Малышка на побегушках (СИ)

Пузатик усмехнулся, довольный моей реакцией и отстал.
— Ну ладно, как скажешь, я никого не собираюсь удерживать силой. И вообще уважаю людей, которые стремятся к знаниям, — подмигнул мне и отправился к своей машине. На этом и договорились.
Алефаров уехал, а я шустрой рысью понеслась домой. Слишком много сегодня случилось событий, которые одновременно напрягали и помогали отвлечься от страданий по Кристиану. Мне нужна была тишина и возможность подумать над происходящим. И осознать в полной мере, на какой геморрой я снова подписалась.
От лица Кристиана
Вокруг одни криворукие, никакого толка от персонала. За что я им плачу?! Я до хруста корпуса сжал телефон, находящийся в руке. Как они мне все надоели!
— Я что непонятно сказал, уволить бухгалтера, если она не умеет считать! И всю недостачу вычесть из зарплаты! — Проорал я, чувствуя, как к лицу приливает кровь.
Последнее время меня все раздражает, особенно люди, которые не могут справиться с элементарными задачами. Потому что я не перед кем не ставлю невыполнимых целей.
— И что, если отчет исправлен, это не отменяет присланных штрафов! — Еще больше вскипел я, чувствуя непреодолимое желание кого-то убить. — Я все сказал! Сделаешь и отчитаешься, — заявил безапелляционно и вырубил телефон.
Жизнь как рулон туалетной бумаги: вроде длинная, а расходуется на всякое говно. Проворчал я себе под нос и, прикрыв глаза, выдохнул. Что-то устал я за эти дни воевать с идиотами.
Оглядевшись по сторонам, я нашел глазами графин с виски. От плохого настроения надо избавляться плохим поведением. Я плеснул себе в граненый стакан золотистую жидкость, побалтывал немного, наблюдая, как играет янтарем крепкий напиток, и залпом опрокинул в себя. Вернув в бар тару, уселся на диван, рядом с Мелиссой, которая пила обеденный чай. Пока мы с отцом разгребали проблемы с винодельнями, я оставался в отчем доме.
— Сынок, что с тобой? В последнее время ты очень раздражительный? У тебя все хорошо? — Мать хотела обнять меня за плечи, но видимо мой слишком грозный вид отпугнул ее, и она не решилась до меня коснуться.
Я удивленно глянул на Мелиссу и попытался улыбнуться, правда, вышло как-то криво, неправдоподобно, похоже на оскал. Поэтому я перестал корчить из себя расслабленного идиота и просто отмахнулся, не желая обсуждать эту тему.
— Завал на работе, пытаюсь разгрести, не переживай, — снова подхватил телефон, чтобы выйти на террасу и набрать Макса. У нас сегодня было намечено несколько важных встреч, но мать меня остановила. Опустив некрупную ухоженную ладонь на мое запястье, многозначительно посмотрела, давая понять, что разговор еще не закончен и ответ ее не устраивает.
— Если все время работать и никогда не отдыхать, можно стать самым богатым человеком на кладбище, — она с намеком поиграла бровями и хитро мне улыбнулась, а я закатил глаза: прямо шутница от б-га! — А еще ты в последнее время слишком много пьешь, — покивала она, не отпуская моей руки. — И это плохо влияет на твое настроение, не говоря уже о здоровье, — обеспокоенно посмотрела на меня, а я тоже решил отшутиться:
— Если ты не можешь утопить своё горе в водке, то это говно, а не горе, — получилось как-то не в тему, но Мелисса не подала вида. Грустно улыбнулась и вздохнула.
Ладно, шутник из меня сейчас не особо удачный. Признался сам себе, но это поправимо. И тут Мелисса меня огорошила:
— Если ты скучаешь по Олесе, то привези ее сюда. Мы с отцом не против. Поживете пока у нас, а потом решите, где хотите остановиться. Она нам понравилась, хорошая девочка и на тебя с такой нежностью смотрит, что сердце радуется…
— Ты это о чем? — Перебил я ее, недоуменно глянув на мачеху. — При чем здесь Одуван, мы о ней даже не говорили? — Озадаченно свел брови, а Мелисса, пододвинувшись ближе, понизила тон практически до полушепота.

— Да ладно, Крис, хватит прикидываться, я тебя с детства знаю. Ты никогда особо не церемонился с девочками. А она другое дело. Ты кроме нее никого не видишь. Не отрываешься от нее ни на минуту. Реагируешь на все, что она делает и говорит. Постоянно ее касаешься. Это ведь непросто так. Разве ты не понимаешь? — Воодушевленно заглянула мне в глаза, а я скрестил на груди руки и нахмурился.
 
И откуда в женской голове столько романтичного бреда? Мать у меня еще та фантазерка, сама выдумала, сама поверила и остальных убедила!
— Ничего подобного, — огрызнулся я, чувствуя, как гнев снова поднимается волнами. — У нас с Олесией все закончилось, так что не придумывай, — хотел подняться с дивана, не желая больше обсуждать эту тему, но хрупкая рука Мелиссы удержала меня на месте.
— Кристиан, — задумчиво нахмурила она тонкие ухоженные брови, — послушай меня, — погладила по кисти и отпустила. — Настоящие чувства не приходят просто так. Это подарок свыше, благословение б-га. От них нельзя отказываться, ведь это может стать роковой ошибкой. Я знаю, ты зол на свою мать, за то, что она переехала в другую страну, лишив вас с братом своей любви и заботы. Но ее ошибки не должны отравлять твою личную жизнь, — покачала головой, а у меня глаза на лоб полезли. Причем тут моя мать? — Ты боишься своих чувств, боишься, что тебя снова придадут, оттолкнут, отодвинут и уйдут. Но надо быть смелее и отважнее, чтобы принять великий дар и человека, готового подарить тебе себя и принять тебя таким, какой ты есть, — она посмотрела на меня с таким сочувствием и в тоже время надеждой, что я не выдержал, хмыкнул и отвернулся.
У меня было такое ощущение, что сейчас задымятся мозги. Что она несет?! Бред несусветный! Как связана Олеся и моя мать? Да никак!
— Мелисса, я же сказал, что мы с Олесей расстались и находимся в разных странах. И вообще, я никогда ее всерьез не рассматривал. У нас разный менталитет, она не знает французского языка и учится в университете в России, — тут даже я понял, что собираю все подряд и несу какой-то бред. Но сознаваться в этом не желал, наоборот, состроил максимально серьезное лицо, чтобы она испугалась и отстала.
— Разве это проблема? — Развернувшись ко мне лицом, эмоционально выплеснула мачеха. — Когда тебя останавливало расстояние или менталитет?
И тут она запнулась, вытаращив на меня глаза, да еще прикрыла рот рукой.
— Только не говори, что ты весь этот бред успел сказать ей! Крис, но разве это по-мужски!..
Благо в этот момент у меня в руке зазвонил телефон и я, схватившись за него, как за спасательный круг, ответил абоненту и вылетел за дверь. Но осадок на душе остался неприятный.

  
Глава 24. От лица Олеси и Кристиана
 
От лица Олеси
С рассеянным видом я собиралась на банкет Алефарова. Наряжаться не хотелось, чтобы еще больше не привлекать к себе внимание опасных людей. А их там должно было быть не мало. Но и выглядеть оборванкой на празднике жизни богатых и знаменитых не хотелось, все-таки я женщина.
От джинсов и футболки я отказалась сразу — не вариант. Поэтому выбирала из двух комплектов: элегантного черного комбинезона и голубого костюма с брюками. И не знала, что одеть, все казалось бесцветным и неприглядным, как мое настроение, которое не менялось уже больше недели.
Я откинулась на кровати и снова закрыла глаза. Проспав всю ночь, я все равно чувствовала невероятную усталость и апатию. Постоянно хотелось отключить окружающий мир, чтобы мысли не травили и так загнанную душу.
Для выступления я выбрала несколько песен на французском языке певицы Indila, и пусть они были не совсем в тему мероприятия, зато полностью отражали мое нынешнее болезненное состояние. А Алефаров, ничего потерпит, раз пригласил. Решила я.
 
— Олеся, можно войти? — За дверью раздался мамин голос, а я приняла вертикальное положение, одернула шорты и потёрла еще не накрашенные глаза, чтобы выглядеть немного бодрее.
— Да, входи, — крикнула в ответ, сдвинув вещи на край.
О том, что я собралась выступить на банкете чиновника, родители не знали, и я бережно хранила тайну, чтобы они не волновались.