Лишних нет. По закону Джа (СИ)
Виной алкоголь, скобы в сердце, сдавленные лёгкие.
Хосоку нужно, чтобы кто-нибудь удержал его и не дал рухнуть. И если он действительно “надежда”, то умереть в руках, похожих на руки Намджуна, не так уж и плохо.
========== 13. magic ==========
Пробуждение часом в сумерки случилось вязкое и затруднительное. Тэхён плохо запомнил предшествующие приключения, но узнал место, где очнулся и без малейших угрызений совести, на волне дурманящего похмелья, отправился в душ, где действовал сообразно с памятью тела, почти механически.
Он нашёл своего спасителя, имя которого очевидно прописывалось по углам квартиры, сидящим на кухне перед ноутбуком. Сто тысяч лет минуло с тех пор, как они могли посмотреть друг другу в глаза без упрёков и подтекстов. И сто тысяч призраков загнившей совести дали Тэхёну под дых.
— Вот уж не думал тебя увидеть, — Тэхён осторожно опустился на стул.
— Неожиданно, в моей-то квартире, правда? — Чонгук вытащил наушники и аккуратно скрутил. Без сарказма не обойдётся, но до крайнего раздражения ещё далеко. — Добро пожаловать обратно спустя восемнадцать часов.
Он считал. Но не от нечего делать. Возможно, волновался. И не обязательно о Тэхёне. Прежний Чонгук вызвал бы у него приступ острого желания пококетничать или свести ситуацию к шутке, миролюбиво рассмеяться. Однако, сейчас дело обстоит иначе. Не смешно до боли.
— Не особенно-то ты и счастлив спустя эти восемнадцать часов… — Тэхён облизнул губы и потянулся к графину с водой, налил полный стакан и жадно осушил. — Как ты меня нашёл, кстати?
— Легко. Обнаружил единственный бар в шаговой доступности от дома, показал бармену твою фотку, тот пояснил, где уборная и что ты оттуда уже как сорок минут не выходил. Выглядел ты отвратно, а за последние коктейли, как оказалось, вообще не заплатил. Ещё мне пришлось ломать дверь и тоже знатно потратиться.
— Выставишь мне счёт.
— Ты передо мной в неоплатном долгу, — резко подчеркнул Чонгук, захлопнул ноутбук и напряженно уставился в пустоту, пролегающую где-то за плечами Тэхёна.
— Оу… Юнги не знает, верно? — просиял Тэ. Шуга бы не позволил своему парню подбирать его и оказывать услугу. — Тогда зачем ты это делаешь?
На несколько минут Чонгук предпочёл заткнуться, перебирая подходящие причины. Выглядит он по-идиотски и условий диктовать не вправе. Вправлять Тэхёну мозги он, конечно, не обязывался, да и не имеет отношения к его проблемам. Но когда-то он поступил с ним не так, как присуще благородным людям и, пожалуй, это даёт стимул поправить карму, извиниться и перед ним, и перед ни в чём не повинным Чимином. Когда Чонгука не было рядом с Юнги, оставались именно они двое, как одно целое.
— Ничего личного, Тэхён.
— Чувствуешь себя виноватым?
— Пятьдесят на пятьдесят.
Ох, чем-то ему это откликнется - лёгкая степень жертвенности. Как минимум, подзатыльником, о максимумах думать пока не хочется.
Невзирая на неловкую паузу, Тэхён добрался до морозильной камеры и по старой памяти достал мешочек со льдом, приложил ко лбу и охнул.
— Добропорядочность так и прёт. Где же она была в тот момент, когда мы трахались? — Тэхён заметил, как Гук сжал челюсти, как побагровели его уши. — Не отвечай. Я просто, к слову. Ты же всегда был няшкой, Гуки. Плохой парень из тебя на троечку, и мы оба это знаем.
— По крайней мере, у меня есть манеры, — фыркнул Чон и чудом удержался от оскорблений.
— Вытащил меня из лужи блевотины и считаешь, что я теперь буду бить поклоны и распинаться в благодарностях? Нет уж, — отложив лёд, Тэхён выпрямился и посерьёзнел. — Область своих проблем я знаю. И то, что Чимин у вас, мне тоже известно наверняка. Хочешь искупить вину? Попросту не суй нос, куда не просят.
Он поднялся, со скрипом двинув стулом, попробовал переступить порог, но вздрогнул от раздавшегося позади мощного хлопка: Чонгук жахнул кулаком по стене.
— Благодарности свои недоделанные можешь придержать. И гонор свой поубавь, хотя бы на правах гребанного гостя в чужом доме. Это не я нахожусь в запое и не у меня отношения скатились к хуям, не мой парень получил растяжение лодыжки и плачет по ночам, уткнувшись в подушку. Спустись, блядь, со своего хрустального трона и посмотри вокруг! Как ты собираешься с этим справиться?! Если бы я не подобрал тебя, то сегодня бы ты уже ебался с тем барменом. Да, Тэхён. Да.
Как в бреду, Тэхён вспомнил, что писал на салфетке свой номер и, возможно, что-то обещал.
— Чимин ради тебя готов со скалы прыгнуть, и я считаю, что он круглый идиот, потому что плевать на себя хотел. А ты мурашки его не стоишь, ну серьёзно. Если он тебе не нужен… — Чонгук подступил ближе. — Уйди, Тэхён. Перестань его мучать, перестань измываться над ним, свали с горизонта.
Простояв в оцепенении, Тэхён нескоро обернулся. Глаза его заволокло слезами. Чонгук накричал на него справедливо и не без оснований, но на трезвую голову воспринимается адово, как проглатывание канцелярских кнопок залпом.
— Не буду извиняться ни за одно своё слово, — Чонгук вернулся к прежнему спокойствию.
Как и тогда: он честен. И только Тэхён чувствует себя подонком.
— Мне стыдно и…
— Я знаю, — осекает Чонгук, хмурясь. — Нападая, ты пытаешься защититься.
— Что мне делать?
— Сначала разберись с вопросом, насколько тебе нужен Чимин. Возможно, ты не нагулялся, не успел попробовать до него столько, сколько он до тебя. Не знаю. Может быть, обидно, вызывает злобу? В любом случае, не вешайся ему мёртвым грузом на шею, пока не поймёшь, что он нужен тебе не только для самоутверждения. Куртку свою с сушилки забери и пиздуй вон, хорошо?
Намеревавшийся и впрямь предложить помощь поначалу, Чонгук к окончанию диалога потерял всякий энтузиазм и проводил Тэхёна на выход. Причиной послужило отношение, поведение и подташнивание от того, что с кем-то подобным Чонгук имел связь, как ему казалось - глубокую. Чести в этом на ноль, поделённое еще на такой же. Тэхён распух от самоуверенности, а на деле оставался пугливым кроликом, не знающим ценности ничему, кроме собственной задницы.
И в довесок к прочему, уже шаркая ногами по тротуару от высотки, Тэ получил сообщение:
«С тебя восемьдесят тысяч вон: за коктейли и взломанный мною сортирный замок». Ниже реквизиты карты.
Взяла оторопь. Тэхён перегнул палку, просто испугался, что его размажет по тамошним стенам, и он тупо разревётся, впав в колоссальную истерику.
***
Слишком жестоко.
Так поступать с Тэхёном. И это вызывает помутнение рассудка, срочное желание разделаться с проблемами старым методом. Не хватает выдержки. Чимин винит себя за это, а временами чувствует прилив счастья: ведь именно такой, идущий навстречу, а не уходящий прочь, он и есть.
— Я такой человек, — заявляет он.
— А я человек-похуй. И ты не поверишь, что я об этом думаю, — Юнги непоколебим, и возражений не следует.
Он слышит нытьё Чимина и благодарит небеса за то, что не может его бить по причине нездоровья, суёт ему таблетку напроксена и помогает удобно лечь, устроиться с комфортом люкс. Он видит себя мамочкой, которая напоследок поцелует малыша на ночь, скрипит зубами по сахару и тут же делает глубокий вдох, кто ещё поможет бедному ребёнку встать на ноги - тот загулявший козёл? Никак нет. Отставить.
— Блин, даже не на каблуках ногу подвернуть… — вздыхает Чимин. — Каким надо быть неудачником?
— Обыкновенным. Вот на шпильках своих ты, по-моему, и по пляжу пройдешь, не споткнувшись. Дело случая, понимаешь ли. Тебе нужно время, чтобы подумать о том, что у тебя в жизни происходит, — Шуга осторожно указал наверх. — Мне кажется, так нужно. Не парься, док сказал, что всё будет хорошо.
Приходящий к ним Чонгук добавляет праздному досугу немало веселья. Они с Юнги до сих пор не делят одну жилплощадь, и Чим удивлён, но с другой стороны, нет ничего прекраснее, чем минутка, когда он застаёт, как они жарко обнимаются. Это что-то невероятное, согревающее и вечное. То, по чему Чимин уже страшно скучает, а потому близок к срыву.