Корпорация Vallen'ok (СИ)

Для начала надо подумать, какие есть способы быстрого подъема денежных знаков. Здесь увы тоже ничего нового. Либо лотерея, где, купив билетов пачку, получу я водокачку, что крайне долго и ненадежно. Либо откровенно противозаконные методы, после которых меня спрячут далеко и надолго. Из огня да в полымя точно не вариант. Значит нужно найти нечто среднее, а в этом вопросе мне может помочь мой хронограф. С таким козырем есть некоторые шансы. Лучше быть с больной головой от использования, чем с проломленной. Второй раз мне может и не повезти. Ну-ка, где мой джокер из рукава. Открыв крышку, я вывел дисплей управления и щелкнул на меню. Поверх него выскочила надпись «Установить обновление?». Щелкаю да, и смотрю на бегущие проценты. Прямо по аналогии со смартами, после ста процентов устройство решило перезагрузиться. Итак, чем ты меня решило порадовать?
    
Глава 20
 
Итак, часы перезагрузились, но с виду ничего не изменилось. С красивыми заставками тут не мудрили, даже непривычно. Как это нация, помешанная на технологиях, сюда не воткнула тамагочи?
Постучав по стеклу на часах пальцем, я снял блокировку и начал пытаться вызвать меню. На самом экране значков не было, долгое удержание пальца на одном месте не вызвало никакой реакции, и ассоциация с телефоном померкла. Но если долго мучаться, что-нибудь получится, свайп влево вызвал на передний план некое информационное окно, на котором было всего две строчки: «доступное время» и «уровень заряда». Если батарейка была на ста процентах, что весьма логично, как никак я уже два дня не использовал хронограф, то в строке времени в моем распоряжении было указано десять минут. Странно, с чего такая щедрость? Если от нескольких использований, которые я правда так себе перенес, время будет добавляться, то я стану скоро тем еще царем горы. «Если раньше не склеишь ласты» — с ехидцей добавил мой внутренний голос.
Свайп вправо вызвал новое окно. Там было также всего две надписи: «текущий уровень энтропии» и «плановое время заряда». Что-то новенькое, я даже слов-то таких не знаю. Причем значение первого пункта было одна целая и две десятых, а вторая надпись оканчивалась значком перевернутой на девяносто градусов восьмерки. Не восьмерки, конечно, это знак бесконечности. Как сказали бы братья Пилоты: «Ничего не понимаю!»
Придется обратиться к знаниям всемирной паутины. Открыв крышку ноутбука, в поисковой строке я ввел незнакомое мне ранее слово. Браузер любезно предоставил несколько тысяч ссылок. Некоторое время я сидел и вчитывался в содержимое статей, написанных на разные темы, но общий смысл этого понятия мне открылся. Энтропия — это мера неопределенности или хаоса в системе. Чем больше этого хаоса, тем будет выше показатель энтропии. И данное выражение используется во многих направлениях, от термодинамики до психологии. Нашлось и описание этого «явления» в физике, причем связано оно было с рассеиванием энергии.
Ясности не особо добавилось, поэтому я полез в свой «туалетный» тайник за портфелем отца. Пришлось изрядно повозится, чтобы не оставить лишних следов, вариантов новой «нычки» у меня просто нет. А прятать по примеру Накамуры в подвале за хламом я бы не осмелился, такой вариант может подвести, могут случайно найти люди с низким уровнем социальной адаптации, например.
Достав записи родителя, я уже более внимательно начал их изучать, а вернее пролистывать. Человеческих слов, как я уже упоминал, там практически не было, только схемы и формулы. Попробовал забить одну из «крякозябр» в поисковик, понял, что тут мне ничего не светит. Один в один такого я естественно не нашел, раз уж учёные второй год пытаются восстановить итоги исследований отца, то в гугле этого точно нет. Одна из формул походила на химическую, другая — на физическую, и всё это было в контексте работ ученых-теоретиков по разным, навскидку не связанным между собой темам.
Пролистав всё от корки до корки, я разочарованно откинулся на диван, чуть не придавив собой Момо, которая всё это время тихо сидела рядом.
— Извини, маленькая, — сказал я ей и чмокнул в волосатую щечку, — я совсем и забыл обо всем. Мы же с тобой еще не гуляли.
Оперативно убрав записи в тайник и схватив поводок, мы вышли на улицу. Неизменная черная машина снова стояла недалеко от дома, и я невольно улыбнулся. Видимо они настолько уверены в ограниченности своей цели, что не особо и прячутся. Правильно, мой предшественник не только ограничен, но и недалек. Задолжать такую сумму мафии, не имея ничего за душой. Вернувшись к этой мысли, улыбка медленно сошла с моего лица. Ровно через неделю, а вернее уже чуть раньше, мне нужно будет отдать местным мафиози сумму, которую судя по всему, прежний я даже во сне не видел. Хотя вру, видел, причем даже подержал, но крайне недолго.
Утро мне не принесло светлых мыслей по решению этого кризиса, как я надеялся. Продавать мне нечего, собственности нет, тут я вспомнил про полностью сгоревший отчий дом. Из единственного ликвидного — только Момо, но друзей я не продаю.
Персик, словно прочитав мои мысли, остановилась и посмотрела на меня.
— Золотая ты моя, — добавил я, потрепав её за ухом и наградив печенькой, — причем ты даже не представляешь, насколько мои слова близки к истине.
Она радостно захрумкала угощением и побежала дальше по привычному маршруту. Стоило нам войти в парк, и я увидел своего уже старого знакомого.
— Канэко-сан, рад нашей встрече, — произнес Фудзивара с достоинством истинного самурая, — и приветствую твоего спутника.
— Спутницу, Фудзивара-сан, — поправил я его, и хотел было уже пойти дальше.
— Уважаемый Канэко-сан, — снова обратился он, — предлагаю это замечательное утро отпраздновать беседой.
Да, непривычно, на моей памяти в субботнее утро многие не праздновали, но поправлялись, и отнюдь не беседой. Решив, что десяток-другой минут погоды мне не сделают, я согласился. Мы неспешно дошли до прогулочного вольера, где Персик уже без поводка стала нарезать круги, радуясь простору. В нашей «студии» так не побегать.
— Утро и правда чудесное, — пробормотал я, потому что в голове опять промелькнули события вчерашнего вечера. Мой задумчивый, а возможно и напряженный вид не скрылся от взгляда моего собеседника.
— Вас что-то тревожит? — практически без вопросительной интонации сказал он и жестом пригласил сесть рядом. Момо тем временем устроила охоту на какое-то местное насекомое, так что заняться девочке было чем.
— Я надеюсь, Вы считаете меня своим другом? — весьма неожиданно спросил Фудзивара, чем несколько озадачил меня. Честно признаться, за последние пару недель я встретил уже несколько человек, которых, пожалуй, я уже мог так назвать. Тот первый вечер, в который я познакомился со своим собеседником, глубоко запал мне в душу. Он был хоть и немного странным, но весьма интересным человеком, и искренне переживал, что родился не в то время, поэтому я незамедлительно ответил ему.
— Да, и я искренне горжусь дружбой с таким человеком, как Вы. — ответил я, хотя и не совсем понимал, к чему он задал такой вопрос.
— Тогда Вы можете мне поведать, что за причины тревоги, — он внимательно смотрел прямо на меня, — Поверьте, я хоть и являюсь страховым агентом, но я потомок самураев, и их кровь, хотя и сильно разбавленная за эти века, еще чего-то стоит.
— Я Вам верю, — успокоил я его, но ситуация несколько щекотливая, я и сам не до конца в ней разобрался. — Скажу так, крайне неожиданно у меня возникла финансовая проблема, которую я не знаю, как решить.
  
Не то чтобы я не доверял ему, просто я не уверен, что следует открыть ему всю правду. Если сейчас он знает меня как нормального паренька, то после моего рассказа в его глазах я могу стать лудоманом-неудачником. А самое обидное, что ведь я имею к этому весьма косвенное отношение.
— Если речь всего лишь о деньгах, — ответил он, — я как Ваш друг помогу в этом вопросе. Постойте сразу отказывать мне, — торопливо проговорил он, — я весьма хороший страховой агент, надо признаться, и на очень хорошем счету в моей компании. Я очень хочу помочь.