Чужой для своих (СИ)
Фрэнк пару минут молчал. Задумался он скорее не от того, что не очем было рассказывать, а скорее, наоборот… В последнее время в Форт Корбине происходило много довольно странных событий.
— Среди шахтеров болтают, что появился какой-то больно прыткий новичок, которому незаслуженно везет, — начал рассказ старик, путаясь по выражению лица парня понять, что его все-таки интересует. — Мол больно часто он натыкается на богатые лёжки хорошей руды. Многие добавляют, что надо бы поучить этого новичка уважению к своим более старшим и опытным товарищам, которые здесь уже не один год оттрубили.
Парень слушал его с совершенно каменным выражением лица. Казалось, что эта новость оставила его совершенно равнодушным. Однако, старик чуть не поперхнулся, когда бросил взгляд на стол и увидел во, что превратилась многострадальная ложка. Вместо темно-серебристого кольца на пластиковой поверхности лежала прямоугольная пластинка, только что выскользнувшая из пальцев парня.
— … Вот я и говорю, — после едва уловимой запинки продолжил Фрэнк. — Учить они будут этого новичка. У нас тут все просто. Чуть пасть разинул и уноси нового жителя холмов (жаргонное выражение, означавшее покойника)… А недавно шепнули мне на ухо, что кто-то скупает старые никуда не годные корабля. Особенно его интересуют суда старой постройки — 20 — 30-летние. Странно это все как-то, — вдруг добавил старик от себя. — зачем кому-то понадобились эти развалины. Если сейчас что от таких посудин и осталось, то это лишь корпус. Тогда ведь на корпус не чистый металлопласт пускали, не то что сейчас одни примеси…, - он вновь запнулся, понимая, что совершенно случайно сморозил такое, за что некоторые люди могли заплатить очень хорошие деньги.
— Дальше, старик, давай дальше рассказывай, — поторопил его парень. — какие еще тут гуляют слухи?
— Еще, значит еще, — пробормотал он, стараясь больше не встречаться с глазами своего слушателя. — Вчера тут один доходяга брякнул, что где-то в верхнем городе (часть Форт Корбина, где проживала тюремная администрация, всю силовое руководство и почти сотня всякого рода сомнительных бизнесменов) есть человечек, который за большую денежку может впихнуть в тебя столько инфокристалов, сколь в тебя влезет, — тут старик заметил, как его собеседник вздрогнул. — Брехня, конечно, всё это! — парень в задумчивости потянул руку уже за ложкой Фрэнка. — Вона каждый сопливый пацан знает, что если пихать в себя и пихать кристаллы, то не успеешь оглянуться, как будешь пускать слюни в какой-нибудь психушке.
Эта ложка также как и ее предшественница сначала стала широким колечком, а потом раскатанной в блин пластиной.
— У кого-то оказался слишком длинный язык, — еле слышно пробормотал Робин, продолжая раскатывать пальцами пластинку металла. — И это очень плохо…
Старик расслышал лишь последнее слово и оно словно подстегнуло хорошим кнутом его красноречие. Новые слухи полились из него настоящей полноводной рекой.
— Еще есть кое-что, — скороговоркой выдавал информацию Фрэнк. — Сам лично слышал от охранника в нашей тюряге. Тот тогда упился здесь до потери сознания и потом я его волочил до своей норы. А тот за такое старание, скот, мне ни одной монетки не дал! — с обидой произнес он. — Тащу я его, значит, а он все болтает и болтает… Ха-ха-ха, как понос его пробил! Про подружку свою, потом про собаку, про жратву и все дальше в таком духе. Всякий бред, короче! И вдруг, он выкладывает такое, что у меня волосы дыбом встают, — при этих словах Фрэнк с ухмылкой приподнимает напяленный на голове какой-то засаленный берет, под которым оказывается гладкая как коленка плешь. — Говорит, их шеф в тюрьме новый турнир забабацать, где бы самые-самые из зеков махались с бойцами с воли. Нет, ты понимаешь что это значит?
Он сильно наклонился над столом, втолковывая Робину какая это дико хорошая идея и как она позволит им заработать на бедность немного монет. Фрэнк начал было трясти рукой перед его лицом, как вдруг замер. Его лицо до этой секунды имевшее цветом сходство с перезрелым помидором, в доли секунды сталомертвенно бледным. Он неотрывно и с какой-то обреченностью смотрел за спину Робину.
— Слышь, сынок, свалил отсюда по-быстрому! — на плечо Робину легла даже не рука, а скорее лапа — здоровенная как лопата мужская ладонь. — Нам с этим поганцем потолковать надо.
Старик в этот момент был похож на покойника.
— Говорю, сгинул отсюда, — на плечо Робина так не слабо надавило. — Ну?!
Фрэнк конечно узнал эти парней, один из которых сейчас начал свою любимую игру — «достань» кого-нибудь. Обе здоровенные туши служили у Жирного Гарри, державшего под своим контролем большую часть теневого Форт Корбина. Одного, мордастого и лысого, кажется, зовут Фритц, а второго, своей большой гривой волос, похожего на ставшего на задние лапы гиббона, — Арчи. Оба уже почти пол года сидели на синтетическом заменителя Зерка и поэтому «башню у них сносило на раз».
— Че, жрете тут?! — Арчи своей лапищей зачерпнул из салатнице содержимое и с наслаждением отправил в рот. — Хорошо! — чавкал он, вытирая ладонь о заношенный комбез старика. — Хорошо, очень хорошо…, - масло с кусочками листьев стекали с его подбородка.
Следующее мгновение растянулось для Иствуда на целую вечность. Все, что его окружало, словно замерло или медленно-медленно двигалось… Янтарная масляная капля падала на стол словно воздушный шарик — тихо и нехотя… В ушах стоял неестественный растянутый хохот Арчи… И смотревшие в некуда подернутые молочной непрозрачной дымкой глаза Робина напротив…
Фрэнк очнулся от дикого пробирающего визга, который, казалось, ни как не мог принадлежать взрослому мужчине.
— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! — возле стула Робина скорчилась визжавшая туша Фритца. — А-а-а-а-а-а-а-а-а-а!
Парень повернулся к нему и, чуть наклонившись к его голове, что-то шептал, одновременно сжимая его ладонь. Позднее, после доброго глотка виски, Фрэнк начинал божиться, что это было чертовски кровавое зрелище. «Он сжимал его лапу, как пластиковый пакет с водой…. А оттуда все перло и перло! Какая-то красная жижа, потом белая херня… Фритц все это время визжал как недорезанный… Ха-ха-ха! Станешь визжать тут. Это как схватить за яйца».
— А-а-а-а-а-а! — кости модификанта хрустели словно молодые орешки. — А-а-а-а-а-а-а-а-а-а! — а сжимающая хватка, медленно пережевывая плоть, смещалась все выше и выше по руке. — А-а-а-а-а-а-а!
Наконец, до второго, еще продолжавшего жевать салатные листья, стало доходить, что все пошло совсем не так, как должно было быть. Наклонив лысую с выпирающим в сторону ушами башку вперед и вытянув руки со скрюченными пальцами, Арчи прыгнул на парня. Сидевший еще секунду назад парень лишь успел дернутся в сторону; боевые алгоритмы, списанные в мозг на уровне подкорки сработали на отлично (потом во всех кровавых подробностях, смакую каждую деталь, Фрэенк будет рассказывать своим приятелям в кабаках по всему Форт Корбину) и почти два центнера мяса с хрустом пролетели мимо и врезались в стену.
Ошалевший от происходящего, а точнее от то скорости, с которой одни события сменяли другие, старик с адским трудом убеждал себя, что все это не сон. Однако, именно это все чаще и чаще приходило ему на ум… «Господь Вседержитель, спаси и сохрани! — в такие моменты, как сейчас он непроизвольно поминал Господа, но если потом кто-то ему говорил об этом, Иствуд всячески отпирался. — Как мальчишку уделал этих амбалов…». Фритц, любимчик мистера Грейсона (Жирного Гарри), Гроза всех и каждого в этой части города, прямо сейчас, на глазах Фрэнка захлебывался от воплей и слюней. Его туповатый напарник, Арчи валялся со сломанным позвоночником у стены и пускал кровавые пузыри. «Как детей… Такие туши, — скулящий Фритц буквально скорчился в три погибели, от чего неестественный непропорционально огромный бицепс на его еще целой второй руке казался просто гигантским — с бедро среднего человека. — Порвать модификантов… Это же надо!».
Наконец, раздался хлесткий удар и скулящий ор резко прекратился. В кабаке стало нереально тихо. Пожалуй, так тихо здесь не было с того самого момента, как после сильного пожара он не работал несколько суток. Внутри уже никого не было. Еще в самом начала, когда быки мистера Грейсона только вошли в кабак, самые опытные завсегдатаи начали быстро просачиваться через черный выход. Через несколько минут за ними потянулись и остальные.