Вань, я не Яга! История попаданки (СИ)
Баба-яга замолчала. Я не сразу осмелилась задать свой следующий вопрос:
— И больше вы с ним не виделись?
— Он как-то приходил. Я тогда уже нашла свою избушку, сделала себе летающую ступу, чтобы меньше ногу нагружать, метелкой обзавелась. Одним словом, свила гнездо. Кощей приказал мне вернуться, дескать, погуляла и хватит, мол, он меня прощает, — Ягиня коварно улыбнулась и закончила, — Его ждал очень горячий прием. Больше являться ко мне он не осмелился.
— Жаль, что вы не смогли простить друг другу обиды, — поделилась я своими чувствами от услышанной истории.
— Жаль ей... — недовольно буркнула бабуся, — Кощея тебе жаль? Он не нуждается в твоей жалости, так как богат и могущественен. И меня не жалей, я свободная и делом любимым занимаюсь!
Я замолчала, понимая, что эти двое не только могут поспорить, кто кого сильнее ненавидит, но и кто кого переупрямит.
— Ладно, нагулялась я. Погнали бегом теперь, — перехватывая поудобнее метлу, скомандовала Ягуся.
— Да вы уже прибежали, красотули мои! — грубо перебил Ягиню визгливый мужской голос, и из-за широкой сосны к нам вышел невысокий, коренастый дядечка в расстегнутой до пупка рубахе и красных шароварах. Круглые щеки и узкий лоб, плавно переходящий в лысый череп с хилым чубом на макушке, делали его похожим на репку, — Как же я давно мечтал отомстить за мой зубик. Ну, Ягиня Берендеевна, готовься к смерти!
— Соловей, и как же ты собрался меня наказывать за действия Кощеева ворона? — усмехнулась Баба-яга, нисколечко не испугавшись.
Да и я, если честно, не восприняла этого смешного человечка всерьез. У него явно был неправильный прикус, из-за выпирающих верхних зубов он был еще и на зайца похож. Репка-заяц! Непонятно только, при чем здесь соловей.
— Как-как? — возмутился разбойник, заметив, что мы не дрожим от страха и не падаем в обмороки, — Ща как свистану, ты и твоя рыжая подружка улетите в облака, а потом шмякнитесь коровьими лепешками на землю, и забудут о вас навсегда.
— Как же ты свистнешь, зуба-то у тебя переднего нет, — потешалась Ягуся над нелепым злодеем. Все-таки эти сказочные тва… создания те еще насмешники!
— Когда это не было?! Сто лет назад. А теперь снова есть! Не одна ты чудеса творить умеешь! Я кузнеца отличного нашел в столице, он мне новый зуб сделал! Золотой! — грязными пальцами задирая верхнюю губу, похвастался Соловей. Мне было хорошо видно, как маняще сияет благородная коронка.
— И давно ты снова в разбойничьем строю? — поинтересовалась Ягиня.
— Так почитай, всего год стажа из-за тебя потерял, — припомнил Соловей.
— Чутка совсем. Может, простишь бабусю. Все ж таки не я первая начала. Это ты в мой дом пришел и права качать начал, — попыталась договориться Ягиня Берендеевна.
На разбойника ее речь впечатления не произвела.
— Ничего не знаю. Ты и твой ворон членовредительством занимались, я из-за вас большие траты понес и моральный ущерб! Можно сказать, последние лет сорок только и мечтал о том, как встречу тебя и отомщу. Все скитался по лесам, даже жениться некогда было! И вот случай нас-таки свел. Прощайся с жизнью!
Ягиня подвинулась ко мне ближе, крепко взяла за руку и шепнула:
— Ничего не бойся. Держись крепче. Метла нас спасет, – и добавила уже громче, — Мил человек, ну раз ты решил нас извести, так хоть последнее желание мое исполни.
Соловей пожал плечами и милостиво позволил:
— Говори!
— Сдуй нас в северном направлении, в той стороне мух меньше. Не хочу, чтобы мои останки эти паразитки оскверняли…
Соловей расхохотался, а вот мне было не до смеха. Просьба Яги показалась мне, мягко говоря, странной. Неужели на нервной почве у старушки крыша протекла?
Пока я затравленно поглядывала на Ягусю, Соловей обошел нас по большой дуге и пояснил:
— Мне без разницы куда дуть, так что исполню я вашу просьбу. Мне несложно, может, и зачтется моя доброта где-нибудь да когда-нибудь.
Только я хотела взмолиться, чтобы Соловей хотя бы меня не сдувал, но не успела. Разбойник набрал в легкие воздуха, да как засвистит. В ушах заложило, и земля ушла из-под ног. Нас с Ягусей закрутила воронка да и разметала по разным сторонам, как ни старалась она удержать мою ладонь. Сама я была на грани обморока, поэтому не до рукопожатий было. Нас крутило и швыряло так, что все вокруг слилось в размытые силуэты. Внезапно ветер стих, на секунду я почувствовала свободу и тут же камнем полетела вниз.
— Ааа! — верещала я.
— Тормози! — верещала Ягуся.
Я видела, как она стремительно летела верхом на метле за мной, но догнать падающую меня у нее не получалось.
— Тормози, дурында! — продолжала орать на меня бабуся, видя, что я ничего не делаю, а лишь таращусь на нее перепуганными глазами.
Так я действительно не понимала, как мне тормозить. Я же не в машине, здесь нет педали тормоза. Я просто падаю!
— Звезда… — донеслось до моего слуха. И мне тут же стало все понятно. Я из комочка-эмбриона тут же превратилась в звезду, раскинув руки и ноги в разные стороны. Но не могу сказать, что мое падение как-то замедлилось. Решила перевернуться и посмотреть далеко ли земля. Я все это время падала лицом вверх. В воздухе без точки опоры, оказалось, переворачиваться не так и просто. Я чувствовала себя жуком, опрокинувшимся на спинку. Но победив потоки воздуха, я это сделала и тут же впечаталась в знакомый пружинистый бочок.
— Что с Ягиней не поделили? За что она тебя так? — тут же в поле моего зрения возник Весельчак.
Я с трудом оторвала лицо от зеленой колючей чешуи.
— Это не я, Горыныч, — откликнулась Ягуся, пристраиваясь рядом со Змеем.
Они полетели медленно и параллельно, мирно беседуя, как будто случайно столкнувшиеся соседи.
— Как дела, Ягуся? — спросил Знайка.
— Как видишь, после встречи с мужем, жива осталась! — откликнулась бабуся.
— И то хлеб, — одобрительно кивнул Ворчун.
Успокоенная этой идеалистической картиной, я нашла в себе силы заговорить:
— Мы Соловья разбойника встретили. Он как свистнет, мы и разлетелись, словно ватные палочки от вентилятора! — чуть не плача, поведала я о наболевшем. У меня от стресса всегда истерика начинается.
— Я половину не понял из твоей речи, — озадаченно признался Знайка.
— Да какая разница, что она лопочет. Она чуть не померла, вот и бредит, — вмешалась Баба-яга, — Главное, что разбойник совсем страх потерял. Мало того что людей честных грабит, так еще и на нас, магических существ нападает. Видать, хочет всех нас извести, чтобы одному в Тридевятом царстве остаться!
Ворчун нахмурился и заявил:
— Мы этого допустить не могем!
Две другие головы синхронно кивнули.
— Давай, рыжуля, слазь, — смешно подергиваясь в воздухе, потребовал Весельчак, — Нам по делам надобно!
— Куда я слезу? — с отчаянием спросила я, — Мы же в небе! А у меня крыльев нет.
— За метлу цепляйся, — подлетая ближе, предложила Ягиня Берендеевна.
Я ухватилась за древко и тут же повисла в воздухе, потому что Змей резко спикировал вниз.
— Ты его к кикиморам на болото закинь. Они будут рады такому мужичку! — крикнула ему вдогонку Ягуся, а сама начала плавно спускаться.
Я держалась из последних сил, крепко зажмурив глаза. Поэтому, когда мои ноги почувствовали что-то твердое, радости моей не было предела. Я распласталась на земле и, плача, принялась ее целовать.
— Какие вы все ж таки попаданки слабонервные, — закатив глаза, усмехнулась Ягуся.
— Будешь тут нервным! — завопила я, подскакивая на ноги, — Меня чуть не убил мужичок-репка! А ты меня даже не попыталась защитить!
— Если бы ты не разевала рот, а держалась за меня, мы бы и без Горыныча спокойно приземлились на месте, — приподняв бровь, спокойно возразила мне Ягиня.
— Что значит на месте? На каком таком месте? — окончательно утратив самообладание, взвизгнула я.