Ребенок для Азата (СИ)

Я ужесточал требования к Наире, даже не думая, как именно это выглядит со стороны… Да плевать мне было, как это выглядит! Мне нужна была месть! Мне нужна была она в моей постели! На какое-то время.
И я искренне считал, что Наира сдастся, причем, быстро. Огромное количество выматывающей работы, той самой, которую она могла бы и не делать… А просто согласиться на мое предложение. Щедрое! Очень щедрое предложение, учитывая ее предательство.
  
В бреду злобы я искренне считал, что она должна быть благодарна мне за такое! Что она уже все поняла, поняла, какую ошибку допустила, сбежав от меня!
Я же выяснил, на какие средства она живет, и одно это вызвало смех. Живя со мной, она бы тратила столько в день! В час!
Наверняка уже подумала, наверняка приняла правильное решение…
Наивный глупец!
Эта упрямая женщина даже не думала делать шагов мне навстречу!
Наоборот, с упорством ослицы шла в другую сторону, послушно выполняя все, что от нее требовалось! И выполняя хорошо!
Вагиз признавался, что ее проект очень даже жизнеспособен, что она учла многие вещи, касающиеся не только особенностей работы в нашей сфере, но и даже особенности разницы менталитетов! И умудрилась за такой короткий срок создать довольно гармоничную схему обучающего процесса в компании и слияния филиалов! Вагиз отметил, что, если б ему со стороны кто-то такой проект предоставил, он бы, во-первых, решил, что автор — мужчина, слишком уж все лаконично и грамотно, а, во-вторых, обязательно бы предложил автору оффер.
Я никак не прокомментировал его восторги, они в тот момент вызвали только раздражение. Хитрая русалка умудрилась изящно выскользнуть из расставленной ловушки… Ничего, прижмем качественней.
Я планировал давить по всем фронтам, но… Но все летело к шайтану за пазуху, стоило ей оказаться рядом со мной… Наира до сих пор имела на меня невероятное влияние, мне хотелось ее, просто хотелось, как мужчине хочется свою женщину. До дрожи, до судорожно сжатых кулаков, до неконтролируемых действий.
Я просто не мог оставаться холодным и равнодушным рядом с ней! Никогда не мог!
И все мои сети, все ловушки становились смешными и пошлыми. Я сам ломал свою игру, то холодно отчитывая ее, а в следующее мгновение жарко предлагая ей всего себя. Дом, свое внимание, свои деньги. Все, что захочет. Все.
А она… Отвергала. Презрительно кривила губки, смотрела прямо в глаза, неуступчиво отходила в сторону…
И я сходил с ума от этой, совершенно новой, незнакомой мне Наиры! И сейчас мне кажется, что схожу с ума сильнее, чем в тот первый раз, когда увидел ее…
Тогда это было словно краткий солнечный луч: ослепительно и будоражаще. А сейчас… Сейчас это асфальтовый каток. Он наезжает на меня и не остановить… Скоро втопчет в асфальт, раскатает… И я сдамся, предложу этой изменщице… То, чего она, наверняка, добивается. Узаконивания отношений здесь, в защищенной всеми правами женщин Европе. И честно: иногда я об этом думаю! И думаю, что, возможно, это вариант… А потом ловлю себя на этой слабости и бешусь!
Потому что нельзя прощать такое, нельзя прощать предательство женщине, какой бы сладкой она ни была! Это — потеря себя, как мужчины!
Но как хочется… Иногда…
Корпоративное мероприятие, предложенное Вагизом, пришлось очень кстати.
Я остыл немного, посмотрел на ситуацию со стороны, подивился своей слабости… И принялся опять придерживаться своего плана.
Наира, может быть, и идеальный организатор, в чем я сильно сомневаюсь, но в таких вещах всегда найдется, к чему придраться… И за что лишить организатора премиальных, дотаций и прочего, чего можно лишить сотрудника здесь, в просвещенной Европе.
А потом, дело уже пойдет проще. Много обязанностей, мало денег… Устранить ее мужа, который вообще не муж, а не пойми что. И все. Она никуда от меня не денется. Моя будет. Ровно настолько, чтоб я мог в полной мере утолить свой дикий голод по ней, насытиться.
И оставить ее, уже без ощущения, что кусок из сердца вырван.
Нет, я не собирался ее обижать, не хотел унижать… Просто хотел забрать себе, без обязательств, на то время, которое мне необходимо.
Я в своем праве, в конце концов, что тут странного?
Но вот сейчас… Сейчас она так близко… И я опять схожу с ума от нежности.
Ее профиль, красивый, гордый, пухлые губки. Она закусывает нижнюю, сжимает ее белыми ровными зубками.
Волосы в аккуратной прическе… Локон выбивается, и хочется его потрогать… А еще лучше — зарыться пальцами в волосы, растрепать… И придержать за подбородок, чтоб не вырвалась, заглянуть в черные, чарующие глаза, не глаза, очи с поволокой, как у самых роскошных гаремных красавиц…
А потом… Потом прикоснуться к этим сладким губам и отключить, наконец, голову… Окунуться в мое чистое, незамутненное счастье годовой давности, когда у меня было все, чего хотел: женщина, на которую невозможно насмотреться, любовь, которую нельзя объять…
— Нет… Азат… Нет…
Одурманенный, я не сразу понимаю, что мои фантазии — это вообще не фантазии! Я и в самом деле держу Наиру за подбородок и наклоняюсь за поцелуем…
А она… Она жалко и судорожно цепляется за мое железное запястье, упирает ладонь в мою грудь и шепчет, мучительно кривя губы:
— Нет, нет, нет…
Моргаю удивленно, осознавая наше положение, а затем с раздраженным рычанием отпускаю и отсаживаюсь как можно дальше!
Шайтан, а не женщина! Надо же, как меня с ума свела! Совершенно не помню, когда сел ближе, когда руки протянул… Помрачение какое-то!
Как ее наказывать, если хочется только простить?
  
Глава 28
 
Я все еще прихожу в себя от случившегося в машине только что… Верней, почти случившегося…
Отшатнувшись к двери, упорно смотрю слепыми глазами в окно, пытаясь угомонить дыхание и привести себя в порядок. Хотя бы мысленно.
Получается плохо, в голове до сих пор бьет набатом кровь, бурлит по венам, и мне кажется, я ее ток слышу. И Азат тоже слышит. И тоже все у него бурлит.
Мы рядом — словно два ядерных снаряда с активными боеголовками… Кого-то рванет первым… И весь мир разлетится.
Зачем он меня везет куда-то? И куда? В такое место, где нам можно будет взрываться… без ограничений?
Я должна пугаться этой мысли, должна… Но нахождение в замкнутом пространстве с ним, моим первым и единственным мужчиной, действует разрушающе…
Еще недавно готовая дорого продавать свою честь, бороться за себя в прямом смысле этого слова, сейчас, спустя совсем немного времени и одну очень неоднозначную ситуацию, я понимаю, насколько слаба. Перед ним…
Но, Всевышний, как тут быть сильной?
Он так смотрит… Он… Он безумный просто! И взгляд его черный жжет! Все внутри выжигает!
Зачем он так… Смотрит? Словно я — очень важна, словно я — единственная ценность… Зачем он смотрит так, словно не было этого года, не было его предательства… Не прямого, но предательства. Очевидного для меня и, как я теперь понимаю, не очевидного для него…
Зачем возвращает меня в мое счастливое прошлое, когда все казалось таким сладким, таким правильным?
Ведь я готова была смириться, я любила его! И готова была на все его условия! На все!
Еще недавно мечтающая об учебе, своей практике и свободной жизни в Европе, я переменила свои мечты, в угоду ему! Потому что он хотел! И потому что я хотела быть с ним!
Счастливая и глупая, я и не думала, что меня ждет. Что подстерегает…
Я закрываю глаза, не желая видеть мелькающие здания города, и начинаю вспоминать тот ужасный день, когда все переменилось.
  
Мне нужно воскресить его в памяти по кусочкам, просто для того, чтоб опять обрести былую силу. Для того, чтоб вспомнить, кто я на самом деле.
И не потеряться больше под его чарующим, диким взглядом. Он не мой муж, не тот, кого я любила. Он — Зверь, непредсказуемый и опасный.
В голове мелькают смутные образы, потому что весь этот год я старательно избегала воспоминаний. А теперь, наоборот, вызываю их. Погружаюсь…