Гарри Поттер и его наследие (СИ)
всяких необычных вещей.
Пройдя на платформу 9 ѕ, Эр (а это был именно он) презрительно осмотрелся.
Народу пока было немного, но все, что толпились, окутанные легким туманом, были
ему знакомы. Ну, конечно, не ему, Хар-Эрри Абигору, а Гарри Джеймсу, но дела это
не меняло. Неспешно продефилировав с самым независимым видом под
удивленно-любопытными взглядами собравшихся людей, он, подхватив льва на руки,
зашел в вагон и занял пустое купе в самом конце экспресса. Знакомства можно
будет завязать и потом. Устроив весьма недовольного льва на мягком диване, но не
отстегивая его «поводок» – мало ли что взбредет Муфасе в голову – он уселся сам
и достал книгу на арабском. Легенда должна быть железобетонной.
Заранее проинструктированный лев даже не пытался выкинуть один из своих
многочисленных фортелей – перекинуться в змею, отрастить крылья или попросту
исчезнуть. Чем был безмерно огорчен – ему было скучно. Да еще и Нагини осталась
у Лорда. Скукота.
– Не переживай ты так, – сказал ему на это Эр. – На выходных утянем Аэ домой и
Наги твою пригласим в гости. И глазом моргнуть не успеешь
Муфаса скептически посмотрел на хозяина. Знаю, мол, заливаешь ты все.
– Правда-правда. Даже если Аэ не пойдет с нами, мы-то точно улизнем.
Лев тяжело вздохнул.
– К тому же, у некоторых учеников наверняка есть любимцы. Книззлы, например.
Муфаса фыркнул. Книззлы, надо же. Глупы, как пробки, хоть и имеют отношение к
кошачьим.
– Понимаю, что они не подходящая компания для таких, как ты. Но мне-то тоже, как
видишь, приходится мириться с обществом смертных. Ради Северуса.
Купе погрузилось в молчание. Поезд издал длинный, пронзительный гудок и людишки
на платформе засуетились. До отправления оставалось пять минут. И тут дверь в
купе открылась, и на пороге возникло что-то невообразимое. Тоненькая белокурая
девушка с очень длинными волосами, заколотыми вместо шпильки волшебной палочкой.
Ее большие, светло-голубые, чуть на выкате, глаза смотрели на мир открыто и
чуточку наивно.
– У вас не занято, Господин? – поинтересовалась Луна Лавгуд у совершенно
опешившего демона, который был абсолютно уверен в своих блоках на истинной
сущности. Присмотревшись, он увидел легкий серебристый ореол на ауре. Пифия**.
Интересно.
– У меня свободно, Видящая. Можешь присесть.
Девушка сделала легкий книксен и совершенно невозмутимо уселась напротив.
– Вашему Младшему скучно? Позволите мне с ним поиграть?
– Зови меня по имени. И мне бы хотелось, чтобы твои знания по-прежнему
оставались при тебе. Мое имя Хар-Эрри. Можно просто Хар или Эр.
– Луна Лавгуд… Эрри. Так можно?
Демон, хмыкнув, отстегнул поводок и позволил Муфасе познакомиться.
Луна тут же заворковала что-то ошарашенному льву. Тот прислушивался, а потом
лизнул девушку в нос. Та весело рассмеялась. Как колокольчик зазвенел. Поезд
загудел еще раз и стронулся с места. Путешествие началось. Коридор то и дело
оглашали веселые вскрики учеников, свидевшихся после каникул.
Не успел экспресс даже пересечь черту Лондона, как дверь в купе снова открылась,
и внутрь чинно вошел, не забыв сморщить аристократический нос, Серебряный Принц
Слизерина, староста школы и просто заноза в… мягком месте Гриффиндора Драко
Люциус Малфой, собственной белобрысой персоной. Крэбб и Гойл неизменными тенями
маячили у него за спиной.
С прошлого года младший Малфой изрядно вытянулся и раздался в плечах. Он был бы
даже симпатичным, но его портили достаточно тонкие и короткие волосы и вечно
недовольное выражение лица.
– Так-так, что тут у нас? Полоумная Лавгуд и какой-то смазливенький красавчик.
Нашла, наконец, себе кавалера, а, Лавгуд?
Луна замерла, как будто ожидая, что ее ударят.
– Я бы не советовал, молодой человек, оскорблять незнакомых вам людей, мало ли
кем они могут в результате оказаться, – заговорил вдруг красивый юноша, иронично
усмехаясь. И даже с места не встал, наглец. В его речи чувствовался еле уловимый
акцент, выдававший иностранца. Об этом же говорила и книга, которую незнакомец
держал в руках.
Мгновенно оценив примерную сумму, на которую тянули камни, одежда и зверь
неизвестной породы, принадлежащие незнакомцу, Малфой решил сменить тактику:
– Так представься, – произнес он надменно и выжидающе сложил руки на груди.
– Насколько мне известно, согласно европейскому этикету первым должен
представляться тот, чей социальный статус ниже. У Вас на пальце я вижу перстень
Наследника. Пусть даже и одного из довольно древних родов Великобритании. Я же –
полноправный лорд, и мой род едва ли менее древний. Так что это я жду
представления и извинений. Передо мной и перед дамой, – спокойно проговорил Эр.
Малфой побледнел. Потом покраснел. Но последствия его вспыльчивости могли быть
самыми плачевными. У этого… выскочки действительно на пальце был перстень с
гербом рода. Рассмотреть подробнее не удалось – мешала книга, которую ЭТОТ
держал в руках. Драко знал, что если он сейчас не поступит по этикету, это
обязательно дойдет до отца. А тот будет ОЧЕНЬ недоволен. Малфои идеальны во
всем. В том числе и в соблюдении традиций волшебного мира.
– Драко Люциус Абрахас Самюэль Малфой*, Наследник Рода, совершеннолетний, –
сквозь зубы процедил Драко, еле сдерживая свой вздорный нрав.
– Очень приятно. Мое имя Вам ничего не скажет. Согласно этикету, я могу и не
представляться. И я по-прежнему жду извинений. Не то, чтобы я не был согласен с
определением «красавчик», – Эр самодовольно усмехнулся, – но мне не понравился
тон, которым это было сказано. Как и те слова, что были адресованы даме.
Малфой покраснел до самой шеи от еле сдерживаемого гнева. Чертов незнакомец был
прав. То, что он не посчитал нужным представиться, означало, что он не
расценивает Драко как ровню. Еще и извиниться заставляет…
– Мой отец… – начал было Драко.
– Сказал бы, что я прав. Люциус известен как раз неукоснительным соблюдением
этикета. Этим Вы явно не в него.
Кто же он такой, этот зеленоглазый, что называет его отца по имени?! Надо
извиниться, пока еще не поздно.
– Прошу простить меня, лорд, за опрометчивые слова, сказанные в Ваш адрес и в
адрес сопровождающей Вас дамы.
– Прощаю. И не советую в дальнейшем поступать столь недальновидно. Малфои
славятся своей осторожностью и расчетливостью. Пусть так остается и дальше.
Будешь шоколадную лягушку? – неожиданно спросил незнакомец, лукаво сверкнув
глазами.
На Драко было жалко смотреть. Послать нахала он не решался – чертов этикет и
кодекс Малфоев. И принять предложение после такого унижения было невозможно.
Поэтому он лишь скривился и, еле сдерживаясь, процедил:
– Прошу простить мою невежливость, сэр, но я вынужден отказаться от такого
щедрого предложения…
– Зови меня Хар-Эрри. Я не держу на тебя зла, – юноша послал Драко белозубую
улыбку, поразившую блондинчика своей искренностью, – питаю надежду, что мы с
тобой найдем общий язык. Тем более, что мне бы хотелось попасть на Слизерин.
Малфой опешил. Это новый студент.
– Вы…
– Да не выкай ты мне, – перебил его Эр, – то, что я чертов лорд, еще не делает
меня столетним стариком. Давай на ты.
– Д-давай, – на мгновение Драко растерялся, но быстро взял себя в руки, – Это,
кстати, Винсент Крэбб и Грегори Гойл, – указал он на громил за своей спиной.
– Привет, ребята, – снова улыбнулся Эрри, – зовите меня по имени. Кстати, для
друзей я Эр или Эрри.
Драко немного расслабился. Похоже, этот странный… лорд не собирается вовлекать
его отца в конфликт. Люциус и так в последнее время какой-то странный. Кинулся