Норби и Старейшая Драконица. Норби и придворный шут

Он попал в место, где раньше никогда не был. Он не мог ясно видеть, что его окружает, хотя осознавал присутствие неких сущностей, от плотных и массивных до почти эфирных, окрашенных в самые невероятные цвета. Другие органы чувств тоже снабжали его информацией, но ее было невозможно выразить словами.
Он ощупью искал путь через микровселенную, в которой теперь обитал. С каждым шагом он как будто обретал дополнительные чувства, позволявшие ему ощущать себя за пределами обычной реальности.
  
Реальности? Реального мира Джефферсона Уэллса, обычного человека, занимавшего по размеру примерно среднее положение между звездой и атомом? Возможно ли, что это положение позволяет людям изучать как атомы, так и звезды?
Или реальность, в самом деле, является Единым Полем? И что такое Единое Поле — основа Вселенной? Субатомного измерения? Или это одно и то же?
Юноша перестал думать и погрузился в ощущения.
— Джефф! — Норби тряс его за плечо. — Пора заканчивать!
— Со мной все в порядке. Подключайся к компьютеру, это потрясающая игра.
— Я могу воспринимать твои чувства, просто прикасаясь к тебе. Кажется, ты находишься далеко за уровнем атомов — возможно, даже за уровнем кварков, бозонов и лептонов, из которых состоит Вселенная. Эта мешанина энергетических форм и вероятностных полей, непредсказуемых для нас…
— …и прекрасных. Возникает впечатление, что они предсказуемы, хотя мы не знаем, как этого достигнуть. Игра позволяет погружаться во все формы энергии. Это словно танец с непонятным для нас значением. Может быть, это танец частиц? Или частицы на самом деле — всего лишь танец вероятностей? Я схожу с ума, Норби? Я становлюсь похожим на адмирала?
— Ты возбужден и, думаю, можешь пристраститься к этой игре. — Норби повернул голову Джеффа к себе и заглянул ему в глаза. — Но ты не выглядишь одурманенным, как адмирал, и не болтаешь о переменах.
— Здесь кто-то есть! — воскликнул Джефф, отключившись от компьютера.
Блауф стояла рядом с ним и мягко похлопывала его щупальцем по ноге.
— Странно, — сказала она. — Я пыталась привлечь ваше внимание и обнаружила, что попала в игру «Крошечное Путешествие» вместе с тобой и Норби.
— Это потому, что мы с Джеффом телепаты… То есть я настоящий телепат, а он может обмениваться мыслями при физическом контакте.
— В чем дело, Блауф? — спросил юноша.
Маленькие голубые глазки джилотки часто помаргивали, словно она была готова расплакаться.
— Ваш прекрасный адмирал не стал меня слушать. Он зевал, когда я пыталась поведать ему о наших заботах, а теперь заснул.
— Это совсем не похоже на Йоно, — заметил Норби. — Игра дурно повлияла на него.
— Я пробовала играть в «Крошечное Путешествие». Моряк с одного из торговых судов, приплывающих к нам для торговли, подарил нам несколько комплектов.
— Но как же вы играете? — спросил Джефф. — Нам говорили, что между островами и континентом нет электрической связи.
— Наши головизионные сигналы подаются со спутников, — пояснила Блауф. — Но я пыталась объяснить адмиралу, что, по-моему, континент и остров Диколесье, в самом деле, связаны электрическим кабелем. Джилоты-ныряльщики обнаружили глубоководную линию, распространяющую зловещие вибрации между Диколесьем и континентом. Эта линия пересекает некоторые из наших лучших ракушечных садов. Мы не знаем, опасно ли это.
Норби вернулся к приборной панели корабля и поставил его на автопилот.
— Я так и не смог установить контакт с Перой, — сказал он. — Что ж, тогда попробуем узнать, что это за глубоководная линия, о которой говорит Блауф.
«Гордость» развернулась и поднялась над линиями воздушного движения, а затем устремилась к побережью в нескольких милях от иззианской столицы. Робот вел корабль по широкой дуге от побережья к Диколесью — зеленому овалу на фоне изумрудно-синего океана.
— Ты права, Блауф, — сказал он через несколько минут. — Здесь присутствуют вибрации двух типов. Одна едва ощутимая: это естественная вибрация океанического дна. Другая, мощная и постоянная, от передачи электроэнергии. Диколесье в самом деле соединено с континентом подводным кабелем!
  
Глава восьмая
 
ДИКОЛЕСЬЕ
 
— Там, внизу, есть что-то недоброе, — пробормотала Блауф. — Что вы собираетесь предпринять?
— Во-первых, мы с Джеффом и адмиралом всего лишь гости, ищущие пропавшего робота, — сказал Норби. — Тебе следовало обратиться с жалобой к королеве Изза.
— Я видела ее по головизору. Она пугает меня.
— А во-вторых, электричество вовсе не обязательно таит в себе зло. Вот я, например, — робот с гордостью похлопал ладонью по своему серебристому бочонку, — я функционирую электронным способом ко всеобщему удовлетворению.
— Но люди-иззианцы, похоже, испытывают значительные трудности со своей высокотехнологической цивилизацией, — заметила Блауф. — Использование механизмов — даже тебя, Норби, — может привести к ужасным последствиям. Лучше бы людям вернуться к простой жизни: рыбалке, фермерству и разумному почитанию Порядка и Величия Претворения.
Джефф улыбнулся:
— Скажи мне, Блауф, джилоты, в самом деле, готовы отказаться от головидения? Ведь оно зависит от развитой технологии.
Маленькая джилотка немного помолчала, плотно обмотав щупальца вокруг синего тела. Ее глазки на стебельках полностью втянулись в голову. Наконец она глубоко, с присвистом вздохнула:
— Я понимаю. Наверное, это нехорошо, но мы, в самом деле, получаем огромное удовольствие от передач головидения. Многим из нас нравится придворный шут, хотя его волосы кажутся мне чересчур длинными. Единственный человек, чья внешность приводит меня в восторг, — это ваш адмирал. Но что с ним стряслось?
— Он поиграл в «Крошечное Путешествие» на ярмарке, — ответил Джефф. — И с тех пор ведет себя словно зомби.
— Кто-кто?
— Я хочу сказать, он ведет себя так, словно чем-то одурманен и спит на ходу. Как и многие иззианцы, которых мы встречали, он может думать только о переменах.
— Ты тоже играл в «Крошечное Путешествие», — заметила Блауф. — С тобой было по-другому?
— Да, с Джеффом все в порядке, — сказал Норби. — Иначе я бы сразу заметил неладное.
— Нужно узнать, что там за вибрации внизу, — задумчиво произнес юноша. — Но не стоит ли нам сначала отвезти тебя домой, Блауф? Я с удовольствием взглянул бы на твой остров.
— Сожалею, но наши острова закрыты для чужаков. В иззианских легендах говорится, что Другие ограничили область расселения людей главным континентом и Диколесьем. Люди послушались их. Они поддерживают свою популяцию на таком уровне, при котором им не нужно колонизировать наши острова. Мы жили в мире и гармонии, пока не узнали об игре «Хитрые Шарики», но, слава Порядку Претворения, с этим кощунством покончено. Однако, как вождь джилотов, я обязана выяснить, опасны ли для нас эти новые вибрации из Диколесья. Я хочу отправиться с вами.
— Тогда мы спускаемся, — заключил Норби.
Пока «Гордость» шла на посадку, Джефф воспрял духом. Остров Диколесье был необычайно красив. Зеленое пространство посреди бескрайних вод океана вскоре распалось на отдельные холмы, покрытые густым лесом и окруженные пляжами с золотистым песком.
Большая посадочная площадка была пуста. Блауф сказала, что туристы очень редко появляются в Диколесье, когда приходит знаменитая ярмарка игр и игрушек.
  
Норби совершил мягкую посадку. Тем временем адмирал немного пришел в себя и, по-видимому, заметил, что двигатели корабля замолчали. Он проснулся и вошел в рубку.
— Здравствуйте, адмирал, — нервно произнес Джефф, опасаясь, что Йоно будет раздражен их самовольным решением изменить курс. — Это Диколесье. Мы собираемся навестить отца Гаруса, местного егеря и смотрителя.
— Отлично. — Йоно зевнул, глядя на смотровой экран. — Красивое местечко. Здесь хорошо ждать перемен.