Твоя наследница (СИ)

— Ну, не настолько уж я и старый, — спешу её разуверить в своей дряхлости, замечая улыбки на лицах охраны.
После того, как несколько лет назад на меня было совершено пару покушений, в одном из которых я потерял личного телохранителя, а во втором получил легкое ранение в плечо, эта мера предосторожности стала такой же повседневной и обыденной, как привычка чистить зубы.
И пусть заказчика и организатора тех двух случаев полиция нашла и арестовала, а затем отправила отбывать тюремный срок, я не отказался от услуг квалифицированных спецов.
  
Дураков на всех хватает, лучше перестраховаться. А сейчас — так тем более, когда появились те, чьи жизни для меня в приоритете.
— Нет, совсем не старый, — смеется дочка, с радостью принимая у продавца попкорна стаканчик со сладким лакомством и бутылку пепси, которые я предложил ей купить до захода в кинозал. — Ты мне нравишься.
Признание звучит так просто и открыто, как могут его делать только дети, не обремененные кучей условностей, и не боящиеся не услышать взаимного признания в ответ.
Чисто и от души.
— Даже больше, чем дядя Влад, — продолжает малышка, не замечая моей заминки и стекшей с лица улыбки.
— А дядя Влад хороший? Он тебя не обижает? — спрашиваю, сглотнув неприятный комок, вставший поперек горла.
Знаю, что эти вопросы нечестны по отношению к Юле, и я не имею на них права. И тем более на претензии… но, чёррт, кто из нас идеален? Кто не полюбопытствует, когда рядом идет и сияет белоснежной улыбкой такой отличный источник информации.
— Нет, не обижает, — Амина даже головкой трясет, подтверждая свои слова. — Он хороший. Куклу мне подарил и шоколадки, — добавляет через паузу. А потом, как гром среди ясного неба. — Только он чужой. Не мой папа.
Тяжелый грустный детский вздох разрывает душу в клочья.
Не папа.
Конечно, не папа.
Сжимаю кулаки, уговаривая себя еще немого потерпеть.
Я обещал Юле дать ей время.
И сдержу слово. Она это заслужила.
* * *
— Давид Дамирович, — звучит в трубке, когда я отвечаю на звонок от одного из охранников, поехавших вместе с Юлей.
Амина настолько увлечена мультфильмом и поеданием попкорна, что не замечает моих действий. Достаю из кармана телефон, стоящий на беззвучном режиме, и, слегка отклонившись в сторону, принимаю вызов.
— Слушаю, Семен, — даю понять, что узнал абонента и готов к разговору.
— Юлия Леонидовна полчаса назад встречалась в кафе с Зубковым Владиславом, — отчитывается парень, хотя такой команды я не давал, а значит, что-то произошло. — Вначале беседа протекала мирно, а потом, кхм, Юлия Леонидовна сняла кольцо с руки и положила перед Зубковым.
— Дальше, — поторапливаю Иванченко, хотя он и так не мямлит.
Просто меня слегка штормит. А вот информация действительно интересная и требует размышлений.
Я заметил, что Юля слегка нервничала перед тем, как уехать. И ее непрекращающиеся попытки стянуть кольцо, очень схожее с помолвочным, также засек, хоть и не стал комментировать.
— Мужчина вспылил. Нами с Максом было принято решение вмешаться.
Верно, молодцы.
Мысленно оцениваю действия охраны.
Защита Котовой — их прямая обязанность.
— И? Вмешались?
— Нет. Юлия Леонидовна дала отмашку, чтобы не подходили. Я так понял, она не хотела, чтобы ее собеседник о нас знал, — отчитывается Семен.
— Вполне возможно, — соглашаюсь с ним. — Теперь она где?
— В своей машине пока, паркуется возле торгового центра на Первомайском. Зубков тоже здесь. Я так понял, он ее сюда и позвал, так как мы следовали за ним. Давид Дамирович, если Юлия Леонидовна пойдет внутрь, нам ее сопровождать?
— Да, обязательно. Но аккуратно. Пока не светитесь без необходимости.
— Понял. Принял.
— Действуйте.
  
Глава 17 
 
ЮЛЯ
Успеваю вернуться в торговый центр к Амине и Давиду еще до того, как заканчивается их сеанс, чему несказанно радуюсь. Есть время, чтобы прийти в себя и привести мысли в порядок.
Как не загадывала, без нервов всё-таки поездка не обошлась, а дочка слишком восприимчива и чувствительна. Не хочу, чтобы она заметила и тоже заволновалась.
Присаживаюсь за свободный столик на фуд-корте так, чтобы быть поближе к кинотеатру и видеть выход. Давид отписался в смс, что осталось минут пятнадцать, не больше. Вот и совмещу приятное с полезным: выпью чашку любимого кофе и немного расслаблюсь, наблюдая за другими.
Давно я этого не делала. А раньше любила.
Жизнь — удивительная штука.
Жизнь в большом городе — удивительная вдвойне.
Нет, она не круче, хотя кто-то может поспорить, приведя в доказательство кучу возможностей, каких в малом населенном пункте ты не получишь. Она просто другая. Стремительная, шумная. И первое, чему ты неосознанно учишься в мегаполисе — отключаться и видеть сквозь людей.
Странное дело, но чем больше вокруг тебя индивидов, тем они размытей и незаметней. Кажется, вас много, но по сути — ты один.
Ты перестаешь смотреть в лица, вокруг лишь серая масса, куда-то спешащая и также тебя не замечающая. И лишь друзья и родные — яркие точки, на которых ты останавливаешь внимание и, наконец-то, прозреваешь.
Грустно?
Нет, привычно.
И сейчас в ожидании встречи с дочерью и ее отцом решаю скоротать время, сломав привычный уклад вещей. Отвлечься и понаблюдать за другими, за людьми вокруг, за их лицами, жестами, настроением, эмоциями.
Переключиться и вновь осознать, что жизнь многогранна и полна красок, а не зацикливается только на моих проблемах и заботах.
Иногда, это бывает не только интересней, чем самый увлекательный сериал по телевизору, но и полезней. Помогает сбросить зачерствелость с души и словно перезагрузиться.
— Спасибо, — благодарю молодого человека, поставившего передо мной белоснежную чашку любимого напитка с огромной шапкой пены и блюдечко с кусочком тирамиссу.
Развлекаться — так уж делать это по полной. Сегодня сладкое тоже разрешено.
Подбадриваю себя, откидываясь на спинку пластикового стула.
В торговом центре оживленно. Много детей с горящими глазами, взмыленных родителей с кучей пакетов, уткнувшейся с телефоны молодежи. Перебегаю от одного лица к другому, неспешно попивая кофе, и незаметно для себя приканчиваю сладкое лакомство.
Внимание привлекает парочка.
Парень и девушка сидят неподалеку за столиком, весело о чем-то переговариваются, смеются, едят картошку фри и стрипсы. Но примечательно другое — делают они это одной рукой. Потому что вторая у каждого спрятана под стол. Молодые люди держаться друг за друга, сплетя пальцы в замок. Словно тактильный контакт им жизненно необходим.
Это выглядит так мило, что никаких сомнений не возникает — передо мной влюбленная парочка.
Подпираю подбородок ладонью и некоторое время наблюдаю за ними. Поглощаю их эмоции счастья, радости, нежности. И ловлю себя на мысли, что тоже улыбаюсь. И еще на том, что время от времени касаюсь «опустевшего» безымянного пальца. Без кольца, к которому, оказывается, я так и не успела привыкнуть, рука кажется легкой и… правильной.
Нет тяжести на кисти, нет тяжести на сердце.
Я все сделала правильно.
И пусть Влад изначально взбрыкнул и очень резко отреагировал, напугав меня повышенным тоном и сверкнувшим в глазах гневом, но потом взял себя в руки и принял мое объяснение.
К счастью, мы расстались друзьями. И это главное.
Мечтай-мечтай, Котова. Друзьями… Ну, конечно… Глупости совершеннейшие… «Бескорыстные» отношения между мужчиной и женщиной не существуют. Это фантастика!
  
Фыркает моя внутренняя язва, видящая подвох в каждом действии.
И не успеваю я обдумать все доводы «за» и «против», как мои глаза накрывают две маленькие, но очень знакомые ладошки.
— Угадай, кто? — раздается на ухо звонкий голосок Амины.