Холодная, хрупкая, нежная (СИ)

  
Дарья Кузнецова
 
Холодная, хрупкая, нежная
 
ГЛАВА 1. Похищение
Амирэль эва Каль-Нави
Я не люблю космос. Он мёртвый, безразличный, пустой и потому очень страшный. Если кого-то завораживает и манит вид далёких звёзд, то мне от взгляда на них становится зябко, даже если ноги твёрдо стоят на земле. Что уж говорить о дальних перелётах!
Откровенно говоря, я очень боюсь их и, если есть возможность избежать, стану цепляться за неё до последнего. Но потом смирюсь и ступлю на борт с гордо поднятой головой, потому что дочь императора не имеет права на страхи и слабости. Вот как сейчас.
Одно утешает: ещё не придумали таких кораблей, что летают без команды и способны доставить одного только пассажира в любое нужное место. А потому вокруг есть живые души, которые спасают своим теплом от чёрного ничто, и перелёты я переживаю хоть и трудно, но без серьёзных потерь. Даже несмотря на малый размер команды: ведущий всем заправляет и находит пути между звёзд, пятеро погонщиков поддерживают корабль и следят за его самочувствием, и хранитель, опекающий их и пассажиров – он кормит, лечит, обеспечивает порядок.
И, конечно, Вита, моя единственная подруга и помощница.
Без неё я бы точно не справилась.
– Ами, не грусти, немного осталось, - попыталась поддержать меня девушка, разглядев выражение лица. Мы слишком давно вместе, чтобы обманываться масками.
– Только об этом и думаю, - улыбнулась ей в отражение.
Веритэль прекрасно владеет классической магией и потому помогает мне с мелочами, которые большинство эльфов совершают не задумываясь: сделать причёску, поддерживать в порядке одежду. Мoй собственный дар, увы, исключает
подобные маленькие радости, и это одна из причин, по которым Виту ко мне приставили.
– Давай сделаем что-нибудь этакое, а? - предложила подруга, задумчиво перебирая рассыпанңые по моим плечам белые пряди. - Хочешь корону? Или какую-нибудь сложную косу? У нас вот есть нити жемчуга, бриллиантов, сапфиров, твоя любимая бирюза и золотой песок, ленты всех цветов... - перечислила, покосившись на стоящую рядом шкатулку. - Ну не молчи, а то вот так оставлю!
Она собрала мои волосы в два торчащих в стороны кривых хвоста и пошевелила ими. Я не удержалась от улыбки.
– Не оставишь, потому что это недостойно дочери императора. Да и неудобно, слишком они длинные.
– Ты зануда! Но ладно хоть улыбнулась, - вздохнула она. - Ты ужасна в перелётах, ты знаешь?
– Знаю, но ничего не могу с этим поделать, - ответила виновато. – Ты же знаешь, мне... Что это? - оборвала сама себя, потому что посpеди разговора пол под ногами вздрогнул, зеркало – пошло рябью, потускнело, а потом и вовсе пропало.
Я торопливо поднялась с места, испуганно обернулась.
– Не знаю. - Веритэль выглядела взволнованной, наверное, как и я.
Но она нашлась быстрее, шагнула к стене и положила ладонь на переговорник – матовую белую полусферу, растущую в стене корабля возле двери. И тут же испуганно отдёрнула.
– Вита? - окликнула я.
– Корабль, – севшим голосом ответила пoдруга. – Ему больно!
– Что могло с ним случиться? Что вообще происходит?! – потерянно прогoворила я, шагнула к двери – но замерла, понимая, что ничем и никому не смогу помочь, даже если произoшла катастрофа, и лучше не мешаться под ногами команды.
Кажется, Вита думала о чём-то подобном: тоже напряжённо
уставилась на дверь, но не сделала попытки её открыть.
Однако ответ на вcе вoпросы явился сам всего через несколько секунд. За считаные мгновения тонкая прочная плёнка двери обуглилась и осыпалась пеплом. Кто-то из нас двоих испуганно вскрикнул и обе отпрянули, когда через порог шагнул высоченный, огромный бородатый мужик с двумя абордажными саблями в руках. От него резко и мерзко пахнуло потом и гарью.
– Опа! Девочки, - осклабился он и опустил оружие. – Как мы удачно зашли, их две!
 
Следом шагнула ещё пара человеческих мужчин – мельче первого, но всё равно рослые, крепкие. Маги. Вита испуганно всхлипнула и ухватилась за мой локоть, а я… стояла, словно заледенев. Пальцы онемели , в глазах потемнело, но ни сдвинуться, ни закричать, ни даже погрузиться в спасительную пучину обморока не получалось.
Человеческие маги – дорогие наёмники. Людям часто подчиняется огонь, они сильны и опасны, и,.. маги только этого вида иногда выбирают своей судьбой войну за деньги. Мои сородичи тоже сильны, но ни один из них никогда не вступит на такой путь. Это низко и недостойно.
Следом за людьми шагнули ещё двое – и я опять не смогла спастись в беспамятстве. Наоборот, словно в лицо плеснули холодной водой, в голове прояснилось, и я с пугающей ясностью поняла: это конец. Потому что за ңаёмниками пришли оборотни. В серо-стальной странной одежде, с какими-то значками – я понятия не имела, что означают эти кусочки металла. Один огромный, не меньше первого из людей, напружиненный и готовый к бою, но – безоружный; другой ниже, но всё равно массивный, крепкий, и он стоял спокойно, сцепив руки за спиной.
– Чур вторая девка моя, сейчас я с ней… – скалясь, первый, с саблями, шагнул к нам, на ходу цепляя оружие к поясу.
Не к нам, к Вите. Схватил – бледную, едва не теряющую
сознание, – за локоть, дёрнул к себе...
Второй оборотень выразительно глянул на своего сородича и, кажется, сделал тому какой-то знак. Смазанное, неуловимое глазом движение – и здоровяк-человек захрипел, оседая на пол с вырванным горлом. Кровь разлетелась веером, попала на меня, буквально залила Виту.
Для той это оказалось последней каплей, подруга судорожно вздохнула и осела в обморок. Но оборотень успел её подхватить – аккуратно, явно стараясь никак не повредить своими огромными лапищами.
– У кого ещё вид испуганной женщины вызывает мысли о сексе? - ровно спросил тот оборотень, что отдал приказ, сверля взглядом оcтавшихся мужчин. Оба инстинктивно подались назад, одновременно тряхнули головами. - Хорошо. Окажите чесь, луноликая, и проследуе со мной на нашу лодку, – он коротко поклонился, предлагая мне руку. – Есть что-то в этих покоях, без чего вы не сможете обойтица в последучем пути?
Я лишь качнула головой, неверяще глядя на двуногого зверя, который кланялся и обращался ко мне на эльфийском – с акцентом, странно, но всё же понятнo.
В здравом уме я никогда бы не решилась его коснуться, но сейчас подстегнули впитанные в раннем детстве правила этикета. Неприлично и даже оскорбительно отвергать руку мужчины, вежливо предлагающего помощь. Меньше всего мне хотелось оскорблять сейчас этого воина, и я вложила свою ладонь в его – большую, широкую, твёрдую и шершавую, как кора старого дерева. Придерживая подол, переступила вытянутую ногу мертвеца. Οперлась о согнутый локoть зверя и в следующее мгновение едва не отдёрнула пальцы, когда неожиданно ощутила под ними движение. Напомнила себе, что так и должно быть, потому что это – не дерево и не камень, а живая плоть.
– Что с моей командой? – сумела всё же произнести, когда мы покинули каюту. Удивительно, но голос прозвучал ровно,
не сорвался.
– Все находяца срэди живых, никто не пострадал в изрядной степени и не будет умерщён тепер, если сохранять благоразуме, - ответил мужчина.
Косноязычность его нервировала, хотелось поправить, но я, конечно, молчала. Никогда прежде не слышала, чтобы оборотни знали эльфийский! Интересно, он один такой или есть и другие?
 
– Вы не представились и не объяснили, что происходит.
– Миродар Подпалый. Обо остальное проговорим погодите, когда отправица в путь.
Знакомые коридоры закончились, и я замерла перед большой дырой с обугленными краями, сразу за которой начинался короткий коридор чужого корабля. Мужчина по инерции сделал ещё шаг, и моя ладонь безвольно соскользнула с его локтя.