Темное пламя. Дети Проклятия (СИ)

В покоях лесовиков интересно, однако Джаред скоро дойдет до Дея! Советнику приходится идти обычными коридорами, а меня устраивают даже отнорки — и на месте я раньше!
Мой Дей по-прежнему подле отца, он сложил кончики пальцев, опершись локтями о кресло, и опустил голову. Камин давно погас, хоть волку он особо не нужен. И я не могу проникнуть в его мысли.
Советник появляется в дверях, и стражники размыкают скрещенные копья. Оглядывает столик с нетронутой едой и питьем, но убрать команду не дает. Подбрасывает пару полешков.
— Джаред, — поднимает голову Дей.
Советник вздрагивает: слишком точное движение для слепого. На краткий миг не слишком впечатлительному Советнику кажется, как и мне, будто Дей заигрался в жмурки и забыл снять повязку.
Вот только… Куда именно манит его звенящий колокольчик, лучше не думать.
— Да, мой король.
Дей сжимает кончики пальцев, сглатывает, но молчит. Советник, не дождавшись вопроса, договаривает сам:
— Она очнулась. Слаба, но вне опасности. Теперь госпожа Алиенна будет спать где-то неделю-другую, но уже обычным сном.
— Небесный дядя не выражал желания забрать ее в свой Дом? — монотонно произносит Дей, опять опуская голову.
— Мой король…
— Джаред — правду! — с рыком вырывается Дей из своего горестного спокойствия. — Все, что Джалрад говорил!
— Вам известно, дети Неба вспыльчивы. Он приехал с лордом Фордгаллом, и сразу же хотел увезти племянницу, — со вздохом начинает докладывать Советник. — С ее сестрой приключилась та же беда, что и с Майлгуиром. Я пояснил: если госпожа Алиенна дорога ему, то трогать ее сейчас нежелательно. Он так же выражал сомнение в законности вашего брака, основанного, по слухам Благого Двора, на насилии, и был упорен в своем желании отменить его. Я ответил: решать подобные вопросы без главы Дома Волка мы не будем, а мои слова и моя уверенность касательно взаимности ни в чем не убедят его, раз не смогло убедить даже кольцо истинной любви на пальце госпожи Алиенны. Все сказанное мной немного остудило небесного лорда. И… это был хороший повод заставить его ожидать выздоровления принцессы Солнца, а не начать крушить городскую стену, как он собирался вначале, виня в произошедшем вас. Переехать в Черный замок лорд Неба отказался. Это всё.
— Передайте ей…
Мой Дей молчит мучительно долго. Так долго, что я вижу его мысли. Золотистые плечи, светлые волосы Алиенны, тепло улыбки, нежный овал лица, сияющие от любви глаза… Они появляются на фоне полного мрака и снова гаснут.
— П-передай ей… — он запинается, губы кривятся, брови над серебристой повязкой изламываются. — Она свободна.
Джаред молчит, хотя ему есть что сказать. Как и мне. Но мой Дей не хочет слушать! Он хочет остаться наедине с отцом.
Советник, подчиняясь жесту Дея, выходит. И сразу натыкается в коридоре на Гвенн, которая плетется — именно плетется к покоям Дея.
— Моя принцесса, — мягко, но неумолимо останавливает ее советник. — Король Дей не принимает.
Смотрит в ее темные глаза и добавляет тише:
— Никого. Даже близких. Дайте ему время.
Гвен молчит, потом кивает медленно и еще более медленно идет к себе. Вернее, пытается и чуть не падает.
— Алан — никого! — командует Джаред начальнику замковой стражи и подхватывает Гвенн.
— Не надо… сама.
— Сама, сама, моя принцесса. Конечно, сама, — твердит Советник, но не выпускает Гвенн до самых ее покоев.
И почти сразу же к ней врывается Финтан. Пытается ворваться, потому что исполнение чужих желаний в присутствии Джареда не всегда возможно.
Советник отступает, Финтан летит вперед, легкое движение — и вот уже Гвенн за дверью, а злой Финтан — перед ней и Джаредом. После разговора с собственным отцом Лесной принц распален больше обычного, желто-зеленые глаза светлы от ярости и обиды. И еще от затмения разума гневом на всё и вся, иначе хитрый рыжий лесовик выбирал бы тщательнее выражения для общения с Советником Благого Двора.
— Я могу поговорить со своей женой без присутствия всех прихв… волков этого Дома?!
— Если наша принцесса того пожелает, — ровно отвечает Джаред, пропустив половину слов мимо своих острых ушек.
 
— Пропусти его, — приглушенно доносится голос Гвенн.
— Я могу пересечь порог вашего Дома, моя принцесса? — не собирается никого пускать Советник.
— Нет, Джаред, — Гвенн, кажется, всхлипывает. Нет, просто голос звенит. — Спасибо тебе за заботу, но нет. Пропусти моего мужа. Он имеет полное право войти в мои покои.
…и лишь тогда Советник отступает.
Финтан влетает к волчице. Щелкает засовом.
— Никогда больше не смей выставлять меня на посмешище! — доносится из-за тяжелой двери. — Пока носишь мое кольцо — не смей!
— Финтан, пожалуйста! — голос Гвенн непривычно слаб. — Мне сейчас не до…
Волчий слух остер, особенно у полукровок. Джаред белеет, делает шаг к покоям Гвенн… разворачивается и уходит. Срывает по дороге пару занавесей и уронив неудачно попавшуюся под руку скульптуру.
Эти безумные волки! Я не узнаю нашего Советника.
Пожалуй, я тоже не буду заходить. Я все вижу и так, но мне совсем нерадостно.
Как непохоже то, что происходит сейчас между Финтаном и Гвенн на Дея с Алиенной!
— Ты моя жена до конца этого мира! Не забывай об этом! — рычит Финтан. — И я буду приходить к тебе когда захочу на том простом основании, что я твой муж!
Волчица, ты — гордая, смелая, почему позволяешь ему вести себя так?
Но Гвенн не здесь, ее глаза закрыты, ей нет дела до того, что с ней творит Финтан. Она в Дее, в его словах «все будет хорошо, сестренка», в его тщательно скрываемой боли…
Наконец Финтан бросает хрипло и зло, почти как отец:
— Мне все равно, что Дей вернулся! Слышишь? Ему не быть королем!
— Он уже король, — шепчет волчья принцесса. — Ты и мизинца его не стоишь…
Звук пощечины — и Гвенн снова молчит.
Финтан уходит, хлопнув дверью. Гвенн опускается на пол, поправляет одежду, закрывает лицо руками. Но — не плачет. Не плачет.
  
Глава 31. Утро коронации
 
Утро — серое, тревожное, но утро — высвечивает королевские покои, дремлющего Дея и пребывающего то ли в сне, то ли в смерти Майлгуира. Не менее тревожно оценивает ситуацию пришедший Советник, хотя до полудня времени еще достаточно.
— Мой король, нам пора.
— Я готов, Джаред, — в одно движение подхватывается с кресла Дей, словно и не спал вовсе. — Как там Бранн?
— Он… — Советник сдерживает дыхание. — Я имел честь общаться с ним… Мы только что расстались. Ему многое непривычно, но он… уникален. Настолько незаурядного и парадоксального ума я еще не встречал, — отмечает легкую улыбку, что скользнула по губам Дея и тут же пропала, и добавляет: — Где есть два выхода, он обязательно находит третий, пусть это будет на потолке. Разумеется, как ваш королевский волк, он будет присутствовать на коронации.
— Хорошо. Это хорошо. Джаред, он не знает ни наших обычаев, ни наших правил, они чужды ему. Мэй приставлен к нему, но я прошу вас приглядывать за моим другом, как вы приглядывали бы за мной или за Гвенн.
— Я обещаю, король Дей, — хоть обещание дается Джареду нелегко.
Они с Бранном как два одинаково сильных, но противоположных полюса.
— Лорд Неба хочет поговорить. Но, мой король, вам не обязательно его принимать сейчас.
— Он все же пришел сюда, в замок? Сам?!
— Весть о том, что принцесса Солнца очнулась, была доставлена ему в первую очередь. Джалрад уже посетил племянницу. Но… добрее не стал.
А знаешь, мой волк, о чем подумала наша солнечная госпожа, как только очнулась? «Где Дей?» Она лю… Молчу, молчу. Спасибо, что не гонишь сегодня.
 
— Я встречусь с ним. Немедленно.
Джаред вздыхает, он ничем не хочет испортить сегодняшний день, а как повлияет на Дея визит озлобленного дяди его жены, не скажут и старые боги. Советник лишь накидывает на плечи Дея плащ, прикрывая одежду, которая порядком истрепалась в дороге. Желая застегнуть серебряной фибулой с черным обсидианом, прикладывает ее к груди Дея, но тот перехватывает украшение: