Огненная смесь, или Ведьма желает уволиться (СИ)
Он намекает на наши стычки в последние дни? Здесь мне даже возразить нечего — нам сложно найти общий язык.
Девушка совсем стала хмурой. Потупила взгляд, но потом оживилась, словно нашла за что зацепиться.
— Я немного разбираюсь в астрологии! Давайте я вам составлю прогноз. Бесплатно, подарок от заведения! А то, знаете, много пар встречаются слишком долго, а, в итоге, расстаются. Это такая трата времени! Лучше знать заранее как всё сложится, не правда ли? Значит, вы познакомились именно в этот день? — уточнила официантка и посмотрела в потолок, словно вспоминала дату.
Данз оставался к ней равнодушен, и мне начало надоедать. В спектакле пропала интрига, хоть и раздражение всё ещё бурлило у меня по венам.
— На самом деле пришлось отпраздновать немного позже, просто так сложились обстоятельства, — развёл руками Данз и посмотрел на меня с лукавой улыбкой. — А наша дата…
— Ой, я уже не могу терпеть, так есть хочу! — перебила я, подалась вперёд и широко улыбнулась официантке.
Сколько ещё можно болтать? Я не хотела оставаться с Данзом наедине, но её общество меня не устраивало ещё больше.
— А долго готовить будут? Ой, постойте! — я вспомнила про Лейю. — И ещё карпаччо, пожалуйста, и свежих овощей за столик на террасе. Только ничем не приправляйте.
Я проводила взглядом девушку, которая направилась на кухню, и напряглась — официантка могла из другой комнаты связаться с Кироном. Лейя заскочила в зал и помчалась, чтобы проследить за ней, и я спокойно вздохнула.
Скрестила руки на груди, прокрутила последний диалог в голове и невольно закатила глаза. Какая же официантка приставучая! Надеюсь, хоть поесть даст в тишине.
— Люблю, когда ты так делаешь, — прищурился Данз и улыбнулся уголком губ.
— Что делаю? А! Закатываю глаза? — усмехнулась я. — Люблю, не люблю, пора бы тебе уже выйти из образа. Зачем ты вообще это начал?
— Мне просто было весело!
— Постой… — опешила я и подалась вперёд. Положила руки на стол и сцепила в замок. — А ты что, видел это раньше?
— Конечно! Ты всё время думала, что я не замечаю, как ты закатываешь глаза, когда я отворачиваюсь, а я всё-ё видел, — протянул он. — Меня это тоже веселило.
— Ага, и заставлять меня внеурочно работать, видимо, тоже?
— Эм… ну… — потупил он взгляд и почесал затылок.
— Так ты же отворачивался! Как ты мог вообще что-то замечать? — недоумевала я и улыбалась. Было интересно вскрыть секреты.
— Если мы разговаривали в моём кабинете, то через зеркала. Если в других местах, то… Хм… Последнее время ты, видимо, не сильно заморачивалась по поводу того, увижу я или нет. Ты осмелела! — рассмеялся он.
Я залилась краской. Поджала губы. Наверное, он хотел сказать, что я обнаглела, просто выбрал слово помягче. Нужно быть осторожнее в будущем. Впрочем, что подумает Данз меня уже не должно волновать, главное, перед другими не упасть в грязь лицом. Но почему тогда я сейчас так смущаюсь? Наверное, потому, что меня раскрыли и застали врасплох.
Повисло молчание. По залу пронеслась Лейя и выскочила на террасу. Замерла на стуле, сделав вид, что никуда не отлучалась, и сообщила мне: «Всё чисто. Мы в безопасности».
Вернулась официантка, и я напряглась, что она может снова доставать разговорами, но она села за барной стойкой.
Я расслабилась и уставилась в окно, на спокойное море. Набережная и причал всё ещё пустовали, гулял лишь лёгкий ветер и колыхал зонтики на пляже.
— Пятое мая, — тихо сказал Данз.
— Что? — заглянула я в его глаза. В них попала полоска света, и они стали ярко-лазурными.
— Я просто не договорил. Дата, когда мы познакомились, — спокойно и уверенно проговорил он. На его губах играла умиротворённая улыбка.
Я попыталась вспомнить. Меня приняли в компанию сразу после собеседования, и эта дата указана в трудовой книжке.
— Ты про всех сотрудников помнишь такие детали? — пристально посмотрела я и подалась вперёд, словно во время допроса.
— Нет, — мотнул он головой.
— Тогда почему помнишь про меня? Чем же я такая особенная? — напрямую спросила я.
Настала моя очередь смущать его! Какой же он придумает ответ?
Глава 42
Данз взял графин. Вода журчала и медленно тонкой струйкой наполняла стакан до краёв, а я ждала, не шевелясь, только нетерпеливо перескакивала взглядом. Данз неспешно выпил половину, словно я его совсем не покоробила, посмотрел на меня с укором и принял непринуждённый вид.
— Просто пятого мая мой день рождения, вот и запомнил, — пожал он плечами и снова глотнул воды.
Я закусила губу. Стало неловко. Я знала, что он родился в мае, а какого числа — вечно забывала. Вспоминала только когда вместе с коллегами скидывались деньгами на подарок и всей толпой шли поздравлять, а затем я возвращалась к работе, и всё снова стиралось из памяти.
— Ну, знаешь ли. Если я такие мелочи буду помнить, то голова взорвётся, — съехидничала я и откинулась на спинку дивана.
Данз набрал воздуха и хотел ответить, но нас прервала официантка. Она принесла в глубокой белой миске блюдо, запечённое под кремово-сырным слоем, и мясные деликатесы.
— А личные тарелки не полагаются? — удивилась я.
— У нас принято есть это блюдо из общей тарелки.
Я только собиралась попросить принести мне отдельную посуду, но Данз перебил:
— Всё хорошо, спасибо.
— Можно мне… — начала я говорить, но официантка уже умчалась на террасу, чтобы подать еду Лейе. — Ладно, обойдусь, — махнула я рукой. — Хорошо, что хоть приборы у каждого свои…
Данз ковырнул вилкой блюдо, от которого шёл густой молочный пар, и поднёс к губам.
— Подожди! Не ешь! — выпалила я, и он замер.
Я пододвинула миску к себе и втянула глубокий, насыщенный аромат сливочного сыра и морепродуктов. Сглотнула слюну. Запаха отравы не услышала.
— Конечно, я знал, что ты хочешь есть, но даже не подозревал, что настолько! — воскликнул Данз. — Даже мне не оставишь?
Я собралась объяснить ему, зачем это сделала, и подняла голову. У Данза в уголках глаз лучились хитрые и задорные морщинки — он и так всё понял.
— Не оставлю! Нечего было заказывать только одно блюдо, — подыграла я.
Наткнула еду на вилку, горячий сыр потянулся, а под его толстым слоем попалась креветка.
— А есть такое же, только с мясом? — спросила я у официантки, когда она проходила мимо. — Сделайте, пожалуйста, нам с собой. И порцию карпаччо тоже.
Девушка ушла на кухню, Лейя поскакала за ней, а я пояснила Данзу:
— Это на всякий случай, ведь ещё неизвестно как мы будем добираться до дома. А морепродукты, боюсь, могут слишком быстро испортиться.
Лейя побежала обратно на террасу, недовольно пробормотав по пути:
— Совсем меня загоняли. Поесть не дают! Да я калорий сжигаю больше, чем потребляю!
Как только мы с Данзом попробовали блюдо, то принялись быстро и молча его уплетать. Поначалу я робко ковыряла с краю миски, но затем растерянность и стеснение перед Данзом ушли, и я не заметила, как съела больше половины.
Девушка убрала посуду и пообещала вскоре принести десерт. Вновь мы сидели без дела и в тишине. Я сложила руки на коленях, рассматривала вид за окном, серо-голубые шторы с бантиками, пустые соседние столы, на которых стояли лишь салфетки и скучные перечницы с солонками, и иногда ловила на себе мимолётный взгляд Данза.
— Я тогда собирался уйти пораньше, чтобы поехать к родителям в родной город, но из-за собеседования опоздал на поезд.
Я взглянула вопросительно — уже и забыла про наш прерванный разговор.
— А… Не знала об этом.
— Ты тогда так волновалась, активно жестикулировала, — продолжил он, — и, когда помощница принесла тебе кофе, ты задела чашку и разлила его мне на брюки.
Я рассмеялась. Удивительно, но у нас было совместное прошлое, которое вызывало у меня улыбку. Но Данз не знал, почему я волновалась на самом деле. Поначалу он мне сильно нравился, и я хотела устроиться в фирму не только ради хорошей зарплаты и должности — о Данзе многие говорили в нашем городе. И только спустя некоторое время я узнала, что совершила ошибку.