Норби и Старейшая Драконица. Норби и придворный шут
Робот-охранник выстрелил. Вселенная завертелась волчком и начала отдаляться от кадета, оставив его в темном, пустом месте.
Глава одиннадцатая
НОРБИ ПРОПАЛ!
— Джефф, проснись же! Вставай!
Юноша приоткрыл один глаз и обнаружил, что на него смотрит другой глаз: маленький, ярко-голубой, окруженный бахромчатыми ресничками, но какой-то бестелесный.
— Блауф… — прошептал он. — Что случилось?
Глаз джилотки, выпущенный на стебельке, втянулся обратно, и теперь на Джеффа смотрело кольцо голубых глазок.
— Один охранник выстрелил в тебя из станнера. Другой поместил Норби в свою внутреннюю камеру, а потом оба ушли, заперев за собой дверь в коридор.
Джефф сел и застонал. Ему казалось, будто его голова наполнена гравием.
— Мы в ловушке, — мрачно произнес он. — Лишь Норби может проникать в запертые комнаты и выходить наружу через гиперпространство.
— Дверь, ведущая в тоннель за Главным Мозгом №1, открыта с этой стороны. Я предлагаю заглянуть туда и попробовать найти выход.
— Думаю, нам лучше подождать здесь. Роботы-охранники могут вернуться вместе с Норби.
Щупальца Блауф печально обвисли.
— Но меня мучит жажда, а здесь нечего пить. Мы, джилоты, можем употреблять пресную воду, но для настоящей жизнедеятельности нам требуется морская вода. Мы впитываем ее и очищаемся ею. В морской воде мы славим Порядок и Величие Претворения…
— О'кей. Попробуем добраться до другого конца тоннеля.
Усевшись в монокар, они быстро проехали по тоннелю, но дверь с другой стороны по-прежнему оставалась запертой.
— Давай вернемся к Главному Мозгу №1, — предложил Джефф, охваченный неожиданным приступом клаустрофобии. Тусклый тоннель казался ему мрачной клеткой, заключившей их под километрами горной породы и воды.
— Послушай, твои глаза зафиксированы в передней части головы и все время смотрят в одном направлении. Мои же на стебельках могут одновременно смотреть в нескольких направлениях.
— Да, Блауф. — Юноше хотелось кричать, но он старался сохранять выдержку. Он поспешил вернуться к монокару, пока отчаяние не охватило его с новой силой.
— Так вот: мой стебелек, который смотрит вверх, видит маленький люк в потолке тоннеля. Наверное, ты сможешь дотянуться до него, если встанешь на крышу монокара.
Джилотка оказалась права. В потолке действительно виднелась круглая металлическая пластина с ручкой посередине.
— А вдруг тоннель наполнится водой после того, как ты откроешь люк? Разумеется, я могу дышать в воде, но, боюсь, тебе придется нелегко.
— Если люк работает так, как я думаю, то тоннель не затопит. Видишь ли, Блауф, это воздушный шлюз, какими пользуются на космических кораблях. По крайней мере, я очень на это надеюсь. Я выпущу тебя, и если ты сможешь доплыть до своего острова, то будешь спасена.
— Если ты задержишь дыхание на несколько минут, я вытащу тебя на поверхность. Мы должны бежать отсюда вдвоем.
Джефф с тоской оглянулся на тоннель, ведущий к континенту. Казалось, безопаснее будет вернуться к Главному Мозгу №1, но он понимал, что это не так. Если роботы-охранники не придут за ними, то вскоре они умрут от жажды.
Юноша влез на крышу монокара и дотянулся до ручки люка. Хотя дверца воздушного шлюза выглядела невероятно старой и открылась с жутким скрипом, внутри было чисто и прохладно. Наверное, шлюзом не пользовались с тех пор, как Другие установили его — без сомнения, в качестве аварийного выхода.
— Когда я открою внешний люк, вода заполнит шлюз, — объяснил Джефф. — Мы должны подождать, пока он наполнится, а потом выплывем наружу.
— Держись за мое самое большое щупальце. И берегись моих ног, когда мы поплывем!
Озадаченный последним замечанием Блауф, кадет опустил джилотку на пол шлюза и взялся за ее щупальце левой рукой, а правой ухватился за ручку внешнего люка. Сперва ему показалось, что замок заржавел, так как люк не поддавался его усилиям.
— Может быть, тебе нужно толкать вбок?
— Мне кажется, люк чем-то заблокирован.
— Подожди. — Кончики остальных щупалец Блауф быстро обследовали стену. — Здесь есть углубление. Сейчас я нажму…
Люк неожиданно скользнул в сторону, и в воздушный шлюз хлынула морская вода. Охваченный паникой, Джефф попытался выплыть наружу, но путь ему преградил колпак из проволочной сетки, закрывавший небольшое пространство над люком. Юноша застрял на полпути из наполненного водой воздушного шлюза и невольно спрашивал себя: что будет лучше — захлебнуться или оказаться разрезанным пополам, когда люк снова закроется.
Блауф тоже попала под проволочный колпак. Джефф цеплялся за ее щупальце, остро ощущая нехватку кислорода в легких. Перевернувшись вверх ногами, джилотка раскинула щупальца и вцепилась ими в края внешнего люка.
— Бу-у-ум! — Она издала звук, похожий на приглушенный выстрел из пушки. Ее тело сжалось, а затем распрямилось как пружина, она ударила ногами в проволочную сетку. Проволока порвалась. Блауф развернулась и потащила кадета за собой.
Джефф забыл предупредить ее, что у человека, быстро поднимающегося на поверхность, может развиться кессонная болезнь, но, к счастью, они оказались неподалеку от побережья острова Диколесье, где глубина не превышала десяти метров.
Жадно хватая ртом свежий воздух, юноша жмурился в лучах вечернего солнца, пока Блауф тащила его к берегу на буксире. Когда его ноги нащупали песчаное дно, он взял джилотку на руки и пошел сам.
— Спасибо большое. Ты спасла нас. Теперь нужно поскорее вернуться на корабль: адмирал не в себе от «Крошечного Путешествия», и мы не можем доверять егерю Оррану. Он не только отец Гаруса, но и потомок королевского рода и может знать о заговоре против королевы.
— Это хорошая идея, но нас уже опередили.
Обернувшись к роще деревьев за пляжем, Джефф увидел Оррана со станнером в руке. Узнав приплывших, егерь опустил оружие.
— Здравствуйте еще раз, — добродушно произнес он. — Сегодня отличный денек для купания, но я не мог разобрать, кто плывет к берегу, и вышел проверить. Ваш адмирал уже начал беспокоиться. Он хотел поднять свой корабль и отправиться на поиски, но, по правде говоря, ему нужно сначала прийти в себя.
Кое-как выжав одежду, Джефф поднялся к Оррану и увидел за деревьями высокую крышу сельского дома.
— Что значит «прийти в себя»? — осторожно поинтересовался он.
— Йоно то просыпался, то снова засыпал и все время толковал о переменах к лучшему. Он рассердился, когда узнал, что у нас нет игры «Крошечное Путешествие», и никак не мог вспомнить, куда подевал собственную. Он даже не помнил, что прилетел сюда на космическом корабле. Учитывая его… э-э-э… особенную манеру поведения, я решил пока не рассказывать ему, что корабль стоит на посадочной площадке. Понимаете, я не был уверен, сможет ли он пилотировать в таком состоянии. Но когда он проснулся в четвертый раз, в голове у него немного прояснилось и он спрашивал о вас.
Юноша побежал к дому и обнаружил вполне проснувшегося, но раздраженного адмирала, расхаживавшего взад-вперед по террасе.
— Где ты был, кадет? Орран сказал, что ты отправился погулять по лесу. Я уже собирался отправиться на поиски, но выясняется, что тебе вздумалось искупаться…
— На самом деле все было не так… С вами все в порядке, адмирал? Вы больше не думаете о переменах и не хотите играть в игру?
— В какую игру? А, ты про «Крошечное Путешествие»? Я не помню, куда мы ее спрятали. Кажется, она осталась на корабле. Забавная игра, полная интересных сведений о переменах. Или то были вопросы о переменах? Не помню. Странно: когда я проснулся, мне хотелось поиграть, но, как только я узнал о вашем исчезновении, сразу же расхотелось. Кстати, вы опоздали к послеобеденному чаю.
— Надеюсь, не слишком, — сказал Джефф. — Я переоденусь на корабле и сразу же вернусь.
