Я вернулся. Том 6 (СИ)
Ночной Хвангапур тем временем разрушался прямо на глазах. Разросшееся пламя поглощало небоскребы, а брызги стекол и обломков орошали улицы, провоцируя всё больше аварий. Полицейская сирена теперь звучала из каждого квартала, а крики и визги людей слились в единую безобразную какофонию.
— Мы поклялись закончить это вместе, — присел Джинхёк на край крыши по левую руку от меня. — И пока ты сидишь здесь, все зверства Хэвона ложатся на мои плечи. Даже для такого славного детектива, как это, это слишком тяжкая ноша, не находишь?
— Пожалуй, — согласился я теперь уже с ним, а мальчишка яростно замотал головой.
— Ты с самого начала хотел, чтобы все лавры достались тебе! — запричитал юный я, сжимая кулачки. — Удобно было использовать нас, да, а потом раскрыть несколько архивных дел разом и уйти в закат, получив повышение⁈
— Повышение — это, конечно, хорошо, но дружба для меня имеет не меньшее значение, — спокойно отреагировал детектив на выпад мальчишки. — Да ты и сам сказал, что не имеешь ничего против наших с Джиной отношений. Значит, мы не просто друзья. Мы почти семья.
— Я такого не говорил! — порывисто скрестил мальчик руки на груди и обидчиво выпятил нижнюю губу.
— Я говорил, — кивнул я. — А ведь у меня куда больше причин вернуться, чем я ожидал…
— Нет, — схватил мой пятилетний образ меня за руку железной хваткой. — Давай останемся здесь! Мы заслужили эту вечность. Заслужили, понимаешь⁈ Мы ушли без мучений, без сожалений. Нам больше не нужно метаться, выбирать, бороться! Ты никогда не добьешься такого покоя в настоящем. Они все будут требовать с тебя, использовать…
— Я сейчас точно тебя прихлопну, мелкий шнырь! — вновь потянула его Джина за ухо, которое уже побагровело.
— Зачем мне мир, в котором нет тебя? — положила мне Харин голову на плечо.
— Если настоящее, благодаря стараниям Хэвона, однажды превратиться в нечто подобное… — обвел Джинхёк взглядом полуразрушенный Хвангапур, — … есть смысл еще немного поднажать, чтобы не допустить этого. Как считаешь, Алекс?
Вместо ответа я поднялся на ноги под остервенелый вой полицейских сирен и расправил плечи.
Вечность — это долго. Очень долго, и отведенное мне время я всё еще способен использовать с умом. Попытаться разрушить планы Хэвона вместо того, чтобы отправляться в долгожданное, но бессмысленное забвение.
Я не хочу оставаться здесь.
Я хочу двигаться дальше, чего бы мне это ни стоило.
Темное небо без единой звездочки озарилось всполохами новых взрывов, и под аккомпанемент чудовищного грохота я сделал шаг вперед, отправляясь в свободный полет с небоскреба. Ветер засвистел в ушах, в животе появилось чувство легкости, сердце бешено забилось.
Уже в полете тело само собой развернулось спиной к земле, и тогда я увидел спрыгнувшую следом за мной Харин. Всего за несколько метров до столкновения она успела схватить меня за руку, пальцы наши переплелись…
* * *…и я резко распахнул глаза.
Ощущение охватило, будто бы вынырнул на поверхность из глубины, успев вдоволь нахлебаться воды.
Стены капсулы окружали меня со всех сторон, половина лица скрывалась под кислородной маской, в которую продолжал поступать усыпляющий и блокирующий способности препарат. Однако того прилива адреналина, что напитал мое ватное тело во время прыжка от бессознательного существования к осознанному, вполне хватило, чтобы сорвать маску с лица и рывком выбить дверцу капсулы за пару ударов.
Падение выдалось более-менее мягким, поскольку моя «тюрьма» располагалась на первом уровне хранилища.
Хранилище…
Борясь со слабостью, поднялся на негнущихся ногах и пробежался глазами по слепяще-белому помещению. Затем взгляд зацепился за исколотые иглами до лиловых синяков локтевые сгибы…
Так сколько же… сколько я здесь уже нахожусь⁈
Глава 21
Теперь я в полной мере ощущал всё то же самое, что и Четвертый во время нашей встречи. Блокиратор воздействия сыворотки на организм будто бы лишил меня чего-то очень важного, оторвал от меня кусок, существовать без которого было крайне тяжело. Да уж… Даже не думал, что однажды можно получить ощущение потери того, чего ты никогда не ощущал в принципе.
Буквально вскормленный сывороткой с самого детства, я даже не предполагал, что без нее мне станет настолько хреново. Или именно так себя чувствует обыкновенный человек? Именно так воспринимает окружающий его мир?
Зрение, слух и обоняние сильно притупились. Словно в вакууме находился. Упорядочить роящиеся в голове мысли никак не получалось, а шестое чувство, благодаря которому я столько лет умудрялся выпутываться из самых разных передряг, более не давало о себе знать. Интуиция упорно молчала. Молчал и я, замерев на месте и пытаясь понять, что же мне делать дальше.
Первый и Четвертый. Живы ли они? Если Хэвон решил от них не избавиться, значит, эта парочка определенно должна содержаться где-то здесь, рядом со мной, в хранилище.
Глупой стало бы затеей отыскать их среди сотен дремлющих в капсулах двойников, несмотря на буквенные обозначения. И альф, и омег здесь достаточно, чтобы убить на поиски несколько часов и ничего не добиться.
Нет, они не просто мои двойники. Они мои сыновья, и от этой мысли к горлу снова подкатила противная тошнота. Этот ублюдок Хэвон и его сраные эксперименты пересекли все грани научной этики. Неудивительно, что господин Чен скрывал свои наработки и безумные открытия до последнего…
И всё же, сколько времени я провел на базе? По ощущениям несколько часов от силы, но состояние моего организма прямо-таки кричало мне об обратном.
День? Неделя? Месяц?..
Пока не выберусь отсюда хотя бы на первый уровень, наверняка не узнаю, но пытаться пробиться силой в таком состоянии, и первый же встреченный на пути отряд охраны уложит меня обратно, не встретив особого сопротивления с моей стороны.
Однако других вариантов у меня нет. А были ли они вообще когда-либо?..
На ватных ногах, переставляя их одну за другой, направился вдоль рядов белоснежных капсул к дверям, стараясь подолгу не задерживать взгляд на умиротворенных лицах спящих модификантов.
Надо идти. Просто взять себя в руки и идти, чтобы остановить это безумие раз и навсегда.
* * *Хвангапур, особняк семьи Чен.
В то же время…
Наворачивая круги по комнате с приложенным к уху смартфоном, Харин с отсутствующим выражением лица слушала свою собеседницу и машинально кивала. Тусклый свет настольной лампы служил сейчас единственным источником света. На город за окнами плавно опускалась темная ночь.
— … всю округу уже объездила! — раздраженно восклицала Джина. Ветер неистово дул в динамик. — Таксисты на меня с подозрением теперь косятся, хотя какое им вообще должно быть дело до того, куда и зачем я езжу? Нет, ну правда же! Понимаю, если бы с чемоданом окровавленным по пригороду рассекала, но я-то налегке. Трупы не закапываю, ничего такого…
— Всё еще не нашла? — бесцветным голосом перебила ее Харин.
— Ничего. Профессор сказал, что с виду на огороженную забором фабрику похоже, а уже на ее территории подземный спуск. Но ничего похожего ни на фабрику, ни на забор. Если бы примерно хотя бы координаты запомнила… Но до памяти Алекса мне далеко, как до луны. Я же дефе-е-ектный модификант, — тщательно пережевала и выплюнула девушка излюбленное оскорбление Седьмого.
— Две недели, — уже в который раз сокрушенно повторила Харин. От монотонной ходьбы по комнате слегка закружилась голова, и госпожа Чен присела на край кровати. — Там определенно что-то случилось. И от детектива Кёна тоже никаких новостей…
— А мы единственные, кто обо всем этом в курсе. Знаю, — тяжело вздохнула Джина, а от завывающего ветра на фоне голос ее стал практически неразличим.
— Может, пришла пора наконец-то в полицию обратиться?
— И что они сделают? Ты же знаешь, какие у них там порядки. Нет тела — нет дела, — пренебрежительно бросила девушка в ответ. — Они даже профессора Сона под программу защиты свидетелей запихнуть не могут из-за отсутствия состава преступления. Скажут потом, что напился и на своих двоих из дома умотал. Там и до увольнения недалеко будет. Я верю в оппа, но вот за транквилизатор прощение на коленях вымаливать будет. И это еще самое мягкое из того, что я ему заготовила по возвращении!