Свадебное проклятье (СИ)
Вкупе с чэновскими.
Отказываюсь — совершенно ни к чему, чтобы Лэй знал о покупке мобильника для Маркуса Чэна. Секретарь молча выслушивает мои многословные благодарности и одновременно извинения, комментирует негромко:
— Ну что вы, госпожа Эбигейл, не стоит, вы можете обратиться ко мне с любой просьбой в любое время. Ваша жизнь — моя забота. Доброго вам дня.
…Была бы верующей, ежедневно призывала бы в своих молитвах на голову секретаря благословение Небес. Просто святой, ей-богу!
* * *Чэн честно выдерживает паузу до самого вечера; перехватывает меня опять буквально на входе в квартиру. Уже зная, кто так настойчиво названивает, я неспешно извлекаю айфон из сумки, удобно устраиваюсь в кресле и лишь после этого отвечаю:
— Слушаю.
— Добрый вечер, Эбигейл. Я в обед получил вашу посылку с запиской!
— Отлично. Мобильник в порядке?
— Да. Звоню вам уже с него. Рад. Благодарю вас.
В интонации собеседника проскальзывает смущение, и я опять начинаю тревожиться — да, давненько меня так никто не беспокоил, как этот жених под номером три!
— Не понравился? Я решила, что вы предпочитаете именно эту марку, но если смартфон вас чем-то не устраивает, можно вернуть или обменять на другую модель…
— Нет-нет! Всё отлично! Я привык как раз к такому — надежная рабочая лошадка. Новый-крутой приобрету только чтобы пыль в глаза пускать кому-нибудь, будущим инвесторам, например. Просто я… не ожидал.
— Я сделала что-то не то? Скажите, чтобы я правильно поняла. Если подарок для вас неприемлем, можете просто отдать за него деньги.
Смеется.
— Э нет, я парень практичный, подарок есть подарок! Просто я сообразил только сейчас, что до сих пор ничего еще вам не подарил!
Фу-ух. А я-то решила, что каким-то образом его оскорбила!
— Ну что ж, если я тоже что-нибудь разобью или потеряю, можете это возместить!
Снова смех.
— Договорились! Только обговариваем прямо сейчас, на берегу — теряйте-разбивайте, пожалуйста, на стоимость не больше трехсот! Мне же еще нашу свадьбу оплачивать.
— Хорошо, сегодня же прикину, чего мне хочется лишиться на такую сумму! — подхватываю я. — А насчет свадьбы — прекрасно, что вы такой практичный! Не на мою с вами, так с какой-нибудь другой девушкой, но деньги обязательно пригодятся.
— Эбигейл…
Я перебиваю, не желая слушать следующие уговоры:
— А ваш… э-э-э… проблемный коллега-конкурент как-нибудь себя проявил?
— Нет пока, — хмуро отвечает Маркус. Похоже, при всех разногласиях и конфликтах с тем самым Шэном, не готов признать, что именно он организовал нападение. Всё еще ждет от «коллеги» каких-то разумных объяснений.
— А как ваше самочувствие?
— Просто прекрасное! Не будь у меня такой расписной бандитской рожи, прямо сегодня назначил бы вам свидание! — храбрится Чэн. — А так боюсь окончательно спугнуть.
Может, как раз сейчас и расторгнуть то наше квартальное соглашение?
— Маркус… — начинаю я, но чуткий собеседник, мгновенно среагировав на смену тона, выпаливает:
— В общем, еще раз благодарю за неожиданный подарок! Буду вспоминать вас всякий раз, как буду кому-нибудь звонить. А звонить приходится часто, так что не обессудьте, если у вас постоянно будут чесаться уши[1]! До встречи, Эбигейл.
Отключился. Некоторое время смотрю на экран, раздумывая, не написать ли, что никаких встреч больше не будет: ведь, похоже, общение со мной все-таки опасно для Чэна Маркуса. И для моего собственного спокойствия — тоже: я все-таки рискую привязаться к этому неожиданно возникшему в моей жизни мужчине…
Нет. Просто написать о расставании, когда человек к тебе хорошо относится, крайне непорядочно. Даже трусливо. Лучше дождаться, когда чэновская «злодейская физиономия» придет в норму, и сказать всё при личной встрече.
Так и порешаем!
[1] Уши чешутся, когда вас кто-то обсуждает или вспоминает.
ГЛАВА 21. Таинственный лес
Но жених номер три не стал дожидаться своего окончательного выздоровления и подготовки моего решительного «прости-прощай»: появился у дверей университета уже через несколько дней. Правда, при этом постарался не компрометировать учительницу Мейли своей гангстерской физиономией: отзвонившись, безвылазно дожидался в машине.
Усевшись рядом на переднее сиденье, окидываю его оценивающим взглядом. Да уж, точно не хотелось бы встретить такого в темной подворотне! Пусть даже Чэн выглядит сейчас куда лучше, чем при нашем последнем… хм… свидании. Темные очки скрывают синяки под глазами, а ссадины уже можно квалифицировать просто как царапины. Задав очередные вопросы о здоровье и получив столь же вежливые ответы, сосредотачиваюсь на том, что собиралась ему сказать. Задача предстоит нелегкая — и не только оттого, что это упрямец из Хванджи, но и потому что уж очень не хочется обижать этого самого упрямца.
Однако Чэн сбивает меня с решительно-прощального настроя неожиданным:
— Эбигейл, а вы никогда не думали, что за этим вашим свадебным проклятьем может стоять вовсе не плохая судьба или, допустим, прицепившийся к вам демон, а обыкновенный живой человек из плоти и крови?
Смотрю на него, открыв рот: уж слишком тема разговора не пересекается с тем, о чем я собиралась сказать. Принявший мое удивленное молчание за несогласие, Маркус снимает солнечные очки и начинает в запале ими жестикулировать. Синяки под глазами и на левой скуле уже выцветают, на виске — маленький подживший шрам, который будет выглядеть как дополнительная смешливая морщинка… О чем я сейчас? О чем он?
— Я размышлял об этом после ваших слов — что несчастная судьба может действовать и человеческими руками… в моем случае, руками Шэна Пинга, чтоб его… да чтоб он лопнул!
Невольно улыбаюсь детскому проклятью Маркуса — похоже, пресловутый конкурент так и не объявился.
— Подстроить автомобильную аварию — это же плевое дело! — с азартом продолжает рассуждать Чэн. — Да и столкнуть человека с высоты тоже!
— Можно подумать, вы сами это проделывали, и не раз! — поддразниваю я машинально: да, Чэн все-таки изучил судьбу моих предыдущих женихов! Собеседник хмурится.
— Эбигейл, я же серьезно!
Я вздыхаю.
— Ну а если серьезно… Вы забываете, что Дин был единственным наследником семьи Линху, поэтому и корпоративная служба безопасности, и полиция до самого последнего винтика обследовали его машину… то, что от нее осталось. Он всегда так на спорткарах носился, что самые сумасшедшие приятели боялись с ним ездить. Любил скорость, в гонках участвовал. Удивительно, что при этом в аварии попадал редко…
Зато метко, горько вставила моя внутренняя старушка. В кои-то веки я была с ней согласна.
— Я с ним ругалась из-за этого. Особенно перед свадьбой… — И впервые задумалась — а не из-за тех ли участившихся ссор Дин с такой легкостью улизнул тогда в Драконьи горы?
Ну да, возьми на себя вину еще и за это! Говорят же, что многие пары ругаются перед свадьбой — то ли в последних всплесках холостяцкой свободы, то ли пытаясь заранее поделить власть в новой, семейной жизни. Да и не я одна была зачинщицей, Дин тогда тоже высказывал мне бесконечные требования и претензии, на мой взгляд, наиглупейшие и несправедливые. Однажды даже приревновал к какому-то мифическому парню, с которым, якобы, у меня был бурный и долгий роман… Смешно!
Я выныриваю из воспоминаний. Пристально наблюдающий за мной Маркус спрашивает:
— А что насчет второго, как его… Брауна?
— Алекса? И с ним тоже ничего особенного. Загадочного. Слабые сосуды, давление скакало, и головокружения тоже из-за этого часто бывали. Единственно, из-за здоровья он всегда старался избегать алкоголя, а тут в организме нашли… — Я хмурюсь. — И непонятно, что он вообще делал в офисе наверху так поздно, после рабочего дня… Хотя вы как бизнесмен должны знать, что не всегда удается уклониться и от выпивки и от переработки.
Бизнесмен хмыкает, то ли подтверждая мои слова, то ли посмеиваясь над ними. Чувствуя, что не убедила его, продолжаю: