Секретная невеста (ЛП)

Я замираю.
— Через пару минут в комнату ворвался Сайлас Синклер с нашими телохранителями. Они освободили меня. А ее арестовали.
Я в шоке смотрю на него, пока он продолжает:
— Тогда он еще не работал на нашу семью, он был не намного старше, чем сейчас Арес. Но только он смог меня найти, когда все остальные потерпели неудачу. С тех пор ему доверено охранять нас.
Его глаза на мгновение закрываются, и я потрясенно смотрю на него, пытаясь осознать то, что он мне только что рассказал.
  
— Джилл во всем призналась в обмен на более мягкий приговор для себя и своих братьев, — говорит он. — Она следила за мной, собирая информацию, как только узнала, что мы будем учиться в одном колледже. Потом она специально подошла ко мне, имея единственную цель — заработать на мне как можно больше, вместе со своими братьями. Она не была похищена. Это Джилл подсыпала мне снотворное в напиток той ночью, помогая своему брату организовать все это.
Он тяжело вздыхает и убирает прядь волос у меня за ухо.
— С тех пор я боюсь впускать кого-то в свою жизнь, боюсь открыться и довериться не тому человеку. Потому что в следующий раз под угрозой могу оказаться не только я, но и моя семья. Именно поэтому я подошел к тебе еще до нашей помолвки — я хотел понять, кто ты.
Он берет меня за руку, крепко сжимая мои пальцы.
— Райя, вот почему мне трудно засыпать в незнакомых местах, почему я усиливаю охрану, когда приезжаю в дом твоей семьи, и почему у меня был кошмар во время нашей поездки. Я не люблю Джилл, не зациклен на ней — я, черт возьми, травмирован.
Его голос срывается, и он смотрит на меня с такой глубиной эмоций, что у меня перехватывает дыхание.
— Из-за нее все, что я чувствую к тебе, пугает меня до чертиков. И, дорогая, я совсем не знаю, что с этим делать.
Глава 42
Райя
— Ваши дроны прошли тщательное тестирование сотрудниками Windsor Motors, и были выбраны три стажера, — говорит Лекс, обращаясь к нашему классу.
В аудитории повисает тишина, и Адам напрягается рядом со мной. Я знаю, как сильно он хочет получить эту стажировку, несмотря на то, что не переносит Лекса. Он понимает, как это может изменить его жизнь — работать в Windsor Motors.
— Райя… Льюис, — произносит Лекс с легкой гримасой, будто это причиняет ему физическую боль — называть меня по девичьей фамилии, когда ему хочется сказать «Райя Виндзор».
Я улыбаюсь ему, хотя бы на мгновение выходя из своего мрачного настроения. Я не переставала думать о том, что рассказал мне Лекс, и что это значит для нас. Теперь многое стало понятно — почему он всегда просыпается раньше всех, почему никогда не пьет ничего за пределами особняка Виндзоров, если сам не открывал бутылку. Почему в его доме почти нет персонала, а система безопасности тщательно проверяется. Я даже не замечала, что он не притрагивался к нашей еде, пока не начал помогать маме на кухне, контролируя каждый ингредиент.
Я никогда не видела его таким измученным, как в тот момент, когда он рассказывал мне о Джилл. Все, что я могла сделать после этого, — просто обнять его, предложив тихую поддержку. И мне этого казалось недостаточно. Больно осознавать, что я не могу избавить его от этой боли. Когда он говорил, что не заинтересован в любви или отношениях, дело было не в том, что я его не привлекала. Он просто не мог испытывать ту степень доверия, которая необходима для отношений. А я все это время стояла рядом, ничего не понимая, и хотела от него большего, чем он когда-либо мог дать.
— Адам Лоусон и Эмма Томас, — продолжает Лекс. — Они также являются авторами трех выбранных моделей дронов и доказали, что могут воплотить свои идеи в жизнь.
Мне больно смотреть на Лекса, зная, через что он прошел, сколько у него отняли. Представить его привязанным, умоляющим о спасении той, кого он любил, только чтобы узнать, что она его предала… Теперь я понимаю, почему он подошел ко мне перед нашей помолвкой, почему ввел в заблуждение.
— Я так рад, что мы будем работать вместе, — говорит Адам, поворачиваясь ко мне. — Это странное чувство, заканчивать магистратуру. Не уверен, что готов к настоящей жизни.
Я выдавливаю улыбку, хотя сегодня мне тяжело поддерживать разговор:
— Все будет хорошо, — тихо говорю я. — Ты отлично справишься на стажировке, а потом тебе предложат постоянную работу. Я просто знаю.
Он кивает, но его взгляд становится задумчивым.
— Ты в порядке? — спрашивает он. — Мы не говорили об этом, но я не слепой, Райя. Я знаю, что ты все еще испытываешь к нему чувства.
Я вздыхаю и отвожу взгляд.
— Это мягко сказано, — шепчу я.
Я безнадежно и безоговорочно влюблена в своего мужа, и это причиняет мне боль. Я люблю его так сильно, что мое сердце сжимается при мысли о том, как тяжело ему дается быть хорошим мужем, когда для него это, возможно, невероятно трудно. А я все время хотела большего, не ценя то, что он уже дает мне.
Я резко встаю, когда Лекс выходит, игнорируя голос Адама, зовущего меня. Следую за своим мужем и захожу в его кабинет. Лекс поднимает голову, его глаза расширяются при виде меня. Он выглядит уставшим, и я прикусываю губу, ощущая вину. После того как он рассказал мне о Джилл, у него снова начались ночные кошмары, как в первые годы после похищения. Это моя вина. Я заставила его снова пережить те ужасные воспоминания, и я не знаю, как это исправить.
— Не смотри на меня так, маленькая фея, — тихо говорит он, проводя рукой по волосам. — Мне не нужна твоя жалость, Райя. Я рассказал тебе правду только потому, что скрывать ее дальше причиняло тебе боль и создавало между нами недопонимание.
Я подхожу к нему и нежно кладу ладонь на его грудь, ощущая бешеный ритм его сердца.
— Я не жалею тебя, — говорю я мягко. — Я просто люблю тебя, Лекс.
Его глаза вспыхивают, как всегда, когда я говорю эти слова. Он никогда не говорил их в ответ, но я знаю, что ему нравится их слышать.
— Да? — шепчет он, притягивая меня ближе.
Я киваю.
— Очень. Я благодарна, что ты сказал мне правду. Ты был прав. Когда я слышала, как ты называешь ее имя во сне, я неправильно все понимала. Я ревновала. Я думала, что твое сердце принадлежит другой, а ведь я…
— Нет, — говорит он, обхватывая мое лицо ладонями. — Никого, кроме тебя, нет, Райя. Я…
Я затаиваю дыхание, читая эмоции в его глазах.
— Тебе не обязательно говорить это в ответ, — шепчу я. — Моя любовь к тебе не сделка и не условие.
Его глаза закрываются на мгновение.
— Однажды я сказал тебе, что ты меня пугаешь, и сейчас это еще более верно. Мне страшно, что все это — игра. Как бы я ни пытался убедить себя, что это не так, что мое прошлое отравляет мои мысли… Я не могу подавить этот страх. Я боюсь, что это всего лишь искусно сплетенная ловушка и ты предашь меня.
— Я никогда, никогда сознательно не сделаю ничего, что могло бы причинить тебе боль, Лекс. Клянусь.
Он кивает, опуская лоб на мой.
— Я стараюсь, правда. И не перестану стараться, Райя. Ты заслуживаешь лучшего во мне, а не того, что от меня осталось.
Я чуть наклоняю голову, касаясь его губ своими.
— Пока ты стараешься — этого достаточно, — шепчу я. — Я никогда не думала, что брак будет легким, Лекс. Я буду рядом с тобой на каждом шагу. Пока ты готов идти вперед, я буду рядом, идя в ногу с тобой.
Он вздыхает, а затем целует меня, его прикосновение нежное, почти робкое, будто он боится разрушить этот момент.
— Райя Индира Виндзор, — шепчет он, отстраняясь. — Думаю, ты самое лучшее, что когда-либо случалось в моей жизни.
Я широко улыбаюсь, откидываюсь назад, чтобы взглянуть на него, и мое сердце переполняет нежность.
  
— Посмотрим, будешь ли ты думать так же, когда я сведу тебя с ума на работе, — дразню его. — Я, знаешь ли, жду этого с нетерпением. Учиться у самого Лексингтона Виндзора.
Он смеется и аккуратно заправляет прядь волос за мое ухо.
— Я тоже жду этого, моя маленькая фея. Вот что ты со мной делаешь. Я хочу быть рядом с тобой каждую секунду, каждый день, и знать, что я буду видеть тебя в офисе… Черт возьми, я не могу дождаться.