Энола Холмс и зловещие знаки
— Доктор Рагостин на месте? — вежливо произнёс он, очевидно, потеряв лишь разум, но не манеры. А затем снял шляпу, обнажив волосы цвета воронова крыла.
— Боюсь, что нет, и вернуться он обещал не скоро. — Благородные фай и органза показывали, что я занимаю довольно высокое положение в обществе, и это подпитывало мою уверенность. — Возможно, я, личный ассистент доктора Рагостина, смогу вам чем-то помочь? Прошу, садитесь.
Он устало рухнул в кресло. Тут же, словно по волшебству, учитывая привычную его нерасторопность, в кабинете возник Джодди с кувшином воды со льдом и стаканами на подносе. Я налила гостю холодного напитка, и он с готовностью его принял — несомненно, чтобы немного успокоиться и смочить саднящее горло.
Я тем временем заняла своё место за письменным столом.
— Ваше имя, пожалуйста, — попросила я, пододвигая к себе бумагу и карандаш.
Его брови взлетели, словно крылья ворона:
— Моя супруга, третья дочь графа Чипли-на-Уай, внезапно пропала при загадочных обстоятельствах, полиция ни на что не годна, и мне совсем не хочется тратить время на пустые беседы. Я бы предпочёл лично переговорить с доктором Рагостином.
— Разумеется. Однако я полномочна предпринимать предварительные действия в экстренных случаях. Прошу, сообщите мне все детали, и я запишу их для доктора Рагостина. Ваше имя?
Он выпрямился так, будто ему в спину вставили жердь.
— Сеньор Луи Орландо дель Кампо, герцог каталонских кровей.
Герцог! Испанский герцог!
— Рада служить вашей милости, — машинально отчеканила я. У меня, как и у всех выпускников английских школ, чётко отпечатались в голове названия всех сословий — король, герцог, маркиз, граф, барон — и то, как положено к ним обращаться: ваше величество, ваша милость, лорд, лорд и лорд. По поводу таких любопытных личностей, как императоры, заморские графы, рыцари и младшие сыновья, следовало обращаться к справочнику по этикету. — Что же...
— Моя герцогиня, — важно перебил он, — великолепная леди Бланшфлёр, известная на весь мир своей хрупкой красотой, — самый нежный цветок во всём прекрасном саду женского пола.
— Несомненно, — пробормотала я, ошеломлённая столь поэтичным описанием, хотя фамилия его жены переводилась с французского как «белый цветок». — Правильно я понимаю, что супруга вашей милости пропала?
— Насколько нам известно, её похитили во время прогулки с фрейлинами.
Его кожа стала совсем белой и резко контрастировала с чёрными волосами.
— Вы можете сказать, в какое время совершилось злодеяние?
— Вчера, около двух часов пополудни.
Значит, несчастный не спал всю ночь; неудивительно, что он так взвинчен.
— Где именно это произошло?
—- В Мерилибоне. Если не изменяет память, они гуляли по Бейкер-стрит.
— А, — только и сказала я. — М-м...
Бейкер-стрит! Там находилась квартира моего любимого, выдающегося брата — и там я рисковала встретиться с ним, расследуя это дело.
— Э-э... Бейкер-стрит. Понимаю. Не могли бы вы сказать точнее?
— На Дорсет-сквер...
Прекрасно. Совсем рядом с квартирой Шерлока.
— ...неподалёку от станции метро.
Слово «метро» герцог произнёс с типичной для аристократов неприязнью, с презрением к тёмному и пагубному нововведению, поскольку этим способом передвижения, самым дешёвым в Лондоне, пользовались только низшие слои. Несмотря на то что локомотивы собирали дым в специальном помещении за двигателем и выпускали его исключительно в вентиляционные шахты, в метро неизменно стояла вонь от паровых выхлопов и немытых тел.
Ездил ли мой брат Шерлок на метро? Ни в одном из рассказов доктора Ватсона, ни в одной из повестей великий детектив не заходил на станцию, так удобно расположенную вблизи его квартиры.
— Прошу, ваша милость, расскажите всё в подробностях.
— Позвольте, это просто нелепо! Вы меня терзаете! — Герцог Луи Орландо дель Кампо протестующе вскинул руки в лайковых перчатках. — Не могу же я словно попугай повторять одну и ту же историю. Я требую привести ко мне доктора Рагостина!
Избавлю любезного читателя от описания того, как я увещеваниями, уговорами, стаканами воды и тратой драгоценного времени добивалась от его милости, чтобы он изложил мне свой рассказ. По неизвестным причинам его жена, благородная герцогиня, спустилась в адскую пасть лондонской подземки на Бейкер-стрит. Одна фрейлина осмелилась последовать за ней. Вторая осталась у входа. Чуть позже первая выбежала из метро, встревоженная и растерянная — она потеряла герцогиню! Обе дамы отправились на поиски, но те ни к чему не привели. Аристократичная красавица Бланшфлёр дель Кампо исчезла бесследно.
Крайне любопытно.
— Полагаю, полиция уже ищет превосходительную сеньору?
Он вскинул голову. В его ярких глазах блестело отчаяние:
— Да, её искали, но тщетно.
— Там есть другой выход?
— Уверяю вас, что нет. Не могла же она, в самом деле, пойти по рельсам!
Действительно, было бы глупо идти по путям в компании грязных крыс, рискуя столкнуться с поездом.
— Могла ли она по той или иной причине сесть в вагон?
— В это время там не проходили поезда. Обе фрейлины на этом настаивают, и расписание подтверждает их слова.
— Однако, если бы герцогиня осталась на платформе или поднялась по лестнице на улицу, её бы непременно заметили!
— Именно! Это невозможно. Я в полной растерянности!
— Вы получили требование выкупа?
— Пока нет, однако не сомневаюсь, что вскоре получу. Я человек состоятельный, и её отец, граф, тоже богат... и всё же такое нелепое похищение не укладывается в голове! Как её унесли?! Как прошли незамеченными?! И ведь никто не мог предположить, что она спустится в эту клоаку, не мог предугадать её каприз!
— Чем же его объяснить?
— Боюсь, пока я не получил удовлетворительного объяснения. Фрейлины впадают в истерику, когда я обращаюсь к ним с вопросами, и инспектор полиции не может добиться от них никакого толку. Право, весь мир сошёл с ума! Боюсь, и я скоро потеряю разум. Я хотел обратиться к мистеру Шерлоку Холмсу...
У меня ёкнуло сердце.
— ...но он, как назло, уехал за город и должен вернуться только сегодня. К слову... — Измученный герцог Луи Орландо дель Кампо вынул из кармана жилета роскошные золотые часы. — Он уже, вероятно, меня дожидается. Мне пора. — Он поднялся. — Будьте так любезны, передайте доктору Рагостину...
— Ваша милость, я не сомневаюсь, что профессор захочет допросить фрейлин вашей уважаемой супруги, — спокойно произнесла я, хотя сердце тревожно стучало в груди.
— Они сильно подавлены.
— Понимаю. Тем не менее с ними необходимо поговорить, и если они не доверились ни вам, ни полиции, вряд ли согласятся рассказать обо всём незнакомому мужчине.
— Вы правы. Действительно. — Герцог растерянно окинул взглядом комнату, а когда остановился на мне, на него словно снизошло озарение. — Возможно, было бы лучше, если бы их допросила женщина? Окажете мне такую услугу?
— Разумеется. — Я воздержалась от того, чтобы восхититься мудрым решением, к которому сама же его и подвела. — По какому адресу я смогу их найти, ваша милость?
Глава третья
Признаюсь, когда я впервые увидела городской особняк герцога Луи Орландо дель Кампо на Окли-стрит, он вызвал у меня немалое удивление, поскольку я не ожидала увидеть в этом роскошном районе у набережной Виктории дом в неомавританском стиле. В Лондоне встречались самые разные архитектурные стили: неогреческий, георгианский, итальянский, французский, швейцарский, баварский и так далее до бесконечности — но мавританский? Его я видела крайне редко. В этом здании из жёлтого кирпича приятными охряно-оливково-коричными оттенками жертвовали в угоду багряной отделке и сиренево-синей крыше. Под остроконечными арками в красно-белую полоску сверкали рубиново-изумрудные витражи. Ко всем дверям вела шахматная плитка, а эркерные окна и башенки вместо скучной черепицы венчали бронзовые купола словно из «Арабских ночей». Я приблизилась ко входу и постучала дверным молотком в виде улыбающегося джинна, готовая к чему угодно — даже к дворецкому в тюрбане.