Лишних нет. По закону Джа (СИ)

— Чимин-а… Как твоя нога? — Тэхён спросил первое, что пришло в голову.
— Путём, — ответил без лишних эмоций. Да, поддерживать дружелюбный тон он не обязан. — Что ты хотел?
— Прости меня, Чимин. Я сто тысяч раз обдумывал, что тебе сказать. Я поступал подло, нечестно, я полагался на то, что нам всё по плечу и плевал на наше благополучие, заботился только о собственной шкуре. Я не мог понять, что ты чувствуешь, но.. — он сглотнул. — Я тоже боялся тебя потерять. Боялся и хотел одновременно. Мне не хотелось признавать, что мы похожи. Я считал себя лучше. Ты одобрял даже Хосока, ты делал для меня всё, а я отвечал, как мразь. Прости.
  
— Прощаю.
Тэхён посмотрел с надеждой, что объятия распахнутся для него сию же минуту, но Чимин сделал вежливый кивок и отправился домой.
И только сейчас Тэхён взвесил, как многое он для него значит. Взвесил и промолчал, где-то даже одобряя за преподаваемый урок и наказание. Стойко приняв ответ, Тэ первым же рейсом отправился обратно в Сеул.
***
«Праздник к нам приходит, праздник к нам приходит…»
Даже по радио эта песня, подпеваешь уже на автомате. Жесть.
Жалко напарника, в канун сломавшего ногу, а Юнги теперь тут зашивайся.
Новый год. Подарки, акции, бантики, гирлянды и счастливые лица, Чонгук.
Чонгук полюбовно беседует с девушкой, выбравшей отличный клиторальный массажёр. Машет ей на прощание, а та уже чуть ли не лужей на выход.
Сто-оп.
— Не хочешь отцу помочь? — насупился Юнги.
— Он говорит, что каникулы есть каникулы, поэтому я проведу их с тобой, — улыбнулся Банни, припирая его к стеллажу. — Каждый день.
Просто потрясающе. То есть, на самом деле, но Юнги вредничает.
— Ещё пара таких дамочек, и мне за тазиками в хозяйственный придётся идти, — ворчит он.
— Зато мы повысим уровень продаж, — шепнул Чонгук и проехался языком по изгибу шеи, вызывая у Юнги приток крови по телу. — Это маркетинг, детка.
— Чонгу-ук…
Позади клиенты. Улыбаются скромно и не торопятся прерывать парочку, поглядывая на их сочный мур-мур. В секс-шопе дозволено, а у Юнги стояк, и слегка коснувшийся его коленом Чонгук абсолютно дерзко предоставляет возможность избавиться от него самостоятельно. Потому что кто-то должен быть за главного в торговом зале.
Когда Шуга, согнувшись на унитазе и жалко простонав, справился с задачей в уборной, то вернулся почти счастливым. Если бы среди покупателей не очутилось одно унылое лицо, вставшее почти рядом с Чонгуком, пока тот отпускал кассу. Они с Тэхёном перебрасывались словами.
— Э, алло, башни, — Юнги злодейски растолкал их и втиснулся между, взглянул на Тэхёна. — На праздник, который к нам приходит, ты не шибко похож.
— Привет, хён, — Тэ как будто и впрямь рад его видеть.
Он нашёл, чем их загрузить, а заодно и скрасить досуг. А заодно и очень круто прибавить процент продаж, так что потом начальник его завалит премиями. Чонгука и Тэхёна буквально облепляли что дамочки, что парни, возвращались к ним с друзьями и спрашивали, а не айдолы ли они, случаем, под прикрытием или в рамках какого-нибудь шоу. Замечая Юнги, прятавшегося от посторонних глаз, восторженные толпы катились к нему. Потому что Юнги тоже не пальцем деланный, да и вообще - красавчик.
Тэхён много о чём передумал за эти месяцы и заучил следующее: он не пуп земли, и ему нужно тепло, как любому - одобрение, плюшки в виде объятий и понимание, молчание, оправданное любовью и любовь, оправданная молчанием. Чимин перестал маячить перед глазами, как роковая мадам, и Тэхён стал вспоминать, как было у них уютно и по-домашнему в те часы, когда никому не приходилось выбираться вовне.
Встречать бой курантов собирались у Чонгука (Юнги мечтал опробовать его кровать). Тэхёна всё же позвали: не пропадать же бедняге одному. После национального гимна все прикрыли глаза и подумали о хорошем. Поужинав в тесном кругу, потанцевали под старые песни, и где-то к двум Юнги получил из рук Чонгука кинутый в прихожей телефон.
— Тебе звонили, вроде.
— Да? — Юнги проверил журнал пропущенных. Чимка. — Волшебство, однако.
И так увлечённо отписался сообщением, что Чонгук слегка приревновал.
Тэхёну, выглядевшему прискорбно и ошалевшему от скуки, вдруг на макушку улеглась рука Юнги, сообщившего тоном Йоды:
— На улицу иди, гостя встреть.
Тэхён поднял голову, неуверенно улыбнулся, но затаившийся вопрос проглотил: почувствовал, что всё именно так. Желание приближалось к нему, идя по снежной тропке под сверкающим в свете фонарей снегом. Желание улыбалось, завернутое в пуховик и кивало шапкой с помпоном, а потом ринулось к Тэхёну, прыгнуло на шею. И стало так тепло, чудеса! Тэхён закружил Чимина, а потом обнимал, тискал и целовал его так долго, как будто не видел целую вечность.
— Я так скучал, Чим!
— Я тоже…
…Шуга, любовавшийся сценой воссоединения с балкона, неожиданно почувствовал позади зной, хотя погодка за минус.
— Хён? — Чонгук куснул его за плечо и запустил ладонь под джинсы. — Я хочу тебя прямо сейчас.
Развернувшись, Юнги притянул его за воротник и шепнул в губы:
— Да я даже не собираюсь отпираться.
Поэтому, когда Чимин и Тэхён вошли в квартиру, то в полутёмной гостиной никого не застали. Зато услышали глухие стоны.
— А, понятно, это они меня так встречают, — фыркнул Чим. — Экстравагантно.
Тэхён помог ему раздеться, потом они сели на диван и выпили по бокалу шампанского, обнялись и притихли, выключив телевизор. В квартире оставались только возбужденные голоса - прорезавший тишину стон, шлепок. Раскатистый смех Чонгука: видимо, у них что-то забавное.
…Чимину хотелось обниматься. Просто просидеть так с Тэхёном до утра, снова услышать его сердце. Целоваться с ним, пока не заболят языки. Теперь он уверен, что у них наладилось и даже лучше.
Чонгук прервал, подойдя и схватив мандарин с вазы.
— О, Чимин, салют.
— И тебе.
— Чё вы ржали? — улыбается Тэхён.
— Это довольно интимно, — Чонгук постарался изобразить серьёзность, но не смог, зашёлся беззвучным смехом. — Юнги чихнул и кончил, то есть, одновременно. Я вам ничего не говорил.
Чимин не успел предупредить, приоткрыв рот.
— Упс, блядь! — Юнги, подкравшийся сзади, от души втемяшил Чонгуку пинка. — Ты так обо всём треплешься?! Привет, Чимин-ни.
— Доброй ночи.
— Извини, хён, извини, — Чонгук завалился на кресло, приступ его смеха свёл гневливость Юнги на нет, поэтому он просто сел к нему на колени.
— Да брось, все свои, — понимающе закивал Чим. — У меня тоже такое было.
— И не только такое, — вспомнил Тэхён, заставляя его краснеть.
— Давайте не будем парами престарелых гомиков и оставим секреты секретами, — поморщился Шуга.
Секреты придержали в тайне, душевно заели заминку фруктами, а потом обсудили, как проведут ближайшие пару дней. Возможно, это будет шоппинг, возможно - лыжный курорт или поездка к зимнему морю. И что бы это ни было, оно состоится в дружной компании, прошедшей проверку на прочность.
========== 14. forever young ==========
Два года спустя.
Выспавшись и забив обалденный косячок, Юнги листает инстаграмм и видит фото Намджуна, сидящего в кафе в обнимку с Хосоком, подпись гласила о благодарностях друзьям, посетившим сентябрьский День Рождения одного из них.
И что-то нечеловеческое вырывается из глотки опешившего Юнги. Не то смех, не то плач, не то всё вместе взятое и аккуратно приправленное нервозом. Будто сериал, окончание которого было таким очевидным, преподнёс внезапный сюрприз, перетасовав карточки против законов логики.
В конце концов, он громко и беспощадно смеётся, скатившись с дивана на ковёр, и насторожившийся Чонгук приходит из кухни в фартуке, наклоняется к нему и смотрит, недоумевает и пытается найти ответ на возникший вопрос у Юнги на лице.
  
— Это серьёзно, что ли? — он усаживается рядом, так и держа на весу деревянную лопаточку.
— Если только ты тоже не обдолбался, то да, — Шуга досмеялся до слёз, облокотился о плечо младшего. — Нихуя себе, да?