Шагая по трупам (СИ)

Сука. Долбаный Трус. Покажи мне свое лицо.
 Максим слышит его дыхание. Отчаяние и злость придает ему силу, разжать дрожащие веки.
Второй удар приходит четко в уже пробитую голову. Тело накреняется. Лицо обжигает боль от удара с холодным кафелем. 
Последнее о ком думает мужчина, прежде чем отключится - это Марго.
Птичка… Она ждёт меня... 
***
Аппарат абонента выключен...
Марго вопросительно поднимает брови, взирая на экран телефона. 
Это, что, вообще, значит?
Сверяется с часами. Без четверти восемь. Максим обещал заехать в половину восьмого. И где он? 
Девушка меряет шагами комнату, стараясь не смотреть на компактно упакованный багаж - дорожную сумку и пакет с обувью. Но взгляд всё равно спотыкается об эти скудные пожитки. За последние пятнадцать минут, Марго успела несколько раз впасть в отчаяние, найти кучу оправданий для Суворова и даже сбегать на улицу – убедиться, что его там нет. И нет, дело не в телефоне. Он не разрядился и не потерян… Его и правда там нет. Максим не приехал за ней.
Но план же был так прост. Сложить вещи Марго в багажник «Порше», отправиться вместе на работу, а после работы отвезти эти чёртовы вещи в его квартиру. 
И почему я так зациклилась на чёртовых вещах?
Когда всё пошло не по плану? Почему он не приехал?
Марго присаживается на край дивана и обхватывает себя за плечи, словно убаюкивая. Ощущение какого-то липкого, назойливого страха, червяком заползает под кожу.
«Но что могло с ним случиться? - тут же успокаивает себя девушка. - Он просто поехал по делам, - пытается припомнить, что говорил Максим перед отъездом. - По важным делам… и всё!»
Но и сомневаться в его решениях, она тоже не хочет. Он просто не мог передумать. Суворов не из тех, кто сначала говорит, а потом берёт свои слова обратно.
Марго поднимается с дивана, расправляет плечи, больше не желая заниматься самобичеванием. 
Нужно ехать на работу, возможно, Максим уже приехал... Если он вдруг решил, что они не подходят друг другу, то пусть скажет ей это прямо в лицо. 
Сумка  одиноко валяется в углу комнаты. Девушка идёт к двери и обувается. Хорошо хоть Надя уже ушла на работу и не присутствует при этой драме под названием «Марго и её сомнения, боль и ещё чёрти что…»
Дорога до работы занимает почти час, и Маргарита немного переживает, что на входе возникнут проблемы, ведь она опоздала, и рабочий день уже начался. Но опасения сразу таят, когда на её пропуск даже не смотрят.
«Никто не связывается с любовницей босса», - язвит внутренний голос. 
- Заткнись, - шипит ему девушка. – Я не просто любовница.
Её взвинченное состояние привлекает внимание охранников и снующего тут и там персонала. Но у неё не получается взять себя в руки.
Пока дожидается лифта, барабанит пальцами по гладкой поверхности дверки. Когда поднимается на последний этаж, от нервов уже отстукивает чечётку на прозрачном полу кабинки. А оказавшись в просторной приёмной глубоко вздыхает, расправляет напряженную спину и решительно проходит в свой кабинет. Дверь в офис Максима плотно закрыта и в помещение царит гробовая тишина. Марго бросает сумку на стол и подходит к двери. Прежде чем открыть, зажмуривается. Мысленно считает до десяти, давая себе мгновение, чтобы успокоится. Бесполезно.
Она не знает, чего хочет больше. Чтобы Суворов был за этой дверью, но тогда он просто не захотел за ней приехать, хоть это и означает, что он в порядке и с ним ничего не случилось…
 Или, чтобы его там не было…
Марго прислоняется лбом к деревянной поверхности, глубоко вздыхает, выдыхает весь воздух из лёгких и открывает дверь. 
Одного взгляда достаточно, чтобы понять - что-то случилось. Макса тут нет. Но Маргарита всё-таки проходит внутрь.   
Обходит большой стол по кругу, заостряя внимание на абсолютном порядке на нём, который сама же и навела, после их  приключения. Вещи не тронуты с тех пор. Всё так, как она и оставила.
Девушка подходит к окну, бросая незаинтересованный взгляд на просыпающийся город, а потом на пасмурное небо. Темно серые облака нависают плотной дымкой, поглощая верхушки домов. Сегодня опять будет дождь...
Пальцы нащупывают телефон в кармане кофты. Эти же пальцы вновь и вновь набирают заветный номер.
 Результат один:
Телефон абонента выключен или находится вне зоны действия сети...
Глава 25.
Максим хочет открыть глаза...
Расправить напряжённые плечи, размять шею, посмотреть вокруг...
Но он не может.
Глаза не открываются, руки, зажатые в тиски кандалов, не дают плечам движения, да и тело  словно онемевшее, а сознание какое-то  одурманенное.
Иногда он чувствует  острую боль в голове. Там где зияет  дыра с коркой запекшейся крови. Но это меньшее что его беспокоит. Все мысли в основном сосредоточены на таких вопросах, как: где я? как долго здесь? и что будет дальше? 
Спустя бесконечное количество времени, Максим хочет кричать, выть от отчаяния, но рот с языком его больше не слушаются, и из груди вырываются лишь бессвязные мычания. В этом онемевшем состоянии он проводит слишком долго. Пребывая в сознании и вновь отправляясь в небытие. Вдруг с прояснившимся разумом, но тут же теряя нить, связывающую его с реальностью. 
Это какой-то наркотик? Дурман? Или меня так хорошо приложили?
Одно Суворов знает точно: в темной комнате он не один. Чьё-то незримое присутствие ощущается в вибрации воздуха от чужого дыхания. И Макс ждёт, что этот некто, наконец, проявит себя и выйдет из сумрака. 
Бесполезно.
Никто не говорит с ним. Не выставляет требований. Не угрожает. Не избивает...  не убивает.
Тогда зачем, черт побери, меня здесь держат?
Паника... накрывает... словно тяжёлая и мокрая простыня. 
Марго! Птичка! А если что-то...? Бл*дь, нет... Нет...
Адреналин будоражит кровь в венах. Сердце стучит с удвоенной скоростью, помогая Максиму собраться. 
Он не может потерять её, свою храбрую птичку. 
Но она тут не причём. На этот раз, это связано только с Максом и его жизнью.
Тогда откуда взялось это колючее, назойливое предчувствие?
Отяжелевшие веки поднимаются, а поддернутое дымкой зрение немного фокусируется на пространстве вокруг. 
Это всё тот же склад. Тёмный, окутанный мраком и лёгким жужжанием холодильников. Теперь он их слышит. 
Холодно. Чертовски холодно. Словно ад - в который попал Суворов - замёрз.
Максим лежит на полу, ощущая лёд кафельного пола животом. 
Разглядывает   свои руки - на них нет кандалов, лишь толстая веревка, обвита в несколько оборотов и тянется куда-то к стене, теряясь в сумраке. 
Привязан.
Как раб. Безвольная тварь. Никто.
Максим дёргает руками, ощущая нарастающую силу, вызванную гневом. 
«Кто, бл*дь, посмел?»
Веревка сминает запястья, и они кровоточат, но боль отрезвляет. Выводит из состояния дурмана. 
Максим глубоко вздыхает, наполняя лёгкие кислородом, а потом из горла вырывается нечеловеческий рёв. Будто раненый зверь, угодивший в острый как бритва капкан.
Эхо уносит его крик в пространство, удваиваясь и превращаясь в нарастающий гул. А потом всё стихает. Ненадолго.
Шаги. Быстрые. Отдаляющиеся. 
Некто стоял за его спиной. Всё это время.
Максим поворачивает голову на звук. Но ничего кроме сумрака не видит. Зато слышит голос:
  - Он пришел в себя... снова... сильный, с*ка. Сколько ещё нужно времени?... Я всё понял...
  Суворов впервые слышит этот голос. Но он может принадлежать кому-то из  банды малолеток. И очевидно, что именно они удерживают его здесь. Но зачем?
Для того чтобы строить догадки, у Макса просто нет времени. Шаги приближаются. Суворов, не моргая, всматривается в чёрное пространство, одновременно пытаясь подчинить собственное тело.  Но и на это у него нет времени.