Нежеланный брак (ЛП)

Его язык начинает ласкать мой клитор, а затем он втягивает его в рот, давая понять, что он пометил бы меня и там, если бы мог. Мои стоны становятся громче, мои мольбы бессвязными, но ему все равно. Он не ослабляет хватку, пока я не буду на грани оргазма, а затем резко отстраняется, отказываясь дать мне то, что я хочу.
— Нет, — всхлипываю я в отчаянии. — Пожалуйста.
Он просто усмехается, как будто мое безумие его забавляет.
  
— Просто будь благодарна, что я не связал тебя, жена. Однажды я это сделаю. Разозли меня снова, и я привяжу тебя к нашей кровати и буду трахать тебя прямо до грани безумия. В зависимости от моего настроения, я либо заставлю тебя кончить столько раз, что ты будешь умолять о передышке, либо я вообще не позволю тебе кончить, удерживая тебя на грани, пока я не дам тебе разрешения кончить.
Дрожь пробегает по моему позвоночнику при этой мысли, и я уже думаю о том, как заставить его наказать меня так. Я не хочу, чтобы он был добр ко мне. Я хочу, чтобы он обращался со мной грубо и доказал мне, что что бы я ни делала, его худшее никогда по-настоящему не причинит мне вреда. Я хочу толкать и подстрекать, пока он не покажет мне своих демонов, пока он не толкнет меня в то состояние, где я наконец смогу быть собой — не женой Виндзора, которой меня воспитывали, не чопорной дочерью моего отца. Просто его. Его всем.
Периферийным зрением я вижу, как он хватает одну из роз Эрика, когда я прихожу в себя после того кайфа, который он мне доставил. Он изучает ее, казалось бы, довольный тем, что она все еще не раскрылась. Прежде чем я понимаю, что он собирается с ней сделать, он прижимает ее к моей киске, тихий смешок срывается с его губ, когда он вводит ее внутрь.
— Что сказал бы Эрик, если бы увидел тебя сейчас, ангел? Твоя киска так красиво поглощает одну из роз, которые он купил для тебя. — Я стону, мягкое прикосновение цветка приносит лишь намек на облегчение. — Полагаю, он действительно купил их для твоего удовольствия, и ты определенно получаешь его, не так ли?
— Дион, — стону я, мой тон — смесь порицания и мольбы. — Ты нужен мне, пожалуйста.
Он прижимает палец к моему клитору, когда начинает трахать меня розой, его движения тщательно контролируются.
— Ты не заслуживаешь моего члена, но ты так хорошо принимаешь свое наказание, что я, возможно, передумаю.
— Мне нужно… мне нужно кончить, — говорю я ему, мое дыхание прерывистое.
Ему все равно — он просто продолжает дразнить, пока успешно не удерживает еще один оргазм от меня. Только тогда он вытаскивает розу, позволяя ей упасть на пол нашей спальни, еще один безрадостный смех срывается с его губ.
— Ты так отчаянно нуждаешься в моем члене, — бормочет он, довольный. — Скажи мне, жена. Кому принадлежит эта киска?
— Тебе, — отвечаю я мгновенно. — Она принадлежит тебе, Дион.
Он мычит в знак одобрения.
— Я так горжусь тобой, Фэй. У тебя все получается так хорошо, но, конечно, ты понимаешь, что ты заслуживаешь наказания за то, что околдовала меня? Ты заставляешь меня хотеть того, о чем я, клянусь, никогда даже не мечтал, и теперь, когда я вкусил тебя, я никогда не смогу вернуться к своей жизни до тебя. Ты, блять, разрушила меня.
Я ахаю, когда его рука снова опускается на мою кожу, на этот раз сильнее, кончики его пальцев шлепают по моей киске, и это именно то, что мне нужно, чтобы довести меня до грани. Громкий стон срывается с моих губ, когда все мое тело сокращается, мои колени подгибаются. Мой разум отключается, и Дион ловит меня, удерживая в своих объятиях, пока самый сильный и продолжительный оргазм, который я когда-либо чувствовала, проносится сквозь мое тело, его имя на моих губах.
— Я держу тебя, любовь моя, — бормочет он.
Он целует меня в лоб, пока я дрожу в его объятиях, его прикосновение такое нежное, что я на грани слез. Я не уверена, почему я такая эмоциональная сегодня, но он просто заставляет меня чувствовать себя в полной безопасности.
— Ты в порядке, детка? — спрашивает он, когда мое дыхание выравнивается. Я киваю, и он слегка кусает меня за мочку уха. — Хорошо, потому что я еще не закончил с тобой.
Как только мое тело успокаивается, он переворачивает меня и бросает на нашу кровать, его взгляд горит тем же желанием, которое чувствую и я.
— Скажи мне. Разве я дал тебе разрешение кончить, Фэй? — спрашивает он грубым голосом.
Я откидываюсь назад и качаю головой, мой взгляд жадный, когда он расстегивает свой ремень. Моя киска блаженно пульсирует, когда он вытаскивает свой член, и я жадно раздвигаю ноги, но он качает головой.
— Только хорошие девочки получают мой член, ангел. — Он забирается на нашу кровать и становится на колени между моими ногами, поглаживая себя, его глаза на моих. Я тянусь к нему, но он бросает на меня порицающий взгляд. — Ты хочешь, чтобы я трахнул тебя, да? — бормочет он.
— Мне это нужно, — признаю я, мой тон отчаянный. — Мне нужно почувствовать тебя внутри себя. Пожалуйста.
Он улыбается мне, его губы приоткрываются, когда он приближается.
— Ты должна была подумать об этом, прежде чем кончить без моего разрешения.
Его глаза закрываются, когда он кончает мне на грудь и живот, звук его стонов заставляет меня дрожать от восторга. Возможно, он и не трахал меня, но все это было для меня. Я знаю это.
Дион ухмыляется, глядя на меня сверху вниз, и берет горсть лепестков роз, с опасным выражением в глазах, когда он бросает их на меня. Я наблюдаю, как он тянется ко мне и втирает их в мою кожу, пока я не превращаюсь в месиво из лепестков роз и его самого.
Затем он хватает свой телефон и фотографирует меня, с раздвинутыми ногами, желание танцует в моих глазах.
— Красиво, — шепчет он.
— Это, — говорит он, поворачивая свой телефон ко мне, чтобы показать фотографию, — будет сопровождать меня в каждой поездке, в которую я должен отправиться без тебя.
Он бросает свой телефон на кровать и наклоняется надо мной, его губы находят мои. Я вздыхаю с облегчением, когда он наконец целует меня, его прикосновение нежное и заботливое, и настолько сильно контрастирует с его более ранней грубостью, что это снова доводит меня до слез. Он немного отстраняется, чтобы посмотреть на меня, его взгляд темный.
— Я думаю, что я влюблен в тебя, Фэй Виндзор. Если и был шанс, что я когда-нибудь отпущу тебя, то он исчез сейчас. Ты моя, и ты будешь моей до конца своей жизни. От меня не спрятаться. Нет места, куда бы ты могла пойти, где я бы тебя не выследил.
Я улыбаюсь ему, странно довольная его словами. Это то, что я хотела — настоящего его, каждый последний порочный дюйм его.
— Я могу с этим жить, — бормочу я, отвечая на его невысказанный вопрос. — Потому что я думаю, что я тоже влюблена в тебя.
Глава 43
Дион
Я просыпаюсь в пустой постели. Одинокий лепесток розы на подушке Фэй вызывает у меня невольную улыбку. Вчера она была просто божественна. Но я с трудом подавляю укол вины.
Я так привык к одиночеству, к тому, чтобы отгораживаться от всех, боясь, что кто-то сможет разглядеть во мне слишком много. Так почему именно она заставляет меня открывать перед ней свои темные стороны? Фэй пугает меня до чертиков, потому что с ней я начинаю жаждать принятия — того, чего никогда не заслужу. Я хочу, чтобы она увидела во мне всю глубину моей жестокости и выбрала меня все равно. Прошлой ночью казалось, что она может. Что она уже это делает.
Я выбираюсь из постели и иду на звук материнского рояля. Губы сами собой растягиваются в улыбке, когда я вижу Фэй за инструментом — на ней только моя рубашка. Ее длинные волосы ниспадают по плечам мягкими волнами, и я откидываюсь назад, просто наблюдая за ней, чувствуя, как сердце наполняется теплом. Сегодня она играет что-то современное, время от времени делая паузы, чтобы записать ноты.
  
Отталкиваюсь от стены и подхожу ближе, неожиданно для себя нервничая. Вчера все было идеально, но маленькая часть меня все еще боится, что я мог ее напугать. Или, что еще хуже, причинить боль. Я всегда был с ней так осторожен, так бережен, и мне невыносима мысль, что она могла почувствовать себя менее значимой. Что я мог облажаться.