Насмешка (СИ)
— Покинув замок Ренваль, я отправился к мужчинам рода лаиссы Ренваль. Она приняла в моей судьбе живейшее участие и, будучи потрясен увиденным, я не мог остаться в стороне от судьбы своей спасительницы. Опасения за жизнь благородной лаиссы привели меня под стены ее родового замка, — спокойно ответил Дальвейг. — После разговора с лассом Магинбьорном, мы решили помочь лаиссе Лиаль освободиться от опасного супружества. И единственным решением столь тонкого вопроса стала ваша защита и помощь, государь. Я знаю, что в свете того, что вы узнали, наши слова выглядят превратно, и все же я готов поклясться, что не солгал ни единым словом. К тому же, коли ласс Ренваль так хочет получить отмщения, я готов принять его вызов. Прятаться от своих недругов я не привык. И мне есть, что ответить лассу Ренвалю. Я хочу сразиться за поруганную им честь своей супруги, за навет и позор, который лег на ее род.
— Обвинение в навете лассу Ренвалю бросаю я, — отчеканил Ригн. — Он опозорил наше честное имя, оболгав мою сестру. Лиаль выходила замуж невинной, и я, как мужчина ее рода, готов поклясться в этом.
Король поднялся с трона и спустился вниз, теперь он подошел ближе, с недоумением рассматривая двух молодых мужчин. После перевел взгляд на Ландара, и тот развел руками, с ироничной улыбкой взирая на государя. Валимарский повелитель нахмурился и грозно взглянул на обоих лассов, столь нагло кинувших обвинение королевскому наместнику.
— Молчите все! Итак, что вижу я? Передо мной стоят брат и сестра, известные завидным единодушием с малых лет. Ваша духовная близость могла бы вызвать зависть, ежели бы не стала причиной пересудов, подтверждающих слова ласса Ренваля. Еще я вижу молодого привлекательного мужчину, оказавшегося замешанным во всю эту печальную историю. Безусловно, поступок лаиссы Ренваль похвален, ибо Святые велят нам помогать тем, кто нуждается в защите и помощи. Насколько было разумно приносить в замок постороннего ласса без ведома супруга, это другой вопрос. Судя по словам брата, лаисса, закрытая в замке своим супругом и не имеющая возможность вести прежнюю жизнь, не могла не увлечься таинственным незнакомцем, который к тому же молод и хорош собой. Как и спасенный ею ласс не мог остаться равнодушен к прекрасной спасительнице. Но вот вернулся ласс Ренваль и обнаружил, что в его доме живет мужчина, которому на то дозволение хозяин замка не давал. И учитывая слабость его супруги к мужскому вниманию, Ландар был вправе негодовать. Однако это послужило поводом сунуть нос в чужие семейные дела вам, ласс Дальвейг. Вы отправились к лассу Магинбьорну, извечному наперснику своей сестры, и вместе вы поспешили спасать жену от мужа. Выкрали ее по дороге и поспешили ко мне, чтобы просить расторгнуть сей брак. У меня нет оснований услышать вас, благородные лассы. Брак был заключен по всем законам, наместник имел право посадить жену под замок, как и лишить ее опасного общения с братом. Лаисса Ренваль возвращается к мужу. Что до ваших вызовов, то тут мне неясна суть, ласс Магинбьорн. Вы показали, что потворствуете своей сестре. Вместо того, чтобы надоумить ее вернуться к мужу, вы позволили окрепнуть чувствам между нею и лассом Дальвейгом. Что до вас, ласс Дальвейг, то суть вашего вызова мне неясна тем более. Какое отношение вы имеет к чести лаиссы и ее роду? Что же касаемо до вызова ласса Ренваля, я вижу его справедливость, и коли вы принимаете его, то дозволяю поединок, но с одним условием. Без смертельных ранений. Кто первый достанет противника мечом, тот и прав. Королевское решение принято.
Его Величество развернулся и направился к двери, находившейся на другой стороне залы. Оглушенные его решением Ригн и Лиаль, крепко стиснули друг другу руки, как это всегда бывало в детстве, когда им грозило наказание. Так они поддерживали друг друга, только вот сейчас поддержка не имела смысла. Все, ради чего они столько всего преодолели, рухнуло прахом, потому что в свете всего сказанного прав оказался неправый, и король не услышал их, оправдав все деяния наместника.
Ренваль более не сдерживал своего торжества, он протянул руку и дернул на себя Лиаль, показывая свои права на нее. Гаэрд резко обернулся, смеривая соперника уничтожающим взглядом. «Это еще не конец», — хотелось крикнуть ему, но Дальвейг сдержался, оставив свои планы при себе. Он попытался встретиться со взглядом Лиаль, чтобы напомнить ей о ее клятве, но лаисса смотрела в спину удаляющегося короля. Девушка отчаянно дернулась, вырываясь из рук супруга, и бросилась следом.
— Государь! — закричала она. — Так вы позволите зверю и дальше глумиться над своей добычей? Неужто справедливо за одно неосторожное слово мстить женщине всю ее жизнь?
Король остановился и обернулся к благородной лаиссе, изломив в удивлении бровь.
— Не понимаю, о чем вы, лаисса Ренваль. Решение принято, и вам стоит смириться. Я понимаю, что ласс Дальвейг привлекает вас больше, чем ваш муж. Но ежели бы брак распадался лишь потому, что один из супругов встретил кого-то получше, или же из-за того, что жене не нравились правила, установленные ее мужем, то вся святость союза единения превратилась бы в чепуху. Коли Святые связали вас с лассом Ренвалем, стало быть, такова ваша судьба.
Он вновь развернулся, чтобы уйти, и Лиаль, зажмурившись, выкрикнула то, что столько таила она, и о чем молчали оба молодых ласса, желая вначале использовать иные способы уговорить короля на расторжение нежеланного супружества:
— Я девица!
Государь вновь остановился и обернулся, с недоумением глядя на лаиссу Ренваль.
— Мне показалось, вы сказали…
— Вам не показалось, Ваше Величество, — с горькой усмешкой ответила Лиаль. — Мое девство при мне, и я могу доказать, что невинна. Призовите лекаря, пусть… — она вновь залилась краской, но мотнула головой и закончила, — пусть он смотрит меня. Ежели нет иного способа разорвать ненавистный мне брак, то я готова пройти унизительный осмотр.
Гаэрд тихо выругался, Ригнард скрипнул зубами, а ласс Ренваль на мгновение утратил невозмутимость, правда, быстро справился с собой. То, чего так страстно хотели избежать трое мужчин, стало неизбежным. Женщина, соединившая всех троих, готова была допустить одну из унизительнейших для благородной лаиссы процедур.
— Погодите-погодите, дорогая моя лаисса, — махнул рукой государь. — Вы хотите сказать, что все еще являетесь девственницей? После нескольких месяцев брака?!
— И вопреки навету моего супруга, — твердо ответила девушка, глядя в глаза короля.
— Чистая простыня…
— А какой она могла быть, коли супруг оставил меня в первую ночь в одиночестве? — усмехнулась Лиаль. — Все время нашего супружества, ласс Ренваль прожил со своей наложницей, так и не прикоснувшись ко мне, хвала Святым Защитникам. И я благодарна ему за то, что он оставил мне то единственное доказательство, которое может избавить меня от вспышек ярости этого мужчины. Зовите же лекаря, государь! И скорей покончим с этим.
Она отвернулась, справляясь со слезами, прорвавшимися наружу. Его Величество некоторое время смотрел на затылок благородной лаиссы, после подошел и положил ей руки на плечи. Лиаль вздрогнула, почувствовав прикосновение теплых ладоней государя, и все-таки слезы побежали по ее щекам. Король развернул девушку к себе лицом, заглянул в глаза и тихо спросил:
— Вы, действительно, готовы открыться лекарю и обнародовать его слова, дитя мое? Учтите, ежели лекарь скажет, что вы утратили девство — это только усугубит то положение, в котором вы оказались.
— Я готова, Ваше Величество. Я прошла через столько унижений с тех пор, как в моей жизни появился Ландар Ренваль, что еще одно уже ничего не изменит, — прошептала Лиаль, слабо улыбнувшись. — Пусть меня осмотрят. Это смоет позор с имени моего рода. Ежели путь к счастью лежит через боль и страдания, то мне до него остался всего один шаг, и я хочу сделать его. — И закончила твердо и громко. — Зовите лекаря, государь.
— Покоряюсь, — кивнул самодержец.
Вскоре прибыл королевский лекарь. Выслушав приказ короля, пожилой мужчина поклонился и указал лаиссе следовать за ним. Лиаль обернулась, теперь глядя только на Гаэрда, и губы ее сложились в короткое: