миром является типичным ощущением для человека, находящегося в своей середине, или в сердце.
Определение любви как открытости и расширения позволяет охарактеризовать ее противоположность – ненависть – как закрытость и сжатие. Однако теснота всегда сопровождается страхом. Уверенный и открытый человек неизбежно является обладателем большого сердца и готов к любви, тогда как закрытый, зажатый человек не может похвастаться большим сердцем, подвержен страхам и скорее склонен к ненависти. Аналогию мы можем найти в физике: нагревание предполагает расширение молекулярной решетки вследствие повышения подвижности отдельных молекул. Таким образом, чем больше нагревается тело, тем больше его молекулы отдаляются друг от друга, и чем больше оно охлаждается, тем сильнее они сближаются. А тепло однозначно является той характеристикой, которую мы связываем с любовью. Именно поэтому мы говорим о теплом отношении, горячей любви и пылающем сердце. О том, что холод даже в языке связан со страхом, показывают выражения наподобие: «…Холод ужаса пробежал у него по спине» и: «Я похолодел от страха». Лицо, искаженное ненавистью, дополняет холодное сердце, его владелец никак не может быть добрым и теплым человеком. Хладнокровные действия всегда основаны на расчете и идут не от горячего сердца, а от холодного рассудка, который в принципе реагирует на происходящее не с любовью, а со страхом.
Таким образом, мы имеем все необходимые предпосылки, чтобы понять, как может сложиться парадоксальная ситуация: все люди хотят одного – любви, но мир при этом остается таким бессердечным и холодным. Самое приятное в любви – это активное раскрытие и принятие в себя другого; пассивное ожидание любви, напротив, не приносит ничего или приносит только разочарование. Открыть свои собственные границы, расширить свое сердце и отдать его другому – это активные действия, которые требуют нашего участия и преодоления внутренних барьеров. Только добровольный отказ от этих ограничений и границ, которые защищают наше эго (и одновременно изолируют его), делает возможным объединение с «чужим», другим человеком и дает нам то теплое чувство, которое мы называем любовью и которое мечтаем пережить. Это чувство будет тем сильнее, чем сильнее мы раскроемся и чем больше компонентов окружающего мира впустим в себя.
  
Теперь мы подошли к моменту, когда на сцену выходит противоположность любви – страх. Хотя мы испытываем огромную потребность в любви, мы ощущаем не меньший страх перед открытием наших границ. Это чувство мы испытываем, находясь рядом с вполне конкретной оградой нашего сада или с забором, окружающим наши земли. Все чуждое, что находится снаружи, внушает нам сильный страх, и мы не хотим впускать это внешнее внутрь. Оно может нарушить наш покой и самыми различными способами бросить вызов нашему эго. Все чужаки, которые хотят проникнуть к нам внутрь, могут причинить неудобства или даже попытаться лишить нас части нашего богатства. Поэтому мы расположены скорее запереть все двери и уж никак не открывать их. Иногда мы поступаем еще хитрее – мы делаем вид, что открываем двери. Именно на этой ситуации мы и остановимся: на самом деле мы не открываем двери, потому что мы слишком боимся этого. Мы лишь делаем вид, что открываем наши двери, а в ответ ожидаем любви. Но даже если бы другой человек принял эти условия игры и со своей стороны тоже не предавался полному страха ожиданию, это все равно не принесло бы никаких результатов. Если бы решение этой проблемы состояло в любви со стороны окружающих, то все поп-, рок– и кинозвезды были бы самыми счастливыми людьми на свете. Однако, как известно, имеет место прямо противоположная ситуация: все они постоянно (иногда на протяжении всей жизни) находятся в поиске большой любви.