Секретная невеста (ЛП)

Я так ошеломлена новым функционалом этих роботов, что не сразу осознаю, что именно отображается на экране.
— Мы приобрели известную сеть молочных коктейлей! — радостно сообщает Эми. — Это мои самые любимые коктейли, так что я просто в восторге!
Адам дружески толкает меня плечом, но я не могу оторвать взгляда от Лекса — его скулы слегка порозовели.
— Разве это не твои любимые? — спрашивает он с хитрой улыбкой.
  
Я молча киваю, не в силах вымолвить ни слова.
Эми кивает роботу, и тот переключает слайды.
— Наша задача — полностью автоматизировать эти автоматы, чтобы они стали более надежными. В большинстве случаев они ломаются, и мы собираемся это исправить.
— Нет ничего хуже, чем прийти за молочным коктейлем и услышать, что его нет, — бормочу я.
К моему удивлению, Эми смотрит на меня с понимающей улыбкой.
— Именно! — подтверждает она. — Мы устраним все проблемы и добьемся того, чтобы автоматы могли работать автономно ночью. Нам поручено настроить их так, чтобы днем они работали только в ручном режиме, сохраняя рабочие места, но при этом ночью могли функционировать автоматически. Кроме того, формула коктейлей изменится — теперь они будут полностью безлактозными! Лично я в восторге. Однако нам придется учесть этот момент, поскольку изменение плотности может повлиять на работу механизмов.
Я смотрю на Лекса, и он в ответ одаривает меня самой теплой, самой нежной улыбкой. В его глазах отражается нечто, что я не решаюсь назвать вслух, даже в мыслях.
— Почему именно молочные коктейли? — спрашивает Эмма. — Автоматизация того, что известно своей ненадежностью, — безусловно, интересный вызов. Это будет громкий проект. Но он совершенно не вписывается в профиль Windsor Motors.
Лекс переводит взгляд на нее и улыбается.
— Это любимый напиток моей жены, — с легкостью отвечает он. — Я хочу, чтобы у нее всегда был к ним доступ. К тому же она не любит молочные продукты, поэтому мы меняем формулу по всей стране.
Он проводит рукой по волосам и добавляет:
— А еще мы делаем ребрендинг. Я переименовываю сеть в «Little Fairy» (прим.: с английского «Маленькая фея» — прозвище главной героини), а шоколадно-карамельный вкус назову «Mrs. Windsor».
В комнате повисает оглушенная тишина. Лекс даже не пытается скрыть тот факт, что только что подтвердил слухи о своем браке. Его обручальное кольцо давно стало поводом для спекуляций, но до этого момента он официально не признавался никому, кроме Адама.
— Так значит, молочные коктейли — это любовное послание вашей жене, — произносит Халима, кажется, единственная, кто не выглядит потрясенной.
Лекс кивает.
У меня перехватывает дыхание. Я изо всех сил стараюсь сдержать улыбку… и все равно не могу. Мое сердце колотится так яростно, как никогда прежде. И почему-то в этот момент я вспоминаю слова своего отца:
«Любовь не всегда бывает громкой и очевидной, но это не значит, что ее нет.»
Глава 45
Лексингтон
— Я нормально выгляжу? — спрашивает моя жена, когда мы останавливаемся перед домом моей бабушки.
Всех нас вызвали сюда, и я знаю, что она нервничает. В прошлый раз, когда нас собирали, нам влетело за наши проделки с париками. Но на этот раз все иначе. Я прекрасно знаю, зачем мы здесь.
Мой взгляд скользит по ее потрясающему кремовому платью до колен, и я киваю.
— Классика, но при этом чертовски соблазнительно, маленькая фея. Мне безумно нравится это платье на тебе.
Она улыбается, но ее глаза тут же прищуриваются, когда я открываю рот, чтобы добавить еще кое-что.
— Но не так сильно, как мне понравится оно на наш…
Она тут же прижимает палец к моим губам, одаривая меня предупреждающим взглядом, как раз в тот момент, когда к нам подходят Зейн и Селеста.
Я ухмыляюсь и слегка прикусываю ее палец, заставляя ее вспыхнуть румянцем, прежде чем она отдергивает руку. Черт, видеть, как она краснеет, никогда не надоест. Каждый раз — все более захватывающе.
— Лекс! Райя! — радостно восклицает Селеста, крепко обнимая нас обоих.
Зейн тут же следует ее примеру, задерживая нос в волосах моей жены чуть дольше, чем мне бы хотелось. Она улыбается и кивает ему, и я тут же прищуриваюсь, притягивая ее за руку ближе к себе, вне его досягаемости.
— У тебя есть своя жена, — огрызаюсь я. — Оставь мою в покое.
Зейн выглядит до ужаса довольным, обнимая Селесту, пока я обвиваю талию Райи, притягивая ее к себе чуть крепче, чем следовало бы.
Они проходят внутрь, оставляя дверь открытой.
— Лекс, — задумчиво произносит Райя, разглядывая открытую дверь. — Как думаешь, ты смог бы запрыгнуть отсюда прямо в дом?
Я прослеживаю ее взгляд и пожимаю плечами.
— Не знаю. Давай проверим, дорогая.
Я отступаю на шаг и прыгаю… почти точно приземляясь внутрь, едва не теряя равновесие. И тут замечаю, что в коридоре стоят все мои братья, держа телефоны наготове и ухмыляясь, как идиоты.
Они разражаются смехом в унисон, пока деньги быстро переходят из рук в руки.
— Да чтоб вас всех… — бурчу я, осознавая, что только что произошло.
— Прости, — шепчет Райя, вцепляясь в лацканы моего пиджака. — Зейн никогда раньше не просил меня ни о чем, и я не знала, как отказать.
Я обнимаю ее, касаясь губами ее виска.
— Ты не сделала ничего плохого, маленькая фея, — тихо говорю я, а затем оборачиваюсь к братьям и сверлю их взглядом. — Как вы посмели использовать мою милую жену?!
Комната снова наполняется веселыми возгласами. Все мои братья тут же начинают передразнивать меня, повторяя «моя жена» с явной издевкой — так же, как я дразнил их все эти годы.
— Черт, да он даже не задумался, прежде чем прыгнуть, — смеется Лука.
— Подождите, — вдруг говорит Дион, его взгляд устремляется на Райю. — А как он тебя называет?
Она беспомощно смотрит на меня, и я отвечаю за нее, не отрывая от нее глаз:
— Маленькая фея.
— Фу, — с искренним ужасом морщится Дион.
Я приподнимаю бровь и оборачиваюсь к нему, но замечаю, что он бросает какой-то взгляд Фэй. Она смеется, а затем, как будто отчитывает его за что-то, но он лишь хмурится и притягивает ее ближе.
Что, черт возьми, это было? С чего бы ему злиться на то, как я называю свою жену?
— Как ты сказал, когда вез нас с Селестой на наш остров? — спрашивает Зейн, ухмыляясь. — Ты сказал, что никогда не будешь… кем?
Подкаблучником. Я сказал, что никогда не буду подкаблучником.
Черт.
— Да пошли вы все, — бормочу я, хватая Райю за руку и увлекая ее за собой.
Она смеется, следуя за мной в дом бабушки, где Рейвен и Сиерра уже вовсю угощаются свежими печеньками. Они тут же вскакивают, увидев нас, но вовсе не из-за меня. Я наблюдаю, как моя жена мгновенно присоединяется к ним, как легко она вливается в разговор, будто всегда была его частью. Она так естественно вписывается в мою семью… И я понимаю, что не один так очарован ею.
Я просто надеюсь, что мы все не ошибаемся.
Если Райя когда-нибудь предаст меня… Это уничтожит меня. Я не смогу оправиться. И, судя по тому, как сильно моя семья ее полюбила, они тоже.
— Дети, — раздается голос бабушки, вырывая меня из мыслей.
Она собирает нас всех на кухне вместо формальной гостиной, что немного сбивает меня с толку. Но потом я вспоминаю, что это любимая комната Сиерры в бабушкином доме.
Девушки обмениваются настороженными взглядами. Все, кроме Вэл. Она выглядит даже спокойнее, чем обычно… но в ее глазах есть что-то такое, от чего у меня по спине пробегает холод.
Боль.
Бабушка скрещивает руки на груди и улыбается, но ее глаза остаются холодными.
— Уверена, вы все уже догадались, зачем я вас сегодня собрала.
  
Рейвен толкает плечом Сиерру, которая тут же заливается краской. Ее лицо — смесь волнения и страха. Все наши взгляды устремляются на мою младшую сестру. Единственную из нас, кто еще не замужем.
— Сиерра, милая, — говорит бабушка, и в ее голосе звучит та особая нежность, которую может вызвать только моя сестра. — Твоя помолвка состоялась.