Гарри Поттер и его наследие (СИ)

В руках он сжимал небольшое зеркальце-артефакт, затянутое в тонкую драконью кожу. Основным его преимуществом было то, что по нему можно было не просто болтать с Андресом, который после получасового прощания у двери с сожалением отправился обратно Инферно, а и видеть его и все, что вокруг, несмотря на огромное расстояние и даже несколько измерений, разделявшие их.
Такое вот сквозное зеркало, по которому можно будет болтать всю ночь напролет, делясь новостями и впечатлениями.
  
Все-таки хорошо быть кому-то интересным настолько, что писем и редких встреч становится явно недостаточно.
Драко усмехнулся сам себе и, несколько раз счастливо крутнувшись на босых пятках (некоторые привычки оказались заразными), отправился в свою спальню, провожаемый чуть насмешливым взглядом Эрри, который решил ничего не спрашивать, потому что и так все было понятно.
Слияние миров, похоже, начнется гораздо раньше, чем появится тот, кто сядет на Красный Трон.
 Глава 104. Контракт для Люциуса и пицца для Драко 
– Это что? – спросил Азам, с недоумением глядя на новую версию контракта, предоставленную невозмутимым Люциусом.
– Вопрос, как я понимаю, риторический и, следовательно, в развернутом ответе не нуждается.
– Лорд Малфой, – вздохнув и немного отойдя от шока, попытался возразить ифрит.
«Преданы настолько же, насколько упрямы и своенравны», – вспомнились Люциусу слова Первого Герцога.
– Адиль, я могу быть с тобой откровенен? – задумчиво проговорил лорд, поигрывая пером, которое держал в руках.
«Только искренность и открытость в желаниях может быть понята этими удивительными существами как аргумент в споре или конфликте».
– Разумеется, – с чуть заметным интересом отозвался Азам, откинувшись в кресле. Одет он сегодня был, как и накануне: строгий костюм, на этот раз серый, голубая рубашка и обувь в тон костюму.
Люциус поднялся и отошел к окну, любуясь облетающим садом Малфой-мэнора. Разговор предстоял не из легких.
– Видишь ли, Адиль, мы с тобой… разные. Я – человек, глава древнего рода и… много кто еще. Ты ничего обо мне не знаешь, кроме того, что я… достаточно привлекателен внешне и подхожу тебе для продолжения рода. Мне сложно спорить с Магией, которая для этой цели выбрала именно меня, разрушив семью и оставив у разбитого корыта, но спорить с Судьбой мне не с руки. Слишком высокой может оказаться цена моей гордости и упрямства. Поверь, я не имею ничего против тебя лично… мне не нравится ситуация в целом и твое к ней отношение в частности. Именно поэтому я предлагаю… компромисс.
«Вам нужно просто поговорить с ним, лорд Малфой. Я не встречал еще ни одного ифрита, способного отказать тому, кого он любит, а Адиль любит вас, поверьте. Что, конечно совершенно ни к чему вас не обязывает. Просто имейте это в виду».
– Поверь, – продолжил Люциус после небольшой паузы, – я знаю, что предложенный тобой контракт был ориентирован на то, чтобы сократить мое неудобство и беспокойство в ущерб твоему здоровью и интересам… будущего ребенка. Этот вариант неприемлем. Я читал книгу, данную мне Эрри, советовался с теми, кто разбирается в вопросе лучше меня, и поэтому предлагаю тебе полное партнерство. Всестороннюю поддержку магии моего рода. Меня совершенно не устраивает, что в первоначальной версии контракта ты взвалил на себя всю тяжесть… предстоящего тебе… нам испытания. Я уже достаточно взрослый для того, чтобы брать на себя ответственность, и с твоей стороны глупо и безответственно было считать, что я не пойму твою нужду в моем постоянном пребывании рядом. Неужели ты рассчитывал, что я не узнаю, что беременность у ифритов протекает тяжело, и им необходимо постоянно иметь в поле зрения… источник причиненных неудобств. Нескольких раз в месяц для этого явно не достаточно, разлука со мной грозит тебе неизлечимым магическим истощением и, возможно, даже смертью при родах.
Люциус помолчал, по-прежнему не оборачиваясь к застывшему ифриту, как будто размышляя, стоит ли продолжать. «Не стоит скрывать свои намерения относительно его персоны», – снова всплыли в памяти слова Абигора.
– Как ты понимаешь, допустить твою смерть и тем более смерть нашего отпрыска я не могу. В моей жизни и так хватает фатальных ошибок, чтобы грузить свою и так далеко не самую чистую советь еще и вашей смертью. Поэтому я предлагаю тебе перебраться в Малфой-мэнор. Так как процесс вынашивания ребенка предполагает постоянную подпитку моей магией, которая должна быть кристально чиста и не иметь посторонних примесей, то я обещаю тебе, что никого постороннего в нашей с тобой постели не будет, пока не родится наследник рода. Также я выполню все свои обязательства, включая сексуальные отношения, не требуя взамен ничего из того списка, что ты мне предоставил. Я мог бы оскорбиться в ответ на эту попытку подкупа с твоей стороны, но понимаю, что сложившаяся ситуация для тебя так же нова, как и для меня. Поэтому я лишь поставлю несколько условий.
Адиль очень внимательно следил за ходом мыслей Люциуса и гадал, как он мог хоть на минуту допустить, что предполагаемый партнер правильно отреагирует на открытость и искренность, ласки и подарки. Судьба уготовила своему далеко не самому любимому сыну сюрприз – Искра, единственное существо, способное сделать его счастливым, оказалось на диво прагматичным и рассудительным. Чтобы заслужить уважение этого, несомненно, достойного смертного, придется постараться. Что ж, пока что нужно разобраться в условиях игры. Адиль надеялся, что его партнер окажется более… теплым, эмоционально отзывчивым… но, видимо, чувства у Люциуса могут пробудиться только после того, как он убедится в достойности избранника. Дело стало за малым – доказать, что он может не только цитировать Хайяма, танцевать и целовать руки.
– Каких же, Люсиус? – спросил он после недолгой паузы. – Я готов их обсудить.
– Первое. Мы будем жить вместе, спать в одной постели, посещать одни и те же клубы и рестораны, а потому я требую, чтобы ты вел себя в соответствии с нормами поведения, принятыми в обществе, в которое я вхож. Если нужно, я дам тебе свод элементарных правил этикета, касающихся выбора одежды, ведения деловой беседы и поведения за столом. Никаких этих твоих полупрозрачных тряпок за пределами спальни, никаких «хаббиби» и уж тем более никакой еды руками.
– Ну почему же, Люсиус, – чуть насмешливо отозвался Адиль, – я прекрасно знаю нормы поведения в высшем свете, тебе не придется за меня краснеть.
– Жаль, что ты до недавнего времени не давал мне повода в этом убедиться. Второе. Ответь, у тебя есть легальное имя в магическом мире?
– Разумеется. Я – арабский шейх, мне тридцать пять, и я качаю нефть. Происхожу из древнейшего рода, имеющего в предках ифрита. Кого именно, думаю, объяснять не нужно. Холост, несколько эксцентричен, но перспективен. Являюсь держателем акций множества нефтяных конгломератов в обоих мирах – маггловском и магическом, владею внушительной коллекцией антиквариата, основал несколько трастовых и благотворительных фондов… кормлю детей в Африке, играю на верблюжьих бегах и произвожу лучшие омолаживающие зелья в мире.
Люциус помолчал, прикидывая, что из сказанного – правда. Если все, то Азам не тот, кем кажется, и за его показным идиотизмом скрывается нехилая деловая хватка. Что же, это можно проверить.
– Замечательно, – наконец, отреагировал Малфой. – Тогда официально ты будешь моим деловым партнером, где и как мы познакомились – решим позже. О том, что мы еще и любовники, все равно рано или поздно станет известно, так что скрывать этот факт от общественности я не считаю нужным. Возражения? Нет? Будем считать, что с этим разобрались. Теперь о личном. Как я понял, ритуал зачатия потребует от нас обоих некоторых усилий. Я, конечно, никогда не жаловался на здоровье, но, боюсь, что овладеть тобой двенадцать раз в течение двадцати четырех часов может оказаться для меня непосильной задачей. Да! И получить удовольствие еще от пяти актов, когда ведущую роль будешь исполнять ты.